Отпуск Архимага. Часть 6

Я устал говорить, что не надо мне приписывать чужие заслуги — мне и своих хватает. Повторяю ещё раз: «Джаконду» нарисовал не я!" (Леонардо ди Каприо)



Чебурашка, который смог, и архимаг, нашедший старого друга.



Чебурашка, который выжил, преследовал передвижной зоопарк по городам и весям. Он прятался в трейлерах, в прицепах, но не упускал из виду бассейн с крокодилами ни на миг. Жить приходилось в подвалах, в лесополосе, но чаще всего на стройках.

Именно на стройке, поневоле наблюдая за гастарбайтерами, у него и родился план мести. И именно там он нашёл всё для этого необходимое.

И вот этот час настал.

Когда зоопарк закрылся на ночь, у бассейна с крокодилами появился он. В строительной каске, с разгрузочной инструментальной сумкой на плече. Он кряхтел, пыхтел, но тащил за собой тяжёлый кабель. Правое веко подёргивалось, а шёрстка стояла дыбом — всё-таки он был начинающим электриком, не умел пользоваться приборами, поэтому «фазу» он проверял на ощупь.

Крокодилы обрадовались пришельцу. В их скудных мозгах мелькнуло воспоминание — такие же ушастики, которые так сытно их собой накормили. И этот шёл целенаправленно к бассейну.

— Ну, здорово, генацвале, — сказал Чебурашка, который выжил, вытирая пот под каской. — Сюрпрайз, мазафака.

С этими словами он швырнул оголённый конец кабеля, который так упорно тащил, в бассейн.

— Есть контакт! — отряхнул руки Чебурашка.

Раздался грохот разряда, и во всём районе погас свет. Когда освещение восстановилось, в бассейне плавали кверху брюхом три рептилии. Кровожадно усмехнувшись, Чебурашка достал тесак. Но потом вспомнил, что надо сначала отключить рубильник. Он хотя и был начинающим электриком, но быстро учился, да и инстинкт самосохранения у него был развит прекрасно.

Утром работники зоопарка первым делом увидели, что на табличке с названием зоопарка зачёркнуто слово «Передвижной», а поверх корявыми буквами написано: «Контактный». Когда же они заглянули в бассейн, то ужаснулись работе неизвестного мясника. Тем не менее самые ушлые из них прибрали под шумок к рукам обнаруженный неучтённый силовой кабель — за медь в скупках неплохо платили...

***

Эти события так и остались неизвестными архимагу и его ученице. У них хватало и других забот и тревог. Началось с того, что, гуляя по городу, Людовиус наткнулся на рекламный щит какой-то фирмы, использующей для привлечения внимания картины великих художников Ренессанса, дополняя их слоганом «Наша сантехника — это Искусство!». В этот раз пришёл черёд рекламировать унитазы «Джаконде».

Ворвавшись прямо на рабочее место Светы (благо, архимаг с появлением денег сменил свой гардероб на вполне себе современные вещи и не распугал своим видом покупателей), с трудом дождавшись, когда ученица подменится, он потащил её на улицу, где ткнул пальцем в рекламный плакат.

— Что это?

— Реклама, — пожала плечами та.

— Я не про это! Кто изображён на ней?

— А! Так это Мона Лиза — картина Леонардо да Винчи. А в чём проблема?

— Это никакая не Лиза! Это декан Целительской Магии Мония Лиезанская — жена моего пропавшего без вести пятьсот лет назад друга! Мы с ней триста лет проработали вместе!

— Постой-постой, какой друг? Какой декан?

— Хороший друг, — буркнул Людовиус, — гениальный артефактор и теоретик Магии. Изобретатель магических повозок и летающей лодки Леон де Лианси! Человек, который изменил наши представления о Магии, при этом не имея магического Дара! А Мониа — его жена, по совместительству работала деканом в моей Академии!

— Но это всемирно известная работа Леонардо да Винчи! Шестнадцатый век!.. Подожди, Леон, Мониа... Совпадение?

— Не думаю, — нахмурился архимаг, что-то высчитывая в уме. — Шестнадцатый век здесь, значит... Ага, совпадает с датой его таинственной пропажи!

— А Монии?

— Что Монии?

— Ну, она тоже пропала?

— Не, такая не пропадёт! Сейчас в мужья себе герцога какого-то нашла... или графа? Не помню точно — она уволилась двести лет назад «по состоянию здоровья».

— Целитель уволилась по «здоровью»?! — изумилась Света.

— Ну да, — недоумённо посмотрел на неё Людовиус, — она нам так и сказала: «Я слишком здоровая и цветущая, чтоб чахнуть среди вас, душных стариков!» И свинтила.

— Ладно, вечером обсудим — мне работать надо! — заторопилась Света.

***

Вечером архимаг рассказал историю своей дружбы со столь примечательной личностью:

— В то время я имел ранг магистра, недавно женился в первый раз и жил в первом моём собственном особняке в столице, тогда ещё не Империи, а Королевства. Разумеется, денег у вчерашнего студента на особняк в центральных районах города не было, но вот на эту бывшую графскую усадьбу в поместье в пригороде хватило. Меня устраивало, это Эланиель постоянно ныла, что на балы далековато ездить...

— Эланиель?

— Моя первая жена. Учились вместе. Средненькая магиня Природы, а по происхождению эльфийка — племянница Главы Великого Дома Поющих в Терновнике.

— А зачем там петь?!

— Потому что колется, а орать от постоянного зуда и взвизгивать от уколов у эльфов считается моветоном, вот и нашли выход — запели. Ладно, не в зайцеухих дело, тем более жена в то время в Великом Лесу мелорны удобряла, то есть гостила у родителей. В общем, была у меня там офигенная терраса с видом на озеро, на липовую рощу и на пик Семицвета (гора такая — самая высокая на континенте). Немного пейзаж портили два свинарника, трактир и дружина соседского барона...

— А они почему? — заинтересовалась Света.

— Да барон же картёжником был — денег никогда не водилось, вот и понабрал отребье в дружину и обрядил во что горазд. Смотрелось это воинство отвратно!

— Нет, почему дружина соседа тебе вид портила?

— А! Это он мне так на нервы действовал, мстительная сволочь! — видя любопытство в глазах слушательниц, архимаг пояснил: — Я же говорю — картёжником он был! И тот особняк я не совсем купил, точнее я его совсем не покупал. Я его, плюс пару десятков тысяч золотых, карету для Эланиели, ну, и сверху так по мелочи, у этого барона в «Гномий Прикуп» честно выиграл. Игра такая азартная в карты, на ваш «Преферанс» похожа. Ну, ещё барону не понравилось, когда я молнией ему зад поджарил. Ибо нельзя в людном месте ругаться матерно и за канделябры хвататься! Вот он и поставил пост своих оборванцев на границе участков. На психику действовал, гад.

Людовиус промочил горло остывшим чаем и продолжил:

— Сижу я на террасе с бутылью молодого вина, весьма собой гордый и немного обиженный — накануне вечером я на лету с этой же террасы сбил огромный метеорит огненным копьём! Чем спас, можно сказать, тысячи человеческих и не совсем человеческих жертв и предотвратил катастрофы, разрушения и беспорядки всяческие, а никто этого не оценил! И вдруг появляется какой-то оборванец! И вместо «здрасьте» вскидывает какую-то железяку и лупит по мне файерболом! Столик в пепел, стульям кранты, вино испарилось, как и хорошее настроение! Я, естественно, в ответ зарядил, ну и перестарался. Подошёл к оплавленной воронке, чтобы оценить, сколько щебня заказывать, для сокрытия учинённого непотребства, вдруг смотрю — а бедолага-то выжил! Копошится на дне воронки, дымится весь. Одежда его странная в труху, да она и без того рваная была, волосы тоже, почернел весь, но живой и, что удивительно, в сознании. И воет так жалобно, что я добивать не стал. Вытащил его магическим захватом, подлечил ожоги. Ну, и стал выяснять кто, зачем и почём! А он оказался иностранцем, по-нашему не понимал, да и вообще на всех языках окрестностей тоже — издалека приплыл. Кое-как обучил его через амулет местному наречию и стал разбираться. Оказалось, что он жертва кораблекрушения, зовут Леоном де Лианси! Бедолага чудом выжил, но, как у вас говорят, кукухой поехал от пережитого — решил, что я виноват в случившемся, вот и шандарахнул из уцелевшего при крушении артефакта — сам-то он магичить не мог, так как неодарённый. И такая тоска в его словах была, что я снова его передумал, — глядя на осуждающие физиономии женщин, Людовиус замялся, — ну, не стал избавлять его от страданий кардинальным образом. Даже послал почтового страуса за целителем в Академию, а они за вызов на дом столько берут — я за такие деньги до приезда жены мог бы полстолицы споить! А Леона поместил в гостевой комнате. Ох, и диким же оказался человеком! Ночной вазой пользоваться отказался — так и бегал в уличный сортир для слуг!!! Пачкался быстро — каждый день мыться ему приходилось. Мда… С утра появилась целительница — практикующая старшекурсница Мониа Лиезанская! Неделю она к нам как на работу ездила, но бедолагу восстановила полностью. Тут-то и оказалось, что за эту неделю Леон перечитал все имеющиеся в особняке научные труды по Магии! Да-да — все три тома! И заявил мне, что наши заклинания в массе своей неидеальны, и он знает, как их улучшить! Я не поверил — с чего бы простец разбирался в сути Магии лучше магистра! Но ради хохмы решил проверить парочку предложенных им вариантов и обомлел! Тот же огненный шар стал эффективней и менее энергоёмким, причём с возможностью самонаведения! «Торнадо» стало не только мощнее, но и управляемым! На мои вопросы Леон ответил, что у них в стране не только маги занимаются наукой, но и простые люди тоже, и что он являлся на родине видным математиком и исследователем, поэтому, кстати, и оказался на том корабле — это экспедиция была. А когда он из подручных материалов собрал первый в мире магический визор — артефакт, позволяющий не только одарённому, но и простым разумным видеть магические энергии, причём с возможностью фильтровать конкретно требуемый вид, я понял — передо мною Гений!

Архимаг гордо посмотрел на Светлану, чтобы та прониклась способностью учителя разбираться в талантах — вон в бродяге Гения разглядел и помог ему, другой бы на его месте просто бы добил!

— Каких трудов мне стоило ввести Леона в Совет Магов, вы бы знали! Старики упрямились: «Не место простецам рядом с Искусством!» Благо мой Наставник тогда ещё жив был, а он знал все эти интриги и умел вести научный диспут куда лучше меня — начинающего свой путь Мага. Отвёз я Леона к нему в поместье, тот показал архимагу свой визор, потом рассказал, что работает сейчас над проектом артефактной самобеглой повозки, но Наставнику это было неинтересно. Потом я показал учителю переработанные Леоном заклинания и плетения, тут у него огонёк интереса зажёгся! А когда Леон в сердцах ляпнул, что не нужна ему Магия: «Организую производство гномьей водки и буду жить в своё удовольствие!» — Наставник аж подпрыгнул! «Ты хочешь сказать, что знаешь секрет этого гномьего зелья?» «Да чего там знать — обычный процесс перегонки, даже без ректификации...» Тут я понял — учитель нам поможет! Прибыли мы в Зал Совета, оставили Леона в коридоре, а сами вошли внутрь, и учитель сходу вступил в научный диспут — одному врезал посохом по лбу, второго молнией в морду, третьим оказался председатель комиссии по авторским правам магических конструктов, то есть это был опытный оппонент - сразу выставил щит, и вот с него-то и завязалась полемика...

Когда полчаса спустя все в Зале, и мы с Наставником тоже, валялись по углам, собирая выбитые зубы и вспоминая заклинания ускорения регенерации, Совет единогласно принял решение: «Утвердить Леона де Лианси в звании артефактора и теоретика Магии. Назначить его на должность отдела исследования при Академии Магических Наук. Предоставить ему лабораторию артефакторики при Академии. Предоставить жильё, льготы и денежный оклад, соответствующие рангу Гранд-магистра...»

Леон за пару-тройку лет перевернул весь мир! Мало того, что он оптимизировал все заклинания и руны и постоянно придумывал новые, так он ещё и был гениальным изобретателем! Он изобрёл и внедрил канализацию и водопровод, похожие на ваши, он создал артефактную записную книжку для магов, так называемый гримуар. Всего и не перечислишь! Самобеглые повозки, кстати, не прижились. Остались уделом для любителей экзотического транспорта, а вот летающие лодки произвели фурор! Мало того, именно они помогли позже Королевству превратиться в Империю. Через пару лет после появления на пороге моего особняка Леон женился на той самой целительнице-студентке, что лечила его. Кстати, теперь понятно, чьи козни привели Леона в ваш мир! Паскуда Герберт учился с Монией на одном курсе и постоянно домогался её! Но та его посылала, мол, не для тебя моя розочка росла или что-то в этом духе, а тут вдруг выходит замуж за чужестранца, к тому же и не мага! Вот тебе и мотив! Неясно только, как он заманил Леона в портал. А с моим наставником на паях Леон создал заводик по производству гномьей водки, но назвали её «Слеза Архимага».

Людовиус вздохнул.

— Мы с Леоном сдружились. Он часто гостил у меня - я останавливался у него, когда приходилось решать дела в Совете или в Академии. Но мне кажется, он всё-таки таил на меня обиду. Наверное, так и не простил, как я его чуть не спалил, но он ведь первым начал!

После того как расстались с Эланиель, я увлёкся феноменом пустошей — это такие образования в нашем мире, где магическая энергия искажается и где встречаются разного рода аномалии, неважно, короче, просто я не вылезал из экспедиций практически, Леон же столицу покидал редко. Он прямо горел своими летающими лодками! Всё пытался сделать какую-то идеальную. Я над ним шутил, что если будет продолжать в том же духе, то рано или поздно ударится о Небесный Свод! Ха-ха! А тут возвращаюсь из похода, а ко мне прибегает Мониа и сообщает, что Леон пропал! Я первым делом подумал, что угробился на очередной своей лодке, но нет — выехал из Академии на наёмной пролётке, а до дома не доехал, и уже четыре месяца о нём ни слуху ни духу! Я тут же бросился на поиски! Но никаких результатов! И теперь понятно почему...

— А что стало с его женой? — вытерла платочком уголки глаз Надежда. — Так и ждёт любимого бедняжка?

— С чего бы?! — изумился архимаг. — Через пару лет вышла замуж за какого-то целителя из Королевской гвардии, потом у неё был муж главный архитектор, последнее, что я знаю, это что двести лет назад она собиралась замуж за герцога, а потом я её не отслеживал больше. Одно точно — этот поганец Герберт зря старался!

— А с Эланиель ты почему расстался? — пискнула Света.

— Из-за эльфийских обычаев, — буркнул Людовиус. — Эльфы считают, что жрать одну лишь травку — это нормально, и все «круглоухие» им должны как пьяница трактиру! Даже сил магистра терпеть это хватило всего на десять лет!

— А я тебе говорила, — довольно ткнула в Свету пальцем мать, — все эти ваши вегетарианские диеты — херня полная!

— Согласен, — кивнул архимаг.

— И что будем теперь делать? — взволнованно спросила ученица. — Пятьсот лет прошло! Леонардо... Ээээ… Леон же умер давно!

— Да вот это-то и непонятно! С его знаниями и умениями собрать артефакт сбора магической энергии — пара недель работы! Потом добыть природные накопители, лет двадцать на зарядку, собрать межмировой портал он бы точно смог... Но он так и не вернулся! Монию вон рисовал.

— А может, он и возвращался, — вздохнула Надежда, беря в руки пульт от телевизора, чтобы включить громкость. — Увидел жену с гвардейцем этим вашим и свалил подальше! И правильно, что ею сантехнику рекламируют!

Продолжение следует...