Неотправленное письмо

"Золотая серия" основана в 2006 году.
Оформление серии В. Панкратов

Обложка. Автор идеи, дизайн В. Панкратов

На обложке фоторабота В. Панкратова «Lights Out».

Неотправленное письмо. Фрагменты рукописи. В. Панкратов. 3-е текстовое издание – Москва: 2026. – 5 с.

Классический образец русской эпистолярной прозы 70-х годов ХХ века. Публикуются восстановленные фрагменты текста письма, адресованного NN (в девичестве NA). Имя автора скрыто по соображениям безопасности.

Обсценная лексика.
Категория 18+

© Владимир Панкратов. Оформление. 2026.
© Владимир Панкратов. 2026.

НЕОТПРАВЛЕННОЕ ПИСЬМО
рукопись, найденная в Сарагосе

… ты не успеешь, ведь поезд на Симферополь уходит с Курского вокзала в 9 час. 50 мин. по московскому времени!
- Бог не выдаст, свинья не съест, – на свой лад переиначил мою мысль Моисей и купил два билета до Малой Вишеры.Оттель на другой электричке мы намеревались добраться до Бологого, потом до Калинина, а там и до Москвы рукой подать. С учётом ночного перерыва в движенье электропоездов наш план ни у него, ни у меня энтузиазма не вызывал. Надежда была на случай.

Сели, едем. Попутчики раскрыли нам глаза - от Малой Вишеры до Бологого прямого сообщения нет. Только с пересадкой  в Окуловке, электричка на которую ожидается часа через два после нашего прибытия в Малую Вишеру.
Вот тебе, бабушка, и  Юрьев день!

Велико же было наше изумленье, когда, высадившись в этой самой Вишере, мы обнаружили, что с другой стороны перрона стоит московский поезд. Ошалевший Моисей по привычке сунулся в купейные вагоны. Ничего, естественно, не вышло. Собрались, было, бежать дальше, но тут почти одновременно увидели в толпе высыпавших на природу пассажиров человека в железнодорожной униформе. Чтобы не испортить дела, попросились до Бологого. Человек вздохнул и поинтересовался, располагают ли молодые люди денежными средствами, необходимыми для такого путешествия. Услышав ответ, велел лезть в вагон и затаиться.
Нормально, Григорий?

Поезд тронулся. Предложение о переносе станции назначения из Бологого в Москву не оказалось для нашего благодетеля неожиданностью. Он боялся ревизоров, а у нас было дело государственной важности. Сторговались на червонце с рыла. Поезд прибыл в столицу Союза Советских Социалистических республик ровно в 6 часов утра.
Отлично, Константин!

- Нас, старых солдат, победит только смерть, - процитировал я Вернера Хольта. Моисей улыбнулся.

… не дозвонился. На Курском вокзале пива не было. Мы с Моисеем обшарили все закоулки, но даже намёка на него не обнаружили.
- Треснем квасу, - предложил я.
- А что делать? – сказал Моисей, и мы встали в такую длинную очередь, что когда выскочили на платформу, то увидели вдалеке лишь последний вагон уходящего поезда. Таких выражений, какими мы вслух описывали свои чувства, грузчики на вокзале давно не слышали. Ещё больше они повеселились, когда выяснилось, что наш состав спокойно стоит на соседнем пути. Впопыхах мы платформы перепутали.

… на самой высокой из них. В переулке Халтурина, если уж быть предельно точным. Дверь нам открыла Слизовская.
- Кондратъ, это ты? – хриплым карканьем приветствовал нас с горшка Эрихович.
- Ага, - радостно согласился я. Отпираться не имело смысла.
- Проходи, - сказал он, сверкая глазом из-за приоткрытой двери сортира. Эрихович  прибыл ещё утром и теперь страдал животом. Мы с Моисеем вошли. В комнате было прохладно. Выяснилось, что Кайзер и Тузаоков жильё себе уже нашли и сейчас, судя по всему, торчат на море.
Место нашего жительства оказалось на другой горе по соседству с той,  на которой жил Эрихович. Часа за полтора спокойно можно дойти.

… Эрихович всё ещё прибывал в болезненном состоянии, хотя Слизовская отпаивала его таблетками как могла. Следует заметить, что Слизовская – медик, сиречь, врач. Эрихович жрал таблетки  как слон и через равные промежутки времени бегал на горшок, чем был совершенно измучен. По нашему с Моисеем мнению у него было обычное, немного затянувшееся, похмелье.
 Посоветовавшись, мы решили купить вина.

Сухого не оказалось, поэтому вернулись с самым дешёвым - «Солнце в бокале». Сразу купить водки мы как-то не догадались. К нашему приобретению Эрихович отнёсся с опаской. После первого стакана он долго прислушивался к своим ощущениям, но ничего страшного не обнаружил. После второго он слегка повеселел. Дальше – больше.
Сто сорок минут, полёт нормальный!

Когда мы в четвёртый раз пошли в магазин, то встретили Кайзера, Алёну и примкнувшего к ним Тузаокова. Алёна и Кайзер недавно поженились – у них медовый месяц. В общем, собралась большая толпа – Эрихович, Кайзер, Тузаоков, Моией и я, плюс Слизовская, Алёна и какая-то Лена, шестилетняя Элка и её комнатная собачка неизвестной породы. На радостях Слизовская угощала нас коньяком. Только и было разговоров, что о чудесном исцелении Эриховича. Несмотря на позднее время, всем табором отправились на Массандровский пляж. Мы с Моисеем по праву чувствовали себя героями.

… условились завтра встретиться у кинотеатра, и я поплёлся домой. Постель Моисея была пуста, но за прикрытой  дверью кухни слышались нетрезвые голоса.
- Пьянствует с новым постояльцем, - решил я и завалился спать.  Нового постояльца – шахтёра из Донецка, храпевшего на балконе во всю хилую мощь своих уже мёртвых от силикоза лёгких, я не заметил.

Проснулся я среди ночи оттого, что кто-то пихал меня кулаком в бок. Оказалось, это Лёха.
- Подвинься, сволочь! - орал он мне в ухо яростным шёпотом, пытаясь высвободить себе местечко под солнцем. Пришлось обложить его по самые ноздри. Не помогло. Спать Лёхе было негде. Он прибыл в Ялту ещё утром того щедрого дня и сразу направился к Эриховичу, а тот укатил в Симферополь встречать родителей, так что привечала его одна Слизовская. Лёха поёрзал по дивану и, несмотря на уговоры, подался в центр искать нас с Моисеем.

Надежды на успех у него было мало, так как ни Ялты, ни нашего адреса он не знал. Тем не менее, он встретил Моисея в набитом под завязку винном отделе центрального гастронома, куда тот завернул за пять минут до закрытия. Моисей до смерти испугался громких криков кинувшегося к нему из толпы оборванца, так как не сразу опознал в нём своего товарища по совместному отдыху.
 Посоветовавшись, они решили купить вина и пойти к нам.

Это их голоса я слышал на кухне. Утром меня хором убеждали, что я был подшофе, так как даже не заглянул к ним на кухню и лёг спать, не раздеваясь. Знали бы они, как я устал. Ну, да ладно.
Мы потащились на пляж и с перерывами провалялись там часов до семи. Надо сказать, что мы играли в карты. Наша любимая игра – тысяча. Потом я пошёл на почтамт, а Моисей и Лёха попёрлись следом. Я не шибко надеялся, что Наталья после вчерашнего придёт, поэтому особо не возражал. Явилась. С подругой.

… выругался я про себя. Тут и Моисей с Лёхой подоспели. Познакомил я их с Сашей, и отправились мы пить пиво. Кто как, а я с горя. Саша, правда, скоро домой ушёл. Пиво было, хотя и прокисшее, но густое и крепкое, даром, что из Чехии. Им в «Ласточке» торговали. Потом пошли в кафе на предмет пожрать, но путь наш пролегал мимо летнего кинотеатра. Давали там картину «Как украсть миллион», которую мы с Лёхой видели, а Моисей нет. Билетов в кассе не оказалось, а без них билетёры отказывались пропускать нас в зрительный зал. Мы почти успокоились, но тут обнаружили малярные подмости, стоявшие у задней стены городского учреждения культуры.

Находясь уже по ту сторону баррикад, принимая от Моисея какие-то сумки и пакетики, я едва не навернулся с пятиметровой высоты. Успел схватиться за решётку. Следом тяжело спрыгнул Моисей и посмотрел наверх. Где-то в поднебесье маячил силуэт Лёхи.  Силуэт грязно ругался.
Плёнка была жуткого качества, хорошо, что быстро закончилась. Дома мы подвели итоги: пожрать не удалось, зато посмотрели фильм, я чуть не убился, Лёха порвал рубаху, а Моисей сэкономил 15 рублей. На том и отошли ко сну. Денёк, как денёк.

… как вчера. Но мы отправились в гости к Эриховичу, чтобы ехать в Симеиз, где Эрихович знал много замечательных мест. Пока собрались, пока тронулись, - опоздали на катер и прибыли к месту назначения в самую, что ни на есть, жару. Зовём Эриховича купаться, а он увидел двух девиц в перманенте и оторваться от них не может, да ещё нас за собой тянет. Массу трудов положили, чтобы прекратить его поползновения. Никакая жара человека не берёт.
Однако места для купания в Симеизе хорошие (надо будет тебе показать). Когда стало невмоготу, пошли в город. Эрихович бубнил всю дорогу, да и остальные не молчали. Пришлось купить вина. Залезли на самый верх, в кусты – искали тень. Нашли тень, а в тени двух девиц, которые нас обругали и куда-то упорхнули. А мы допили вино и уехали домой.

… записную книжку. Ко всему прочему, Тузаоков поссорился с Кайзером. Из-за денег. У Тузаокова были наличные, а у Кайзера – аккредитив. Пока тратили наличные, Тузаоков ещё имел право голоса. Когда же они кончились, жизнь его стала невыносимой. Алёна выкупала маслины, персики и ещё какую-то ерунду, которую Тузаоков есть отказывался. «Печень работает вхолостую», - жаловался он на судьбу.
 Посоветовавшись, мы с Моисеем решили купить вина и помирить поссорившиеся стороны.

На улице Кирова повстречали Эриховича. Вид у него был сногсшибательный. Эрихович нацепил отутюженные брюки и чистую рубашку. В руках он держал плоский пластмассовый чемоданчик. Мы же были одеты в драные майки и короткие штанишки, превращённые в шорты путём варварского обрезания штанин у старых джинсов, так что контраст являли разительный.

- Ты куда? – спросил Моисей.
- Да вот, в прокуратуру, - гордо ответил тот, - на работу устраиваюсь.
- А в портфеле что? -  в свою очередь поинтересовался я.
- Диплом, – не менее гордо ответствовал Эрихович. Мы с Моисеем переглянулись.
- Обязательно сегодня? – продолжил я свои расспросы.
- Желательно, – осторожно ответил Эрихович.
- А мы тут выпить собрались, - как бы ненароком, сказал Моисей, глядя куда-то в пространство.
- Да ну? – Эрихович не поверил своим ушам, но задумался. Было видно, что идея его заинтересовала. Он осторожно поставил чемоданчик на землю, достал из кармана кошелёк и вытряхнул на ладошку кучу мелочи.
- Рубль есть, - удовлетворённо сообщил Эрихович результаты своих подсчётов и ссыпал деньги назад. Только он проделал эту операцию, как из-за угла появилась Слизовская.
- Привет, - сказала она, - что это вы тут делаете?
- Это я их встретил, - несколько невпопад ответил Эрихович и принял независимый вид.
- На работе был? – не отступала Слизовская.
- Нет, иду, вот. Хочешь, пойдём вместе? – предложил Эрихович в надежде на отказ. Не тут-то было.
- Пойдём, - согласилась Слизовская и взяла его под руку.
- Ладно, ребята, заходите в гости, - сказал Эрихович, пригладил ручонкой свои пшеничные усы и пошёл устраиваться на работу, а мы пошли к Тузаокову.

Тузаоков валялся в койке и пытался уснуть. Нашему приходу он обрадовался и выполз в палисадник, где я уже сидел в обществе незнакомой девицы, обсуждая с ней особенности местной погоды и её прогноз на предстоящий уикенд.
- А что твои соседки? – спросил я  у появившегося Тузаокова.
- Какие соседки? – не понял он.
- Надька и Светка.
- А-а, эти. Так их выгнали, - объявил Тузаоков.
- За что?
- Пошли с ребятами в Эспаньолу, остались там после закрытия, но ни рассчитаться, ни расплатиться за угощенье не захотели, прибежали домой, и заперлись в комнате. Хозяин из уже своих денег их ужин оплатил, а утром предложил  покинуть помещение.

Так что теперь у Тузаокова новые соседки. Ирина и Дана. Ирину я ещё не видел, а с Даной как раз и общался, обсуждая метеопрогноз на ближайшие дни.
Оказалось, что инцидент, ради которого мы заявились, был исчерпан. Кайзер обналичил аккредитив и вручил Тузаокову 70 рублей.
Посоветовавшись, часть этих денег мы решили истратить.

В магазине на набережной купили две бутылки кальвадоса, и двинули на Массандровский пляж, а когда совсем стемнело,  пошли домой. Дома с тремя бутылками красноты нас ждал Лёха. Во втором часу ночи у меня ещё хватило сил проводить его и Тоузакова на улицу до каменной лестницы. Наутро на столе обнаружился сильный беспорядок. Пришлось соврать тёте Ане, что отмечали мой день рождения. Поверила.
Посоветовавшись, мы с Моисеем решили прикупить местного «Искристого» по рубль сорок за бутылку.

На кальвадос глаза не смотрели, да и повод теперь был другой, сама понимаешь.
Лёха вернулся домой через два дня. Оказалось, что от нас они с Тузаоковым попёрлись к каким-то бабам в Гурзуф, где их и забрали в милицию за ночное купание на Артековском пляже. Потом, по причине отсутствия документов продержали в каталажке целые сутки и только на следующий день по очереди отпустили.
Мы ж с Моисеем были в кино. На этот раз смотрели «Семейный портрет в интерьере». В фойе кинотетра встретили Надьку и Светку. Они пили кофе и ели пирожные.  Маленький город Ялта.

… несколько дней. Скучаю по тебе, любовь моя…