Патрик и Дымка. Часть 21

В  конце  сентября  -  начале  октября  2012  года  мы  с  Сергеем  улетели  на  десять  дней  отдохнуть  в  Махмутлар  -  относительно  новый  турецкий  курорт,  находящийся  в  12  км  от  Алании  и  в  трех  часах  езды  на  автобусе  от  аэропорта  Анталии.  С  Дымкой  осталась  Мария  Петровна.  Еще  до  отъезда  я  заметила,  что  опухоль  начала  кровоточить.  А  по  возвращении  -  быстро  расти.  Образовалась  вторая  -  на  брюшке.  Дымка  постоянно  вылизывала  эти  места.  Со  временем  шерсть  выпала.  Казалось,  на  общее  состояние  это  никак  не  влияет.  Аппетит  кошки  не  страдал,  она,  как  и  раньше,  была  игрива:  охотно  принимала  приглашение  поиграть,  прыгала  за  моей  меховой  резинкой  для  волос.  Иногда  в  коридоре  она  вдруг  начинала  завывать,  но  мы  думали,  что  так  она  выражает  свою  тоску  по  Патрику.  Когда  на  постельном  белье  на  диване,  где  ночью  Дымка  спала  с  нами,  стали  появляться  пятна  крови,  скрывать  правду  стало  невозможно,  и  я  обо  всем  рассказала  Сергею.  Посоветовалась  со  знакомыми.  Решили  операцию  не  делать.  Возраст.  Не  хотели  мучить.  Об  усыплении  речь  не  шла:  мы  оба  воспринимали  это  как  предательство  по  отношению  к  кошке.  Пока  была  молодая  и  здоровая  -  нужна,  а  старая  и  больная  -  нет.

И  снова  я  обращалась  с  протестными  вопросами  к  Создателю,  на которые  все  равно  не  смогла  бы  получить  ответа.  Если  допустить,  что  люди  заболевают  раком  в  качестве  наказания  за  неправедную  жизнь,  то  за  что  мучить  безгрешных  животных? К  чему  такая  жестокость?  Уж  если  все  равно  они,  как  и  мы,  обречены  умереть,  то  почему  нельзя  без  мучений  и  страданий:  просто  уснуть  и  не  проснуться?  Я  опять  осуждала  Творца,  но  сама-то  я,  чем  лучше?  Не  смогла  решиться  на  эвтаназию,  не  смогла  позволить  умертвить  кошку,  чтобы  облегчить  страдания.  Что  это:  жалость  или  малодушие?  Я  опять  предпочла  ждать  естественной  развязки,  лишь  бы  не  прочесть  в  её глазах  недоумение:  «За  что?»

В  ноябре  Дымка  предприняла  последнюю,  как  оказалось,  попытку  залезть  на  шкаф.  Сергей  был  на  работе,  мы  с  Дымой  оставались  ночевать  одни.  Она  дважды  привычным  путем  -  с  кресла  по  ковру  вверх  -  залезла  на  шкаф,  но  слезть  самостоятельно  уже  не  смогла.  Кошка  стала  бегать  взад-вперед  по  шкафу  и  так  растерянно  и  жалобно  смотрела  на  меня  сверху,  что  мне  пришлось  на  вытянутых  руках  подставить  ей  пуфик  и  как  на  лифте  спустить  ее  вниз.

В  декабре  в  качестве  подарка  к  Новому  году  для  нашей  семьи  мы  купили  большой  жидкокристаллический  телевизор  в  гостиную.  Дымка  покупку  оценила  и  одобрила:  когда  мы  смотрели  фильмы,  кошка  начинала  играть  со  стрелкой  курсора  на  экране,  пытаясь  поймать  его  лапкой.

Фото автора.

Продолжение следует...