Анна Никки. Дотянуться до солнца. Эпилог

Эпилог

Он нёс её на руках, не торопясь и не проявляя эмоций, сквозь густые заросли, осторожно отодвигая ветки и пряча её от их уколов в своих объятьях.

Лучи солнца, смазанные густой кроной, освещали что-то вдали. Такое знакомое и притягательное. Такое родное, что хотелось попросить его поторопиться. Но слова так и оставались в мыслях, а они неторопливо двигались вперёд.

А двигались ли?

Ощущение, что он стоит на месте, хотя и продолжает идти, не оставляло её ни на секунду. Сумрак, всё больше сгущавшийся над их головами, заставлял нервничать и испытывать страх.

Тьма, почти окутавшая всю округу, опутавшая её тело и покрывшая словно вуалью лицо, заставила поёжиться от неуловимого движения воздуха и ещё крепче прижаться к сильному плечу.

Катя подняла глаза и удивлённо воззрилась на его лицо. Он оставался спокоен и непоколебим, всё ещё сжимая её в своих объятьях и давая ей надежду на защиту.


Влад удивлённо оглядывался по сторонам, вцепившись в ручки инвалидного кресла. Пустое — оно напомнило ему о собственной беспомощности.

Её здесь не было? Или уже нет? А может, не было никогда?

Может, всё это лишь сон?

Он, разодетый словно павлин, обречённо усмехнулся и остановил взгляд на пледе, скинутом на асфальт и одиноко лежащем под завывающим ветром.

Вдруг стало так горько и одиноко, когда его глаза уловили последнюю полоску света, излучаемую закатывающимся светилом, до того, как мир погрузится в непроглядную тьму в ожидании рассвета, что захотелось только одного — обнять её крепко-крепко и бесконечно просить прощения за них всех.


Максим почти ощущал её присутствие, будто она осталась рядом с ним.

Каждый день. Каждую ночь. Каждое утро. Каждый вечер.

Но такое ведь невозможно?

Её запах и лёгкие прикосновения к ладони… Мог ли он ещё надеяться на что-то и не молить о быстрой смерти?

Чёткость ощущений ломала в его голове достоверность последних воспоминаний, заставляя сомневаться и бороться вопреки.

Его счастье зависело от неё.

Она — его спасение, он — её защита, а значит, он ни за что не позволит тьме поглотить её.

Если есть хоть шанс…

Всплески её эмоций и его контроль — их борьба и их спасение, напоминание об аде, в котором они родились.

Он знал, что не устанет и не остановится, ведь он не мог больше жить без неё.


Алиса знала, что это всего лишь сон. Но всё равно ужасно злилась на него.

Он снова не понимал её.

Её боль не сравнить ни с одной на земле. Она снова поплатилась за его упрямство и беспечность.

Утонув в болоте взрослых игр, она не смела надеяться на него. Но даже зная, что ей суждено умереть, он попытался спасти её.

— Почему ты такой? Почему не понимаешь меня?

Боль от его любви намного страшнее боли от эксперимента. Та боль оказалась почти мимолётной и конечной, а эта… отдавалась тянущим и разъедающим чувством потери.

Его потери.

Ведь стоит ей очнуться и предстать перед ним, свет его чувств может в любой момент погаснуть, оставив её одну в том аду, что сотворил для неё Далматинец.

Продолжение следует...