Наперстянка

Это растение дважды удивило меня  за один день. Утром я поднялся со всеми туристами на высокую гору Церковка в фуникулере и побежал со всеми  смотреть местную достопримечательность - груду камней с крестом на верхушке. Потом все туристы пошли смотреть вниз. С одной стороны горы далеко внизу лежал курорт Белокуриха. Домики, конечно, казались игрушечными. С другой стороны были видны только горы, покрытые лесом, знаменитый Чергинский хребет и, конечно, там не было ни одной деревушки. Тропа туристов кружила по вершине в сплетении корней, но стоило сделать шаг в сторону  и очутишься в сосновом светлом бору. Там я и увидел сразу это растение. Конечно, я его  узнал, но видел до этого только на картинке в учебнике биологиии никогда в природе. Вечером, когда я дома открыл компьютер, растение удивило меня второй раз, скорее разочаровало. Десять лет назад на эту гору в Белокурихе уже поднималась любительница растений, сделала снимок и выложила его на ботаническом сайте.  Растение это была крупноцветковая наперстянка.

Впрочем, я немного утешился. Триста лет назад эта наперстянка получила имя в Англии, она известна во всей Европе до Урала, а потом … пустота. С уральских гор наперстянка перескочила тысячу километров через степи южной Сибири и приютилась на Чергинском хребте. Здесь ей понравилось. Говорят,  снизу хребет греют теплые источники, зима не такая холодная, а возле речки Белокурихи строится сто лет курортный городок. Наперстянке на теплом хребте так понравилось, что дальше на Алтай она не пожелала расселяться, и даже в республиканском ботаническом саду в горах благополучно живет только одно растение, как драгоценность.

О наперстянке нам говорит уже название. Цветы ее оригинальной формы и,  в отличие от колокольчиков, которым она не родственница, лепестки разной формы и называются губами. Родственники наперстянок – подорожники, наверное, из-за тычинок. И всем известны необычайные вещества, что струятся в этих растениях, он могут излечивать, а могут и убивать. Но нас интересуют два имени, два человека, что включили это растение не в ботанику, а в культуру человека. Это Шпренгель и Дарвин.

Долгое время человечество с умилением наблюдала за пчелками, что роятся у цветов. Зачем нужны пчелы? Чтобы пить нектар, превращать его в мед, а мы будем пить чай с медом и наслаждаться.  Первым, кто понял, что это не совсем так был Христиан Шпренгель, он первый увидел нектарные указатели, а у наперстянки они хорошо выражены. Труба венчика наперстянки, это  дорога с указателями, ведущими вверх, она ведет к вожделенному нектару.  Увы,  сначала Шпренгелю  не поверили.  Разве природа существует не для человека? Нектар нужен растению, чтобы привлечь пчел и провести опыление, а вовсе не для человека.

Дарвин продолжил работы Шпренгеля и доказал, что опыление должно быть перекрестным, что это одна из форм естественного отбора. Борьба за жизнь это приспособление к опылению, нужное и растению и насекомым.

Строение цветка наперстянки, наглядный пример перекрестного опыления, когда тычинки разные по длине и вместе успешно обеспечивают весь процесс. Слава наперстянке, Шпренгелю и Дарвину!

Наперстянка известна людям давно, в культуре она уже полтысячи лет, иногда даже у нас в Сибири убегает на волю, но не размножается там. Есть культурные наперстянки на клумбах нашего поселка, но так приятно встретить дикую наперстянку в дикой природе. Надеюсь, читатель, и вам повезет,  и вы тоже будете удивлены.