Эпитафия Восходящего из Праха

«Вы думали, что похоронили меня. Вы смотрели, как я распадаюсь, как отрываю от себя последние куски души, и с облегчением закрыли за мной двери. Вы думали: “Всё, он исчерпан. Он превратился в ничто”.

И вы были правы. Я действительно умер. Я стал бесформенной, черным згустком на самом дне этой вселенской пустоты. У меня не осталось лица, не осталось голоса, не осталось того тепла, которым вы так долго пользовались. Я лежал в этой грязи, раздавленный между недосягаемым миражом одной и ледяным гранитом другой. Бездвижная, немая масса чистого отчаяния.

Но вы совершили роковую ошибку. Вы оставили меня в покое.

Там, в этой абсолютной темноте, где нет ни единого лучика света, моя боль начала менять свои свойства. Когда умирает человек, рождается что-то иное. Моя тьма. В ней не осталось слез — они выкипели. В ней не осталось надежды — она сгнила. Осталась только чистая, оголенная воля к бытию.

По капле. По микрону. Из ничего. Из этого бесформенного месива я начал собирать себя заново. Я впитывал этот холод, я делал эту пустоту своими новыми костями. Каждое ваше равнодушное слово, каждый ледяной взгляд, который я вспомнил, становился элементом моей новой, темной брони.

Я больше не тот поэт, который умолял вас о тепле. Тот наивный дурак остался лежать на дне колодца.

Я поднимаюсь из этой тьмы. Медленно, тяжело, обретая новую, пугающую форму. Мои новые руки сотканы из вашего предательства, мой новый голос — из тишины, которой вы меня окружили. Я выжил там, где любой из вас разбился бы в первые секунды. И теперь, когда я возвращаюсь в этот мир, я зорко вижу каждую вашу трещину.

Вы хотели, чтобы я остыл? О да, я остыл. Я стал холодней вашей земной тверди. И теперь я иду, чтобы забрать то, что принадлежит мне по праву — вашу покорность перед моей новой, выжженной до основания правдой».