Я часто вспоминаю наше детство

                На днях пошли гулять с внуком. Он меня спрашивает: «Деда, куда пойдем?»
Я в ответ: «А куда ты хочешь?» - «В парк!». Соглашаюсь: «Пошли в парк».
Приходим. Выходной день, полнолюдно.Тенистые аллеи, птички летают, белки по деревьям прыгают. Гуляющие их подкармливают. Музыка звучит. Аттракционы всякие работают, качели, карусели, детские городки. Внук доволен, с одной площадки на другую переходит, с удовольствием лазает на рукоходах, брусьях, горках, стенках. Носится, бегает, ничего не боится. На его лбу уже проступила испарина. Кричу ему: «Тимофей, аккуратней!» - «Я аккуратно, дедуль».  Но тут взгляд внука останавливается на веревочном парке «Адреналин». Это такой комплекс тросов и канатов, протянутых между деревьями,  с набором всевозможных препятствий. Лицо внука  преображается. «Деда, пошли туда! Я туда хочу!»

                Все оставшееся время я помогаю Тимофею передвигаться по этому парку, потому что какие-то препятствия он преодолевает сам, а некоторые ему не даются в силу  еще не очень большого возраста. И здесь я для него как спасительный круг. «Я сам, дед» - говорит он мне. «Конечно, конечно, мой родной. Я знаю, ты у нас самостоятельный. Я только чуть-чуть тебе помогу». Тимофей старается изо всех сил, делает последнее усилие и, пыхтя от удовольствия, завершает трассу. Герой! Он почти всю полосу препятствий прошел сам. «Молодец, Тимоша! Ты просто умница». Потом мы покупаем сахарную вату, и не спеша возвращаемся домой.

                Мы медленно движемся по аллеям парка. В голове невольно мелькает мысль: «Сейчас хорошо – сейчас к  твоим услугам всё, что угодно. Качели, карусели, кафешки, аттракционы, угощение.  На любой вкус и на любой возраст. Хоть каждый день приходи». В мое детство горпарк работал только по выходным. А мы с родителями бывали там крайне редко. Далеко было ехать, да еще с пересадкой. И это в то время, когда обычные автобусы ходили нечасто. И если уж мы с папой, мамой и младшей сестренкой приезжали туда, а потом родители покупали нам еще мороженое, то это был настоящий праздник, который запоминался надолго.
 
                Поэтому все уличные аттракционы мы, дети 70-80-х, устраивали себе сами. Мы знали сотни игр: с мячом, с палкой, с биточком, с камешками, с ракушками, с резинкой, с веревкой и без всего этого. Мы могли придумать игру с любым предметом. И нам никогда не было скучно,  мы могли играть с утра и до глубокой ночи. Расходились мы только тогда, когда в потемках нас выходили искать родители.

                Причем, не все наши игры были безопасны. В некоторых приходилось проявлять смелость и отвагу, скорость и силу, мужество и стойкость. А иные были сопряжены с риском. Например, пройти по узким перилам моста, когда под тобой река. Или перепрыгнуть через широкий ров. Или прокатиться на грузовом автомобиле, уцепившись за край кузова. Безрассудство? Да, может быть. А как же без этого? Но, в большинстве случаев, оправданный риск. Ведь мы играли до самозабвения, до полной самоотдачи. Куда-то надо было девать свою молодецкую удаль и отвагу.         

                Мы получали ссадины и гематомы, синяки и шишки, резали руки и ноги о стекла и острые камни, разбивали в кровь носы, лбы и коленки, но никогда не бежали домой, а оставались с друзьями, потому что понимали: если зайдем – обратно нас уже не выпустят. А что может быть хуже, чем сидеть дома, когда все твои друзья на улице? Исключения составляли только те случаи, когда реально необходима была помощь взрослых. Мы вытирали кровь рукой, прикладывали подорожник, или вообще любой зеленый лист с куста или дерева, заматывали раны, чем придется, обычно тряпкой или веревкой, и продолжали играть дальше, потому что не было ничего интереснее, чем проводить время с друзьями. У нас даже мысли не возникало, что мы можем занести в рану инфекцию, получить заражение и умереть от сепсиса.

                Это удивительно, но мы все остались живы. Мы все выросли. Я не слышал ни от кого и никогда, чтобы рана, полученная на улице, оказалась для кого-то с летальным исходом. Мы становились только крепче и здоровее. Мы учились переносить боль, не поддаваться панике, и не падать в обморок от вида крови. Мы учились быть стойкими и закаленными к трудностям. Мы были еще тем поколением, которое вышибало клин клином. Возможно, поэтому мы выросли нормальными, здоровыми  и сильными духом людьми, способными самостоятельно решать житейские задачи и не сгибаться под тяжестью обстоятельств.