Свердловские монстры. Его подлинное имя

07 февраля 1940 года

Свердловск, СССР

Лаврентий Павлович Берия получил шифровку от Колокольцева в шесть часов утра по московскому времени (восемь утра по свердловскому) – по его распоряжению, его подняли с постели.

На то, чтобы отдать и выполнить приказ об отправке Михаила Викторова ускоренной авиапочтой в Свердловск, ушло ровно три часа – в одиннадцать утра по свердловскому времени он вылетел из московского аэропорта Остафьево на безжалостно отжатом НКВД у Аэрофлота самолёте ПС-40 – самом скоростном.

Самом скоростном потому, что ПС-40 представлял собой гражданский вариант шнельбомбера СБ-2-М-100А. Каждый самолет мог перевозить шестерых пассажиров, чего было вполне достаточно для этапирования Викторова (конвой составлял пять человек – четыре конвоира и начальник конвоя).

Скорость была в приоритете, поэтому из самолёта выжали крейсерскую скорость в 350 километров в час; в результате 1416 километров расстояния между Москвой и столицей Урала ПС-40 преодолел ровно за четыре часа. На взлёт-посадку ушло ещё полчаса… поэтому ПС-40 прибыл на аэродром ВВС РККА Кольцово близ города Свердловска в половине четвёртого пополудни по местному времени.

Ещё через час Викторова доставили на конспиративную квартиру (из соображений секретности, это был конспиративный особняк) УНКВД… где он с некоторым удивлением увидел незнакомого ему человека в модном (и явно сшитом на заказ) сером костюме.

Человек представился: «Я майор госбезопасности Максим Котов; личный помощник наркома Берии. У меня к Вам предложение, которое Вас точно заинтересует…». И продолжил:

«Вас вернут в Москву и переведут, по сути, под домашний арест…  в весьма комфортные условия – года на полтора-два. Затем вам влепят стандартный набор по 58-й статье, дадут лет пятнадцать… и отправят в такие же условия. А лет через десять или даже поменьше, выпишут свидетельство о вашей смерти, дадут новые документы, денег, пристроят на непыльную работу и оставят в покое…»

Викторов изумлённо спросил: «И что я должен сделать в обмен на столь царское предложение?». Колокольцев бесстрастно ответил:

«Мне нужно имя вашего знакомого из прошлой жизни. Сорок лет или около того; занимает видный пост в подпольной экономике… по слухам, на его руках много крови… вхож в партийные и государственные структуры, оккультист…».

Викторов ответил на удивление мгновенно: «Его фамилия Артамонов. Николай Евсеевич Артамонов… партнёр НКВД по Операции Кахамарка…»