Чем думали, туда и поставили...

Триумф заднего ума

«Чем думали, туда и поставили», — желчно шутили советские автолюбители, ковыряясь в раскалённом моторном отсеке своего «Запорожца». Эта фраза, ушедшая в народный фольклор, на десятилетия закрепила за главным микробюджетным автомобилем СССР репутацию инженерного казуса. Но если отбросить гаражные мифы и взглянуть на чертежи, окажется, что конструкторы ЗАЗа думали, как раз головой — причём достаточно прогрессивно для своего времени. Но физику и время обмануть не удалось.
В конце 1950-х годов перед советскими инженерами стояла архисложная задача: создать первый в стране по-настоящему массовый, дешёвый и жизнеспособный «народный автомобиль». Строить его по классической схеме «мотор спереди, привод сзади» (как у «Волги» или «Жигулей») было непозволительной роскошью. Требовалось экономить каждый килограмм дефицитного металла и каждый рубль себестоимости.
Решением стала заднемоторная компоновка с воздушным охлаждением. Конструкторы объединили двигатель, коробку передач и ведущий мост в один компактный «рюкзак» на корме машины.
И это дало ощутимые результаты. Во-первых, исчез тяжёлый карданный вал, а вместе с ним и огромный тоннель, съедавший пространство в полу — салон крошечной машины стал абсолютно плоским и на удивление вместительным. Во-вторых, «Запорожец» обрёл суперспособность, которой завидовали владельцы пафосных номенклатурных авто. Тяжёлый двигатель всем своим весом давил прямо на ведущие колёса. Автомобиль преодолевал такое бездорожье, где пасовали многие современные кроссоверы.

Родословная «Горбатого»

Что до горбатого «Запорожца» то главной музой для его создания стал итальянский бестселлер Fiat 600, созданный гениальным Данте Джакозой. Министр автомобилестроения СССР лично указал инженерам на этот кузов как на образец. Именно у «итальянца» советские дизайнеры подсмотрели округлые формы и двери, открывающиеся назад («против хода»).
От немецкого «Жука» Фердинанда Порше Запорожец взял общую философию и одну важнейшую деталь — переднюю подвеску на поперечных стальных стержнях-торсионах. Она была сложной в производстве, но практически неубиваемой на советских разбитых дорогах.
В отличие от плоского мотора «Жука» или рядного у Фиата, советские инженеры из НАМИ создали V-образную «четверку» воздушного охлаждения. Из-за угла наклона цилиндров мотор получился очень высоким и громоздким. Он просто не влезал под изящный итальянский кузов. Чтобы закрыть капот и спрятать этот торчащий железный агрегат, конструкторам пришлось нарочито выгнуть заднюю часть кузова вверх. Так, из чисто технических ограничений, и родился знаменитый «горб».

«Инвалидка» или безымянный герой

Говоря о советских моторах-«воздушниках», невозможно пройти мимо самого трогательного и колоритного транспортного средства СССР — инвалидной мотоколяски. Самая известная её модель, округлая С-3А, навсегда вошла в историю кино благодаря комедии Гайдая «Операция "Ы"» и Моргунову, сыгравшего Бывалого.
Это машине отводилась вполне благородная миссия. После Великой Отечественной войны в страну вернулись миллионы фронтовиков с тяжелейшими ранениями. Дать каждому инвалиду по полноценному «Москвичу» государство физически не могло. Задачу поручили Серпуховскому мотоциклетному заводу, и инженеры пошли по самому простому пути: скрестили мотоцикл с автомобилем.
Своего официального название эта линейка так и не получила, оставив лишь сухой, бездушный индекс — сначала С-3А, а с 1970 года угловатую, цельнометаллическую С-3Д. Народ, конечно, исправил эту чиновничью чёрствость, иронично переименовав машины в «Моргуновку» и «Инвалидку».
Привод у данного аппарата был задним, а под капотом тарахтел классический одноцилиндровый двухтактный двигатель от мотоцикла ИЖ-Планета. Естественно, с принудительным воздушным охлаждением — обычным вентилятором, который гнал воздух на цилиндр. Но для людей, лишённых возможности нормально передвигаться, этот трескучий воздушный мотор стал настоящим спасением. В нём отсутствовал радиатор, а значит, зимой в нём просто нечему было замерзать. «Моргуновка» Серпуховского завода, как и «Запорожец», доказал: воздушное охлаждение в СССР стало синонимом инженерии выживания.

Проклятие «воздушника»

В классических машинах цилиндры окружены толстым слоем циркулирующей жидкости — «водяной рубашкой». Жидкость не только забирает излишки тепла, но и работает как идеальный природный шумоизолятор, глуша механический лязг.
У «Запорожца» водяная рубашка отсутствовала. Его мотор был «голым», а цилиндры охлаждались напрямую потоком воздуха. Отсюда и этот неподражаемый, залихватский, оглушительный треск, из-за которого машину за три квартала путали с вертолётом или мопедом.
Но настоящий кошмар начинался, когда дело доходило до контроля температуры. Мотор, по сути, оказался заперт в своей собственной аэродинамической тени. Чтобы двигатель попросту не расплавился, инженерам пришлось добавить мощный вентилятор и те самые боковые кармашки-воздухозаборники на более поздней модели ЗАЗ-968. Однако летом, на кавказских перевалах или в плотных городских пробках, вентилятор просто гонял туда-сюда раскалённый воздух, и мотор неминуемо перегревался.
Зима приносила свои проблемы. Двигатель остывал мгновенно, а согреть салон теплом мотора, как в тех же «Жигулях», было невозможно из-за отсутствия антифриза. Инженеры установили под капот (который спереди, где багажник) автономную бензиновую печку-отопитель. Эта печка жила своей собственной, непредсказуемой жизнью: она либо вообще не включалась, либо дико воняла бензином.

Эпоха жидкостей и экологический тупик

К началу XXI века воздушное охлаждение в автомобилестроении окончательно ушло в прошлое. Последний великий бастион двигателей-«воздушников» — культовый Porsche 911 — перешел на водяное охлаждение в 1998 году, а мексиканский завод Volkswagen выпустил последний классический «Жук» в 2003 году.
Двигатели с воздушным охлаждением вымерли не потому, что были плохими. Их убили жесткие современные экологические стандарты и требования к комфорту. Чтобы минимизировать вредные выбросы, мотору необходима ювелирная стабильность температуры в районе 90 °C. Водяная система с электроникой справляется с этим идеально, тогда как воздушный двигатель постоянно лихорадит от капризов погоды. Кроме того, современные форсированные двигатели с турбонаддувом выделяют столько тепла, что пытаться охладить их просто потоком воздуха было бы утопией.
Сегодня воздушное охлаждение ушло туда, где важны максимальная легкость и простота: в бензопилы, газонокосилки, мотоциклы и дроны, чье жужжание так напоминает мопедный треск.
Конструкторов «Запорожца» часто критиковали несправедливо. Они создали удивительную машину, которая, вопреки всему, возила миллионы людей там, где казалось никаких дорог нет. А народная присказка «чем думали, туда и поставили» осталась памятником эпохе, когда автомобили были громкими, капризными, но при этом надёжными.