83 года

Старик сидел на лавочке на берегу Москвы-реки, на Филевской пойме, со смартфоном в левой руке и стилусом в правой, и сочинял стихотворение. Сегодня ему исполнилось 83 года, и ему захотелось отразить это событие в стихах, сочинением которых он в последние годы с интересом занимался. К тому же с самого утра прицепилось к нему такое четверостишие:

Восемьдесят три, друзья,
Ну и ну, не скрою я —
Пролетели очень быстро
Даже для меня, оптимиста.

То есть начало стихотворения как бы уже было. Оставалось придумать окончание, а середина, как это бывало с другими его стихами, писалась сама собой.
Вот только слово "оптимист"  его смущало. Под рифму подходит, но какой он оптимист? Вот 83 года, а радости нет. Да и никогда он не ставил себе задачу прожить какое-то определённое время — в отличие от Володи, бывшего однокашника, который, похоже, мечтает пережить всех знакомых, названивая им, чтобы узнать, живы ли они, и сообщить, кто умер. Старик и так пережил по возрасту почти всех родственников, только мать умерла в 85 лет. Может, и он доживёт, а может, и не дано. Но это его нисколько не интересовало. Так, может, он просто "реалист" ? Да и рифма та же. Пусть будет реалист.
И тут же, словно в ответ на это решение, само сложилось окончание стихотворения:

Восемьдесят три — цифра немала!
Да ещё несёт в себе удачу:
Много счастья, радости, тепла
И любви к годам в придачу!

Старик хмыкнул. Удачу? Какую удачу? В том, что дожил? Или что ещё не умер? Но строка ему понравилась своей бодростью. "А любви к годам… Это точно лишнее. Скорее привычка. Ну да ладно, для стиха сойдёт".

Итак, начало и конец есть. Ну а середина пошла сама — писалась уже не о нём, а о каком-то отвлечённом старике, но точно об оптимисте:

Волосы — сплошь седина,
А в душе — ещё весна.
Взгляд всё тот же, молодой —
Шепчут люди за спиной.

Ну а цифра — на бумаге,
Пылью легла на календарь.
Только дух — в лихой отваге,
Скачет так, как было встарь.

Восемьдесят три — не дата,
Вовсе даже не беда.
Просто горизонт, ребята,
Стал пошире, чем тогда.

Пусть морщинки-паучки
Вьются у очей,
В сердце бьются огоньки
Ярче ста свечей.

— Ну хватит, — решил старик, — а то уже фантастический роман получается.

Хотя почему? Много, конечно, приукрашено, но в принципе верно. Любимая жена, с которой вместе уже 54 года. Две дочери, которые только и говорят: "Папа, живи, ты нам нужен, мы тебя любим" . Красавица внучка, три внука, один другого краше. О чём ещё можно мечтать в 83 года?