Глава 22

Наступил назначенный день визита. С самого утра слуги наводили порядок в доме: натирали полы, стелили скатерти в зале на первом этаже, чистили столовые приборы. Меуриг даже снова взялся за свой сковородник, чтобы работа спорилась лучше. Элинины экспедиторы почистили мундиры и натёрли до блеска пряжки ремней.
Самой Элине Минна успела сшить платье, напоминающее мундир: закрытое, чёрное, из жёсткой ткани, с серебряным шитьём на корсаже. Юбка из чёрного атласа струилась вокруг Элининых ног при ходьбе. Элина видела, в каком восторге остался Рэйшен, и справедливо опасалась, что все будут глазеть на эту треклятую юбку, которая обрисовывала ноги похлеще привычных штанов. Но делать нечего – встреча официальная, надо соответствовать.
На белых скатертях красовались бутыли с вином: покрепче – для гномов, лёгкое – для людей и дроу. Лёгкие закуски, свежий хлеб, сыр, мёд… «Все символы гостеприимства», – подумала Элина.
Гномов оказалось немного: глава делегации да трое сопровождающих. Глава показался Элине совсем молодым гномом. «И лицо вроде знакомое». Гномы несли красивый ларец. «Неужто подарок?»
Как только гномы вошли в зал, Элина сделала шаг вперёд и любезно приветствовала гостей:
– Ясного вам неба, почтенные гномы! Я, Элина, милостью короля Витерия управительница этого города, и мои экспедиторы, приветствуем вас!
Молодой гном важно поклонился:
– Дара Элина, моё имя Ангер. Если помнишь, мы с тобой встречались в столице, я передавал тебе письмо от Рэйшена.
Элина сразу его вспомнила. «Гонец с дурными вестями». Когда-то Ангер принёс письмо, где Рэйшен сообщал, что он уезжает в Синие горы…
– От дара Рэйшена, – поправила его Элина. – Он – мой Личный Клинок и первый советник…
– Ходят слухи, что он теперь и твой супруг, – заметил Ангер.
«Какие молодцы! Уже собрали все сплетни!»
– Именно так. Позволь представить остальных: дар Дэвлин – военный советник, Лоркан – начальник Городской стражи, Ингерам – руководит Воротной стражей, Мадог – главный сборщик налогов…
Элина представила каждого, включая Томори, который отчаянно не хотел идти, но сейчас держался молодцом. А уж самодовольное лицо Рэйшена заставило Элину сдержанно улыбнуться. Она простила ему все скабрезные утренние шуточки, а заодно и то, что он случайно наступил ей на край платья.
Ангер представил своих спутников. Элина засвидетельствовала всем им своё почтение:
– Добро пожаловать в Жадвиль! Я рада видеть вас в своём доме!
– Мы прибыли по твоему приглашению, хотя и с небольшим опозданием, – с лёгким укором ответил Ангер.
«Ого, молодой, а уже может огрызнуться в ответ! Надо с ними держать ухо востро!»
– Я прошу у вас извинения за задержку. В городе было неспокойно, и я не хотела подвергать вас всех опасности.
– Что ж, мы ценим осторожность и благодарим за проявленную заботу.
Элина знала, что вскоре ей придётся обсуждать с каждым из этих бородатых хитрецов постройку зданий, долю в их делах, банковский процент… И это будет битва не хуже тех, в которых скрежещет железо и стонут умирающие. Но сейчас, во время знакомства, гномы казались очень милыми ребятами. «Наверное, пора всех звать за стол».
– Дара управительница, мы привезли тебе весть от короля Витерия. Прими этот ларец.
Помощники Ангера выступили вперёд и протянули Элине ларец.
«И впрямь подарок».
* * *
Рэйшен принял ларец из рук гномов и поставил его на край стола, а потом знаком показал Элине, мол, можно открывать.
Она откинула крышку. Внутри, на алом бархате, лежало что-то округлое, завёрнутое в мягкую ткань. «Какое-то украшение? Колье? Диадема? Король явно меня с кем-то перепутал», – насмешливо подумала Элина. Рядом лежал пергамент, свёрнутый и запечатанный знакомой печатью. «Вот это – самое главное, а не какие-то безделушки!» Элина схватила свиток и торопливо сломала печать. «Какое длинное послание!» Свиток развернулся чуть ли не до пола.
Прочтя первые строки, Элина замерла, не веря глазам. Она поднесла пергамент поближе к лицу – ничего не изменилось. Не может этого быть!
– Да что там такое? – заволновались экспедиторы.
– Читай вслух!
– Если король недоволен, то мы все готовы ответить перед ним!
Элина обвела всех глазами. Последним – Рэйшена. Он панибратски положил ей на плечо тяжёлую ладонь, и от этого Элина почувствовала себя куда спокойнее. Она прокашлялась и принялась читать:
– Король Витерий, первый этого имени, повелитель всех земель Атрейи, хранитель справедливости, защитник короны
Возвещает всем и каждому
По милости королевской и в знак признания заслуг пред короной, настоящим указом жалуем старшего экспедитора Элину, ныне управительницу города Жадвиля, титулом баронессы Жадвиля, с правом именоваться баронессой Элиной Жадвильской и передавать сей титул по наследству согласно законам королевства.
Элина остановилась и ещё раз взглянула на пергамент. «Он вообще настоящий?» Экспедиторы переглядывались, тоже не веря услышанному.
– Баронессой? Нашу Эли?.. Ой, наконец-то! А разве она не заслужила? – перешёптывались они.
– Прошу, дара управительница, продолжай, – слабым голосом проговорил Ангер.
И Элина продолжила:
– Пункт 1. О заслугах. Дара Элина, по воле нашей прибывшая в город Жадвиль, ныне баронство Жадвильское, совершила следующие деяния во славу короны: восстановила власть королевскую в городе, отторгнутом от короны бунтовщиками; навела порядок и справедливость, установив закон там, где царил произвол; установила сбор налогов в пользу казны королевской, обеспечив доходы короне; привлекла в город торговлю и ремёсла, способствуя процветанию земель королевских; проявила мудрость в управлении и верность престолу в час испытаний.
Было как-то неловко читать такое о себе вслух. «Неужто я всё это сделала? Интересно, верность престолу в час испытаний – это про что? Неужто про отсидку в королевских подземельях?» В любом случае, спрашивать об этом у короля Элина не собиралась.
Следующий пункт описывал права и привилегии новоиспечённой баронессы:
– Право на управление баронством Жадвильским со всеми принадлежащими ему землями, лесами, реками и подземельями. Право на суд над подданными баронства. Право на сбор налогов с населения баронства. Право на содержание стражи для охраны порядка в баронстве…
«Дэвлина это обрадует! Вот ему и маленькая армия!»
– Право на владение баронским особняком и всеми прилегающими землями. Право на титулование в официальных документах как «Баронесса Жадвильская» и на ношение баронской короны в особых случаях. Право на участие в советах королевских при вызове в столицу.
Элина перевела дыхание. В раскрытые двери зала заглядывали любопытные слуги. Завтра детали королевского письма станут достоянием рынка. Впрочем, какое завтра – сегодня!
Элина видела, как Ингерам в изумлении таращит глаза, а Лоркан восхищённо качает головой. Меуриг с Полли переглянулись так торжествующе, будто титул пожаловали им. Мадог насмешливо кривил правую сторону рта.
– Сколько всего хорошего! – громко заявил Дэвлин. – А в чём подвох? Он должен быть, я уверен!
– Сейчас узнаем, – ответил Рэйшен. – Читай дальше, Эли.
И действительно, следующий пункт гласил об обязанностях:
– Баронесса Элина Жадвильская обязуется: хранить верность короне и королю Витерию I; обеспечивать защиту границ баронства от внешних угроз; содействовать процветанию земель королевских и благосостоянию подданных; уплачивать налоги в казну королевскую в установленные сроки…
– Не вижу ничего невыполнимого, – бодро сказал Рэйшен.
– Погоди, она не дочитала!
– Выставлять воинов для королевского войска по требованию короны в количестве, пропорциональном размеру баронства. Теперь дочитала.
Дэвлин хмыкнул:
– Если это всё, то с этим пунктом я разберусь.
– Я же сказал – ничего невыполнимого!
– Погодите, тут и дальше кое-что есть, – Элина прокашлялась и продолжила: – Пункт 4. О наследовании. Титул Баронессы Жадвильской передаётся по наследству согласно законам королевства. В случае отсутствия прямых наследников титул возвращается в распоряжение короны. Подпись: Витерий Первый, милостью Небес король Атрейи.
«Кажется, в столице ещё не знают о тайном браке и завещании».
* * *
Элина слушала оглушительную тишину в зале и снова и снова пробегала глазами строки. Рэйшен опомнился первым и быстро развернул украшение, по-прежнему лежащее на бархате внутри ларца.
– Колючая, зараза! – вскрикнул он.
– Корона! – зашептались все. – Это она! Баронская корона!
В распахнутые двери зала заглядывали любопытные слуги. Их никто не прогонял: все были ошеломлены королевским подарком.
Рэйшен осторожно водрузил корону – венец из сплетённых серебряных полосок и веточек, украшенных чёрным жемчугом – на Элинину голову, стараясь не уколоть. Элина ощутила тяжесть короны на голове и, всё ещё не веря в происходящее, дотронулась рукой до серебряных веточек.
Рэйшен небрежно бросил ткань, в которую была завёрнута корона, обратно в ларец, и из складок выпал исписанный листок бумаги. Элина подобрала его, стараясь удержать корону на голове. Почерк был ей знаком. Рука Витерия.
«Дорогая Элина, – писал в личном послании король, – ты всё же сделала то, чего не смогли добиться другие. Ты заслужила этот титул. Баронская корона ждёт тебя. Носи её с достоинством».
– Баронесса! – раздались шепотки от двери.
– Баронесса! – повторили экспедиторы, уже погромче.
– Прими наше почтение, баронесса, – говорили гномы и кланялись.
Элина, растерянная, принимала эти знаки почтения с неуверенной улыбкой. «Это сон или явь?» Трактирщица с пограничья, потерявшая всё, мятежница, которую предали её же соратники, беглянка, которая прячется от преследователей… А теперь – баронесса, которой все кланяются.
За спиной громко фыркнул Дэвлин:
– Наш Рэйшен – везучий сукин сын! Надо же – женился на баронессе!
– Прошу прощения, дар военный советник, – вмешался Ангер, – но титул дарован только даре Элине. Про её близких ничего не говорится.
Элина торжествующе усмехнулась:
– Этот титул наследуется. И как раз на днях я написала завещание, в котором моим единственным наследником назначен Рэйшен. Если со мной что-нибудь случится, у вас будет новый барон. Всё по закону.
Гномы, удивлённые, отступили. А Дэвлин хлопнул Рэйшена по плечу:
– Береги свою баронессу, везунчик! Иначе тебе придётся управлять всем этим баронством!
– На баронство мне плевать! – весело отозвался Рэйшен. – А мою Эли беречь… Конечно, буду!
Он осторожно привлёк её к себе, чтобы колючие веточки не впивались ей в голову.
Элина ощущала тепло его тела через плотную ткань мундира и была уверена, что именно это тепло поможет ей справиться с тяжестью бремени, дарованного королём.