Правдивые рассказы о котах и кошках. Эпилог. Тинка

Вокруг меня суетились какие-то огромные, но совсем нестрашные существа: то пипетку с молоком в рот засунут, то животик мне помассажируют.
Когда однажды утром мне наконец удалось разглядеть их и других похожих на меня мяукающих малышей, я поняла, что большие созданы для того, чтобы нас кормить и лелеять, и называются они: люди. Они – наши! Ну что ж, за это недокошкам можно было простить и отсутствие мягкой шёрстки, и неприлично огромные, негибкие и неуклюжие туловища.
А нас они сперва просто называли кошками, а потом каждую – каким-то новым, странным для кошачьего уха названием.
Меня люди стали называть Аддер, да ещё горделиво рассказывали другим, заходящим к нам время от времени и уносящим одну из нас в неизвестном направлении, что дали мне такое имя за непредсказуемость в честь какой-то опасной гадюки.
Нет, ну надо же было такое придумать – назвать меня, трёхцветную, мягенькую, пушистенькую красавицу (а так меня описывали некоторые посетители), таким ужасным именем! А потом люди ещё и удивлялись, почему я на «Аддер» не откликаюсь. Да и никому из посетителей не хотелось пригреть змею на пазухе, прижав к себе котёнка, и унести её с собой в непонятное будущее за пределами кошачьего приюта. Новоприбывшие люди подходили, умилялись моей красоте, а потом читали табличку и почему-то уходили. Видимо, боялись, что я начну шипеть и откладывать яйца.
Сперва я, как и другие котята, радовалась посещениям и пыталась показать свою красивую шёрстку людям, гордо выхаживая по клетке с надписью «Аддер» и зазывающе мурлыча. Но потом поняла, что это бесполезно. Сидела, забившись в уголок клетки, и просто ждала, когда они уйдут, выбрав кого-то другого.
Но вот однажды... какая-то светловолосая представительница семейства некошачьих, заметив меня в уголке и оглядев внимательно, как будто догадалась о моём возмущении по поводу несправедливо данной клички:
— Почему же вы её так назвали? Она кусается?
— Нет. Просто движения у неё стремительные.
— И вы говорите, что на имя не откликается. Значит ли это, что мы можем дать ей другое имя?
И, не дожидаясь ответа, догадливая женщина повернулась ко мне и позвала:
— Тинкер Белл! Тинка!
Да, мои движения, наверное, действительно были стремительными, когда я рванула из своего угла на этот ласковый голос. Если бы кошки умели плакать, я бы, наверное, расплакалась от радости, что мне дали наконец такое красивое имя, на которое не откликнуться было невозможно.
Скоро женщина отнесла меня в мой новый дом, где в моём распоряжении оказалось два больших человека, мужчина и женщина, два поменьше, мальчик и девочка, и ещё – что-то большое, тёплое и забавное под названием «собака». Мою собаку звали Джипси. Джипси была крупнее меня раз в десять, но это обстоятельство её почему-то смущало больше, чем меня.
Джипси была собакой доброй, но очень неуклюжей и нерасторопной. Помню, какой скукой было наблюдать, как она однажды пыталась поймать мышку. Джипси гонялась за мышью так долго, что мне начало казаться, будто они подружились. Смотрела я на неё, смотрела, а потом, зевнув, настигла ненужного в доме грызуна одним прыжком. Меня мои люди очень тогда за это хвалили. Хотелось бы ещё разок услышать такие комплименты, но, увы, мышки мне больше не попадались.
А в другой раз Джипси, бегая по двору, попала лапой в прорезь между боковыми досками веранды. Пролежала в клетке в гипсе долго-долго, а я всё это время сидела рядом. Успокаивала, вылизывала её шёрстку. Собака ведь – не просто игрушка, за ней тоже уход нужен.
Операция не помогла, и ногу Джипси всё-таки пришлось отрезать. Но моя собака не унывала.  Я развлекала её и тем самым быстро научила весело бегать и на трёх лапах.
Однако после неожиданной смерти мужчины нам с Джипси пришлось расстаться. За ней пришли сразу два профессора, муж и жена, рассказали нам, что у них нет ни собак, ни кошек, ни детей, и радостно удочерили Джипси.
Я любила свою собаку и долго переживала.
Но... жизнь продолжается. И не так уж она плоха.
Мои люди изо дня в день послушно насыпают мне еду в миску и убирают за мной. Девочка любит меня гладить, и я иногда ей это снисходительно позволяю. Надо же ребёнку как-то радоваться жизни.
Каждое утро помечаю свою светловолосую женщину, важно трусь об её ноги, чтобы не забывала за житейскими заботами, чья она.
Вот только гостей не люблю. Почему-то некоторые люди беспардонно считают, что они могут заходить в мой дом, не спросив у меня на то разрешения! Особенно возмущают те, которые говорят: «А где кошка?» Будто я обязана их развлекать. Некоторые даже заглядывают под диван. Очень невоспитанные люди.
В такие моменты я прячусь сердито и талантливо – никому меня не найти!
А в данный момент я сижу у ног женщины и легко читаю её мысли. Она что-то быстро печатает на компьютере. Ясное дело: пишет рассказ о своей хозяйке — обо мне, то есть. О ком же ей ещё думать и писать?!

Мрр...

--
На фото: я,Тинка, и моя собака до ранения.