Тимуровцы

 У наших мам, особое отношение к картошке. Наши мамы в детстве пережили войну, и помнили то, далеко не сытое время. А если бы не картошка? Вообще голод. И даже в их, ещё по детски лёгких умах, глубокой зарубкой навсегда отложилось как одно из самых важных,- картошка в семейном погребе, должна быть всегда, и никак иначе! И чтоб круглый год, от копки до копки.
 Мы же, рождённые в 60-е ничего этого не испытывали. Сытое, счастливое детство, пионерские лагеря, походы, рыбалка с ночёвкой, уха, костёр, да много всего прекрасного.
 Вот только картошка… Это, пожалуй сама сильная неприятность в нашем летнем детстве, да и не только в детстве. Посадка, прополка, окучивание, уборка урожая.
 И что самое плохое, от других работ, можно как-то договориться с мамами, или ещё как, то насчёт картошки, мамы непреклонны, торговаться, отлынивать, бесполезно.
Это как авария на работе, ликвидировать, хоть тресни!
И вот нам уже за тридцать, многое уже побывало, многое поменялось, но не поменялись мамы и их отношение к картошке. И им плевать, что мы уже состоявшиеся, самостоятельные личности, иди и делай! Жуть как неохота, а куды деваться? Мамы.
 Так вот, это небольшое отступление, теперь по сути.
 Пятница, середина июня, короткий рабочий день заканчивается планёркой. Выходим втроём на улицу, закуриваем, по рукам, уже собрались расходиться.
- Вот вы дебилы, или кто?!
 В любой компании, даже состоявшей из начальников, всегда есть лидер. У нас таковым был Александр Григорьевич Гуляев.
- Григорич, ты это кому?!- Мы удивленно уставились на него.
- Вот вы сейчас куда?- и сам ответил,- вот сейчас притащитесь в свои квартиры, завалитесь на диван, телек включите и будете пялится в него! И чё хорошего?
- А чё плохого-то?- Удивился Ефремов.
- Тьфу!- Гуляев презрительно сплюнул, - скучно с тобой Василич.
- Короче, ты чё предлагаешь?
- Да хоть на речку сходить!
- Через магазин?
-  Нет через детский сад! Мать вашу!
  Вот всё-таки молодец Григорьевич, приподнятое настроение превратил в праздничное. Идём в магазин, по ходу поделились праздничным настроением с продавцами, затарились, выходим, и на тебе! Навстречу Лёха Пятенев, постоянный член нашей компании. Тоже в магазин на велосипеде приехал.
- О, на ловца и зверь бежит,- обрадовались встрече,- присоединяйся, мы на речку, посидим.
- Не могу мужики, - Пятень сквасил страдальческую мину, - мать достала! Пошли картошку полоть, пошли картошку полоть! Я ей, давай завтра, с работы, устал. Бесполезняк!Пошли и всё!
 А мы такие добрые, на позитиве. Да и, выпить можно и на поле, необязательно на речке.
- Поле далеко?
- Да вон, за дорогой, где автостанция.
- А сколько соток? - Доброта, оно конечно хорошо, но, а вдруг у него там соток десять?
- Три сотки.
  Три сотки, это даже меньше сотки на брата.
- На нас тяпки найдёшь?- Григорьевич, как обычно, взял управление на себя.
Пятень энергично кивнул.
- Дуй, за тяпками. Будем ждать тебя у автостанции. И пузырь захвати. Мать не бери.
Лёха скоренько, на велик и был таков. Стоит ли удивляться, что у автостанции ждали не мы его, а он нас? Шустрый парень.
 Я как бывший сельхозник, сразу определил, делянка не в три сотки, а во все пять. Но промолчал. Как потом оказалось, зря промолчал. Может и обошлось бы.
 Выпиваем, балагурим, работаем, всем хорошо, всё-таки доброе дело делаем.
 Вот уже и конец делянки, осталось чуть-чуть. И вдруг Пятень замер! Потом, бросив тяпку, рванул к стоявшему на соседней делянке, вверх дном ведру. Внимательно осмотрел ведро, ошарашенно выпучил глаза, и выдал:- Мужики! Вот наша делянка!
- В смысле?
- Мы чужую пропололи. - Упавшим голосом,- соседскую.
 Наши эмоции описывать не стоит, сплошная нецензурщина. Когда поутихли, на Пятеня смотреть было жалко.
- Мужики, - как нашкодивший школьник, - я же не специально.
- Если бы специально, мы бы тебя здесь похоронили,- Гуляев орал больше всех, но и у него запал вышел.
- Вы это,- пробубнил провинившийся,- вы идите, я тут сам.
- Сам он! У-у сволочь.
Зная характер Григорьевича, мы уже поняли, придётся.
- Вы как?- обратился к нам.
- А чё как!- Во мне опять закипела злоба,- Ты же у нас Тимур, а мы твоя команда!
- Слышь ты придурок,- Гуляев насмешливо оглядел Пятеня,- мы останемся, а ты поедешь.
- Куда?
- За лекарством! Косоглазие твоё лечить будем.
 С картошкой справились довольно быстро, делянка оказалась действительно не более трёх соток. Но за картошку Лёха от матери всё-равно огрёбся. С лекарством переборщил, вместо одной привёз две. И побочный эффект, куда-то все тяпки делись.