Глава 4

Я окончил педагогический техникум с отличием, получил красный диплом, но моим планам, учить детей в Пресновской школе родного района, не суждено было сбыться. Евгений Семёнович Ремушевский, директор педагогического техникума. Скоропостижно скончался за несколько недель до того, как началось официальное распределение выпускников по школам.
Распределили меня в Предичеснкую среднюю школу Красноярского края. Деваться было некуда, пришлось оставить мать, братьев и сестёр, родное село, милых моему сердцу Самохиных и Баевых и отправиться по месту распределения.
Единственным средством связи с семьей и дорогими мне людьми была почта. Всё моё свободное время отнимала работа: дети, тетради, журналы, оценки, внеклассная общественная работа.
Я окунулся в это с головой и получал настоящее наслаждение от работы с детьми и даже стал писать небольшие краеведческие заметки в местную газету за что получил несколько почётных грамот от администрации школы.
Однажды из дома пришло тревожное письмо: в нём мама сообщала о том, что мой брат Лёня попал в районную больницу, которая находилась в Пресновке, но причину, по которой она там оказался, не называлась.
По тому, как было написано это письмо, я догадался, что всё достаточно серьёзно, но, зная маму, понимал, что говорить об этом в письме она не станет.
Я тут же написал два письма: одно – маме, второе – Маше Самохиной в Пресновку, в котором я просил её аккуратно узнать, что с Лёней и, по возможности, навестить его.
Ответы на свои письма от мамы и Маши я получил практически единовременно через несколько недель. Мама так и написала мне ничего конкретного по поводу Лёни, сообщив только, что он травмировал правую ногу и до сих пор находится в больнице и, что: «… в остальном, всё хорошо, сынок. Шура и Надя учатся, помогают мне по хозяйству. Очень скучают по тебе и надеются на скорую встречу…»
Маша написала о том, что смогла узнать через Мишу Умрыхина, моего односельчанина, о том, что Лёня получил травму во время игры в футбол с местными ребятами, но травма эта имела к игре косвенное отношение. Одному из местных ребят не понравилось, как Лёня отнял у него мяч во время игры и нарочно ударил его шпорой на сапоге по щиколотке.
Шпоры на сапогах у нас носили только поляки, которые поселились в Богатом перед моим распределением и последующим отъездом. Вели они себя нагло: задирались к местным, хамили старшим, часто искали повод для драки. В селе их не любили, но деваться было некуда, оставалось только своевременно осаждать их в конфликтных ситуациях.

«Прости, но это всё, что мне удалось узнать, Витя. В палату меня, конечно, не пустили, так как я не являюсь родственником Лёни. Единственное, что получилось, передать ему гостинцы: немного фруктов и записку от тебя, которую ты выслал ему в письме. Если что-то ещё узнаю, обязательно напишу. Обнимаю. Твоя Маша…»

Не нужно было специального медицинского образования, чтобы понимать: травма, нанесённая Лёне, была очень серьёзной, так как с учётом первого маминого письма, в котором она о ней сообщалась, моим письмом домой и ответами, в общей сложности прошло около полутора месяцев.
Вырваться домой и навестить родных и брата не представлялось возможным, поэтому мне оставалось только ждать. К тому же близился очередной призыв в армию – в январе мне была дана очередная отсрочка, значит, с большой долей вероятности осенью точно должна была прийти повестка.
Мне, конечно, было жаль оставлять своих учеников, но пойти в армию я считал своим гражданским долгом. Поэтому я сконцентрировался на работе и надеялся на то, что летом, когда у меня будет отпуск, я всё-таки смогу навестить родные места: Богатое, Пресновку и, конечно, повидаться с близкими и дорогими людьми. С того момента, как я видел их последний раз, прошло уже два года.
К сожалению, моим планам навестить родные места, также не суждено было сбыться.
Двадцать второго июня тысяча девятьсот сорок первого года Германия вероломно, без объявления войны напала на Советский Союз.
Мне было предписано незамедлительно явиться в Муртовский РВК Красноярского края – началась масштабная военная мобилизация.
Красноярский край , несмотря на свою отдалённость от фронтовой линии, стал одним из ключевых регионов, где планировалось собрать и обучить огромные потоки призывников; Военкоматы стали тем центральным элементом, который осуществлял не только набор, но и медицинскую проверку, а также распределение и отправку граждан в ряды Красной армии;
Работа военкоматов Красноярского края была построена по схеме, принятой центральным госкомитетом обороны; Таким образом вырисовывалась следующая схема работы: краевой военкомат – был административным центром, располагавшийся в Красноярске; Он координировал работу всех подчинённых уездных и районных пунктов;Уездные военкоматы осуществляли непосредственный набор в населённых пунктах, а районные и сельские пунктуальные приёмные комиссии – проходили первую проверку призывников;
Также на военкоматы были возложены следующие функции и задачи:
учёт населения – создание и постоянное обновление списка призывного возраста (от восемнадцати до пятидесяти лет) на основе данных колхозных, сельхоз- и промышленных организаций;
Осуществлялась медицинская и физическая проверка: отбор личного состава по состоянию здоровья и физической подготовке;
Они же назначали и категории годности: распределение призывников по категориям (первой, второй и третьей) и определение дальнейшего маршрута (фронтовые части, тыловые формирования, склады, страховые бригады).
В работу военкоматов также входило формирование батальонов и дивизий: объединение наборов в крупные военные части, подготовка их к отправке в центральные военные комиссариаты (Московскую, Ленинградскую, Новосибирскую и иные области).
И, конечно, включала в себя контроль за подготовкой: обязательное взаимодействие с военными школами, тренировочными лагерями и курсами для повышения боеспособности новобранцев;
Красноярский военкомат, в который мне надлежало явиться только за первые шесть месяцев войны, мобилизовал более двухсот пятидесяти тысяч человек и организовал несколько тренировочных лагерей в окрестностях города, в один из которых я и попал после прохождения всех необходимых комиссий.
Перед тем как отправиться по месту призыва, мне удалось отправить домой краткое письмо:

«Здравствуйте, мама, Лёня, Надя и Шура! Мама, как вы там живёте, как здоровье, как перебиваетесь, как вообще жизнь в Казахстане, есть ли что в магазинах? Мама, как здоровье Лёни? Есть ли хоть небольшая надежда на его выздоровление? Как Надя и Шурочка поживают? Большие, наверное, стали?
Увидимся, видимо, не скоро. Меня мобилизовали. Война…
В следующий раз напишу уже из расположения части, так что с ответом не торопитесь.
Пишите о своём здоровье, о своей жизни, о Лёне. О Лёне никак не могу от вас ничего добиться, есть ли у него улучшения, есть ли надежда, что он поправится? Большой привет всем родным и знакомым.
До свидания. Крепко всех целую. С приветом – Ваш Витя!»

Тогда я ещё не знал, а мог только догадываться о том, что военкоматы Красноярского края сыграли очень важную роль в начале войны, которая будет называться в последствии Великой Отечественной войной.
Их эффективная работа позволила собрать сотни тысяч бойцов, несмотря на географическую отдалённость региона от фронта и, несмотря на сложности транспортировки и медицинского обеспечения все-таки наладить процесс масштабной мобилизации.
Не знал, да и не мог знать я тогда о том, что после войны многие из зданий бывших военкоматов были переоборудованы под школы, дома культуры или административные учреждения;
Никто тогда и помыслить не мог, что Великая Отечественная война продлится с тысяча девятьсот сорок первого по тысяча девятьсот сорок пятый годы: мы все надеялись на скорую победу над Германией и возвращения домой – к мирной жизни.