Странные сутки Егора

Егор сидел у окна и допивал кофе, как почувствовал взгляд на себе. В ту же секунду он уже смотрел в глаза незнакомцу. В метре от него стоял мужчина с планшетом в руках. Егору стало не по себе, он даже скрестил руки на груди, как бы показывая, что незнакомец ошибся. Но тот развернул планшет экраном к стеклу, и Егор прочел кривые буквы, написанные пальцем по экрану: «Ты следующий. Выходи».
Егор в панике спустился в подземку. Сел в вагон, пытаясь прийти в себя. Вдруг сидящие напротив него девушки начали вздрагивать, хватать себя за щеки, оглядываться и, видя, что они не одиноки в своих галлюцинациях, пугались еще больше.
Егор решил, что мир сходит с ума. Он не знал, что прямо рядом с ним стоит парень Миша, который сегодня окончательно стал невидимым, и решил хорошенько развлечься. Миша подходил к девушкам в метро, нежно гладил их по щеке и думал, что щеки — это хорошо, но попы-то лучше.
Пока Егор ехал в метро, в одном из дворов два парня-мошенника спорили о своем крупном деле.
— Да ладно тебе — ты прям такой правильный, что ли?
— А если узнают, что это мы подделали документы?
— Не ты ли говорил, как часто к вам приезжает ваш дядя-адвокат?
— Думаешь, он будет рад выгораживать нас бесплатно?
— Да с чего ты взял, что мы проколемся?— У меня предчувствие, что Ленка-крыса догадается и сдаст нас.
— Я займусь ею сегодня же, ты же знаешь, как она залипла на меня.
— Ну, давай обсудим все до мелочей...
Тем временем дома у Егора Пашка вернулся с праздника. На кухне его встретила бабушка:
— Ну как прошел праздник?
— О, баб, такой вайб словил!
— Понравилось, значит?
— Да... столько колы выпил! Нам еще с собой по бутылке дали и плюс у Олега его колу отжал.
— Да ты что?
— Да все нормик — он ее не любит.
— Ну ты лис!
Поздно вечером Егор наконец добрался до дома, бледный и уставший. Лена встретила его на кухне.
— Привет, Лен. Черт, так устал на работе. Этот Пётр Иваныч снова не дал премию, кризис, говорит, в стране.
— Как мы будем еще 10 лет ипотеку тянуть? — расплакалась Лена. У Темки зубки режутся, вся на нервах тоже, сил нет.
— Ничего, прорвемся! Пойдем ужинать.
На ужин были картофельное пюре с котлетами. Егора всё еще трясло от страха после утреннего преследователя, и от волнения он начал говорить жене глупости.
— Ты сейчас такой необычный.
— Как это?
— Ну, как будто думаешь...
- Я хотел тебе сказать... ааа... вот ты любишь пюре?
— Картофельное? Да.
— Я вот тоже так сильно его люблю, готов каждый день есть. И с тобой готов каждый день быть и есть и есть картошку... то есть смотреть на тебя постоянно...
Лена растаяла от этой неловкой нежности, и напряжение спало.
После ужина Егор пошел на площадку, чтобы выбросить коробку из-под пиццы. Там он случайно встретил соседку.
— Вы снова пиццу ели?
— Да, а что?
— А коробку кто будет выносить?
— Она вам мешает, что ли?
— Да!— А мне не мешает.
— Почему мы за вас должны мусор выносить?
— Не выносите.
Егор вернулся, зашел в темную комнату и бросил кофту на кресло. Вдруг из угла раздался скрипучий голос.
— Ты опять ходил в мятом?
— А тебе чего? Отдыхай.
— Я, может, только и мечтаю, чтобы погладить.
— Ты знаешь, как мне лень?
— А знаешь, что думает о тебе Ленка, когда твоя кофта как из жо...?
— Да, ладно, она же знает, что я устаю на работе.
— Просто поставь меня на кухонный стол.
— Не, не прокатит. Гладить не буду.
Позже в прихожей раздался звонок домофона. Егор снял трубку и поднес к уху.
— Алло!
— Ты такой красивый сегодня, — раздался вкрадчивый, незнакомый голос из динамика.
Егор удивился, решив, что это Пашка балуется у подъезда с друзьями.
— Пашка? ...вы кто?
— Если хочешь — называй меня Пашкой.
— Не понял... Вы в какую квартиру?
— Я пришел к тебе. Откроешь?
— Нет.
— Откроешь... — тихо пообещал голос, и домофон отключился.
Егор бросился к окну, выходящему на подъезд, и посмотрел на улицу. Внизу у входной двери стоял тот самый бледный мужчина с планшетом и смотрел прямо на его окна.
Утром Егор понял, что ему нужно срочно исчезнуть из города, пока этот кошмар не закончился. Лена со слезами провожала его на поезд. Легкое платье едва согревало Лену, она дрожала не от холода, это была нервная дрожь. Егор трогал ее кудряшки, старательно завитые для него. Сейчас они уныло свисали под каплями дождя, быстро превращаясь в прямые сосульки.— Не смотри такими глазами, — сказал он, обняв любимую за плечи. Проводник торопил пассажиров, а они застыли в объятиях, не в силах отпустить друг друга...