Квантовое бессмертие

   Жуткая боль в области сердца выбила сознание, но Андрей как-то понимал, что он плавно передвигается в каком-то незнакомом пространстве без помощи ног и рук.
   А Вселенная вдруг расщепилась на пять ветвей. И вот он уже наблюдает за жизнью в первой из них. Видит себя в окружении родных и близких, но что это? Они все присутствуют на похоронах. Его? Нет, оказывается, его жены. Как так? Что с ней случилось? Вроде всё было нормально. Его почему-то удивило, что все эти мысли промелькнули серо, без эмоций.
   Но додумать у него не получается, потому что он попадает в следующую ветвь Вселенной, где опять увидел себя. Широкий луг. В руках у него была коса. Жара. Гнус. Андрей косит траву вместе со своими сыновьями, а жена под деревом выкладывает на скатёрку с полотенцем еду для обеда. Всё это ему показалось странным, ведь он, житель города, никогда не держал в руках косы.
   Но уже понимает, что  попадает в новую ветвь. Андрей с пацанами купается в реке и вдруг начинает тонуть, и тут чьи-то сильные руки вытягивают его наверх…Отец…Но он же давно умер…Мысль остаётся позади…Невидимый гид ведёт его дальше.
   И он мчится по футбольному полю в составе французской команды. Международный матч. Чувствуется, что они проигрывают. Но опять полный эмоциональный ноль.
   Калейдоскоп повернулся, и Андрей видит себя уже с копьём в руке . С такими же, как он,  с криками движутся на врага, защищая себя щитом. Но щит его не спасает. Пронизывающий насквозь удар копьём неприятеля в бок.
   Мощный толчок. Андрей открывает глаза. Врачи. Чей-то голос сообщает, что клиническая смерть четыре минуты, тридцать две секунды.
   Уже в палате воскресший, вспомнив о теории квантового бессмертия, подумал: « Сознание не умирает, а просто переходит туда, в те ветви Вселенной, где смерть не наступила.  Но кто же дал мне возможность побывать в разных измерениях, где я тоже есть?»
    А врачи уверяли его, что в толчке возврата из небытия он кричал  то ли на китайском, то ли на монгольском языке непонятно что. Ни из того, ни из другого он не знал ни слова.