Айседора. Часть 1

Даша Ковалева любила танцевать с раннего детства. Семья жила в Москве, и однажды мама взяла с собой маленькую Дашу в Большой театр на премьеру балета «Щелкунчик». На девочку балет произвел неизгладимое впечатление. Она, конечно, не все поняла, зато все увидела. Для нее это было почти волшебное зрелище. Ей очень хотелось так же, как героиня сказки, летать и кружиться в ритме завораживающего «Вальса цветов» на сверкающей огнями сцене и дарить зрителям восторг и радость. С этого дня Даша не представляла себе свою жизнь без танца.

Отец, военный летчик, хотел, чтобы Даша тоже стала летчиком – в Советском Союзе шла масштабная компания по созданию передового воздушного флота и привлечению в авиацию молодежи. Стране нужны были кадры летчиков, в совершенстве владеющих авиационной техникой - СССР становился одной из ведущих авиационных держав мира. Мать, врач, в свою очередь надеялась, что дочь, когда вырастет, также станет врачом и, принимая во внимание серьезный характер девочки, может быть, даже хирургом. Но Даша просто «болела» танцами. Когда ей было шесть лет, мама привела ее в кружок хореографии при Доме культуры имени Зуева. И маленькая Даша стала заниматься танцами под руководством опытных педагогов.

Шли годы… Отец часто бывал в длительных командировках. Он летал на бомбардировщиках. В 1936 году отец в числе советских летчиков-добровольцев был направлен на год в Испанию, где шла гражданская война. Затем после короткого перерыва более года принимал участие в японо-китайской войне в составе советского бомбардировочного соединения.

Даша с мамой ждали отца дома. Они жили в коммунальной квартире на Ленинградском шоссе, где семья Ковалевых занимала две большие комнаты. Мама работала врачом в районной больнице, а Даша училась в школе, танцевала и занималась английским языком с соседкой по квартире - пожилой учительницей, преподававшей еще в Александровском училище. Педагоги заметили способную девочку, и когда Даше исполнилось двенадцать, ее приняли в хореографическую студию при Государственном ансамбле народного танца. Студия имела свой танцевальный коллектив, который называли «молодежкой». С четырнадцати лет Даша начала выступать в составе «молодежки» на сценах московских дворцов культуры. И, конечно, она, как и все юные танцоры, мечтала попасть в основной – «взрослый» состав знаменитого ансамбля.

Разучивая танцы разных народов, Даша время от времени ощущала свою причастность к их культурной парадигме, чувствуя себя человеком, для которого весь мир – его дом. Поэтому быть исполнительницей народных танцев для нее значило больше, чем быть просто артисткой танцевального жанра. Со временем русоволосая голубоглазая красавица Даша, которую все называли Синеглазкой, стала одной из лучших танцовщиц студии, а затем - и солисткой молодежного танцевального коллектива.

Идеалом Даши в искусстве хореографии была легендарная Айседора Дункан. Даша восхищалась творческим наследием великой танцовщицы, считала, как и многие, ее танцевальную систему и пластику непревзойденной. Стиль «свободный танец» Айседоры Дункан был особенно близок Даше как способ самовыражения и демонстрации подросткового бунтарского духа. Она подражала великой танцовщице, пытаясь копировать ее технику и манеру исполнения.

Страсть к хореографии поглощала Дашу полностью. Загруженность не мешала ей прилежно учиться в школе: энергичная и жизнелюбивая Даша успевала везде и все – даже смело драться с мальчишками, когда решались вопросы чести и справедливости. Если у нее случались проблемы в учебе или других делах, она всегда повторяла себе усвоенные с раннего детства слова отца: «Никогда не сдавайся! Нужно верить в себя – и тогда все получится!»

- Папа, а что это значит - верить в себя? – спрашивала маленькая Даша.
- Это значит верить в свои силы и уметь преодолевать трудности. А еще это значит находить свое призвание и исполнять свое предназначение. Только тогда человек может быть по-настоящему счастливым и способным на максимальную самоотдачу в творчестве, работе, служении своей родине, - отвечал отец.
- А чем призвание отличается от предназначения? – интересовалась дочь.
- Призвание - это то, к чему человек чувствует себя особенно склонным, что приносит ему удовлетворение и радость. Например, любимое занятие или любимая работа. А предназначение - это то, для чего человек создан, его миссия или цель, которую он должен выполнить в своей жизни, - объяснял отец, - Вот что тебе сейчас больше всего нравится? О чем ты мечтаешь?
- Мне нравится танцевать. Я мечтаю быть такой, как Айседора Дункан, - говорила Даша.
- Значит это твое призвание. А если твое творчество будет приносить людям радость и хорошее настроение – то это уже будет твое предназначение. Миссия человека – жить по правде, творить добро, защищать справедливость… Помогать тем, кому нужна помощь, спасать тех, кто нуждается в спасении. И никогда не предавать тех, кого ты любишь, и тех, кто любит тебя и верит в тебя. Тогда отступает беда и не страшна смерть. Тогда жизнь – продолжается.
Эти слова отца Даша помнила всю жизнь….

Глава семьи не вмешивался в предпочтения дочери, но старался с детства привить ей любовь к авиации. В пять лет Дашу впервые взяли на борт учебно-тренировочного самолета, и она была впечатлена красотой Москвы, которую увидела с высоты полета птиц. Это было во время авиационного праздника в Тушино. Когда Даша подросла, а отец служил в Монино, он как заместитель командира части стал иногда брать Дашу с собой в тренировочные полеты на высший пилотаж на самолете У-2. Дашу пристегивали к сиденью в задней кабине, надевали на нее летный шлем с очками, и она отправлялась с отцом в пилотажную зону, где У-2 крутил «бочки», делал «мертвые» петли и вращался в штопоре. Перегрузки то вдавливали Дашу в сиденье, то отправляли ее почти в невесомость. Адреналин зашкаливал, эмоции переполняли, сливаясь в причудливый вихрь восторга, страха и гордости за себя. В такие моменты Даша сравнивала высший пилотаж с танцем, а самолет с танцором, который исполнял этот танец в небе. И. конечно, все это время в ее сердце звучала музыка этого танца.
После очередного каскада фигур высшего пилотажа отец оборачивался и смотрел, как все это переносит дочь. Даша поднимала вверх большой палец, и самолет вновь взмывал под облака, чтобы продолжить изумительные воздушные пируэты.

После «зимней» войны с Финляндией отец был назначен командиром полка в Монино. В четырнадцать лет Даша совершила свой первый прыжок с парашютом. Тогда же, по выходным, отец стал учить ее основам пилотирования на самолете У-2 из эскадрильи связи. Под контролем отца Даша даже начала выполнять полеты по кругам над аэродромом. И у нее это хорошо получалось – она все хватала на лету…
 
Даша полюбила небо, ей нравилось летать, но она понимала, что одновременно на хореографию и на авиацию ее просто не хватит. Выбор был очевиден - она не изменила своей преданности искусству хореографии. Но после знакомства с небом она стала ассоциировать танец с полетом – полетом души и тела танцора. Только так, по ее мнению, артист мог достичь невероятной легкости и воздушности в технике исполнения.

Весной 1941 года отец получил звание полковника и был направлен в Западную Белоруссию формировать новую бомбардировочную авиадивизию. Семья осталась в Москве. Жизнь Даши шла упорядоченно - учеба в школе чередовалась с ежедневными занятиями в студии. Ее считали перспективной танцовщицей и прочили ей блестящее будущее. Но все изменила война…