Мессершмитт-222. Глава двенадцатая

Глава 12

Хельга отвечает:
— Пойдём купаться в бассейн! Вода тут всегда горячая и проточная. Чувствуешь, какой от неё идёт пар? Прямо из горных источников — говорят, ещё прадед нынешнего хозяина гостиницы эту систему наладил.

Мы идём снова купаться. Стеклянные панели по краям бассейна мягко рассеивают свет, а за ними открывается вид на город: черепичные крыши, колокольня ратуши, узкие улочки, сбегающие вниз по склону. Над головой — открытое небо, уже тронутое вечерней синевой. Марта с Вернером игриво плещутся, брызгаются друг в друга, смеются. Мы с Хельгой неспешно плывём рядом и беседуем.

Я спрашиваю, кивая в сторону силуэта на склоне:
— А что за храм стоит на склоне горы на краю города? Выглядит очень старинным. Вон там, видишь? У самого леса, под теми высокими елями.

Хельга говорит, слегка прищурившись:
— Это храм Санкт Клауса, святого Николая чудотворца. Он — покровитель нашего города, так же, как и города Бари в Южной Италии, где хранятся его останки, то есть святые мощи.

Хельга рассказывает, плавно проводя рукой по поверхности воды:
— У нас есть обычная традиция после терм посещать и храм. Чтобы омыться не только телесно, но и духовно. Особенно когда вокруг столько поводов для волнений, а молодые люди порой слишком увлекаются взаимным вниманием — так храм помогает обрести равновесие. В термах мы отпускаем лишнее, а в храме закрепляем этот покой.

Марта с Вернером слышат наш разговор. Мы вчетвером переглядываемся. В воздухе повисает короткая пауза, нарушаемая лишь плеском воды и далёким звоном колокола.

— А давайте завтра и сходим? — предлагаю я. — Тем более завтра день воскресный, самое время. Утром служба, потом можно прогуляться по городу, посмотреть на площадь и лавки ремесленников.

Вернер сначала не хочет, хмурится и качает головой:
— Да ну, не знаю… Не очень хочется.

Марта подмигивает ему:
— Там бывают даже те, кого ты меньше всего ожидаешь увидеть. Например, фрау Берта — она ведь никогда не выходит из дома, а в воскресенье её почти каждую неделю замечают у ворот храма.

Хельга спокойно добавляет:
— Да, даже ведьмы его иногда посещают — ищут душевного покоя. Они такие же жители Мирана, как и все мы. Просто люди с особым взглядом на мир. И храм открыт для всех, кто ищет гармонии.

Вернер удивлённо поднимает брови:
— Ведьмы?

Марта кивает:
— Ага. Даже ведьмы. Говорят, они часто приходят рано утром, пока мало народу. Никто их не гонит — в храме нет места осуждению.

Вернер задумывается на несколько мгновений, потом улыбается:
— Ладно, убедили. Пойду с вами. Вдруг и правда станет легче на душе?

Мы снова погружаемся в тёплую воду, продолжаем купаться. Вокруг звучат смех Марты и Вернера, плеск воды, тихое журчание притока. Мы с Хельгой ещё немного говорим о местных обычаях, о том, какие ещё интересные места есть в Миране. Я ловлю себя на мысли, что впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему расслабленным.

За окном темнеет, последние лучи заката окрашивают горы в розовые и фиолетовые тона. Пар над бассейном становится гуще, а свет ламп — мягче. Время здесь будто замедляется, позволяя каждому моменту продлиться чуть дольше.

Хельга мягко улыбается:
— Вот и хорошо. Завтра утром — в храм святого Николая. А пока — наслаждаемся теплом терм.

Все кивают, улыбаются и продолжают отдыхать. Никто никого не заставляет — просто так получается, что решение рождается само собой, в тёплой атмосфере доверия и дружеского общения.