Узник Фороса. Семнадцатая глава

Но несмотря на усердие, с которым Губанов работал в последнее
время, политическая ситуация в стране оставалась сложной. Ру-
ководители союзных республик изо всех сил старались раска-
чать огромный государственный корабль, чтобы развалить его
на части. Самое большое усилие прикладывал к этому руководитель РСФСР –
Казистов. Алексея Петровича это очень сильно злило и раздражало. Он вну-
тренне побаивался этого человека. Губанову казалось, что Казистов знает о его
непосредственном участии в создании ГКЧП, и терпеливо ждал, когда тот под-
твердит или опровергнет эти подозрения. Но шло время, а явных намеков со
стороны Казистова так и не поступало. Президент успокоился и стал все чаще
и жестче критиковать российское руководство за антигосударственную и анти-
народную политику. Однако Казистов слабо реагировал на эту критику. Он, как
медведь, шел напролом по политической «тайге» и укреплял свои властные
функции на территории России. Параллельно с союзными, Казистов создавал
российские силовые, финансовые и информационные органы. В Совете Мини-
стров РСФСР, министерствах и ведомствах он поменял прежних руководителей
на своих соратников, поднял престиж Министерства Иностранных Дел и Ми-
нистерства Внешней торговли РСФСР, т.е. делал все, чтобы в кратчайший срок
объявить Российскую Федерацию независимой и суверенной страной.
Такое противостояние продолжалось почти два месяца. Первым напряжения
не выдержал Губанов и пригласил в Кремль своего оппонента. Он тщательно го-
товился к встрече. Набор соответствующих претензий, упреков и нравоучений
глубоко засел в голове Президента СССР и ждал своего часа. Он собирался ука-
зать зарвавшемуся политику средней руки, где его место, и объяснить, что он
222
должен делать на этом месте. Но одновременно Губанов испытывал некоторую
тревогу за исход встречи. В душе он злился на себя за то, что своими руками
вылепил проблему под названием Казистов. «Ведь многие предупреждали меня
о его необузданном характере, а я проявил политическую близорукость и при-
близил Казистова к высшей власти. Теперь приходится тратить время и нервы
на исправление своей ошибки», – размышлял Президент СССР. Разговор между
ними почти сразу не заладился. Поздоровавшись с Казистовым, Губанов не стал
долго заниматься дипломатией, а перешел на конкретную тему, ради которой
пригласил того к себе. «Дмитрий Сергеевич, я благодарен тебе за оказанную ус-
лугу во время подавления путча и восстановления конституционной справедли-
вости. Но в настоящий момент ты сам сплошь и рядом нарушаешь главный закон
страны. Ты, по-видимому, считаешь меня в неоплаченном долгу перед тобой и
поэтому ведешь себя так вызывающе грубо. Ошибаешься, уважаемый Председа-
тель Верховного Совета народных депутатов РСФСР, конституция страны выше
наших с тобой амбиций, и мы ее должны свято соблюдать. На что ты свои силы
тратишь? На развал СССР или на смещение меня с должностей? Я терпеливый
человек, но и мое терпение может закончиться. Как Президент СССР, я просто
обязан принимать самые суровые меры к тем, кто расшатывает устои целост-
ности государства и политического строя. В противном случае мое бездействие
станет предательством по отношению к своему народу и коммунистической пар-
тии. Тебе понятно, что я имею ввиду, напоминая об этом?» – спросил Губанов и
строго посмотрел на Казистова. Тот спокойно выдержал его взгляд, помолчал,
и, нагло улыбнувшись, произнес: «Ты пригласил меня в Кремль чтобы запугать?
Зря стараешься. Должность мне твоя не нужна, а если бы нужна была, то я бы ее
поднял с пола, пока ты грелся на солнце в Крыму. Лично для меня страны под
названием СССР не стало сразу после того, как ты возглавил ее. Ты не хуже меня
знаешь, что скоро ее вообще на карте мира не будет. И главную лепту в развал
вносишь ты, а не я. Думаешь, что я не знаю, почему ты скрылся в Форосе перед
путчем в Москве? Знаю. Если потребуется, то узнает об этом вся страна. Вот тогда
и выясним, кто из нас главный «могильщик» СССР. А пока живи спокойно, береги
нервы и наслаждайся властью. И если больше ко мне нет вопросов, то я поеду к
себе на работу. Столько важных дел в одночасье навалилось на меня, что неког-
да даже рюмку водки выпить за твое здоровье». Ошарашенный поведением Ка-
зистова, Губанов не сразу понял, что тот закончил монолог. Когда пришел в себя,
то Казистова в кабинете уже не было. «Хорошо еще, что не пригласил никого из
своего окружения на эту встречу!» – пронеслось в голове Алексея Петровича,
и Президент почувствовал, как на плечи навалился страшный груз усталости и
безразличия. Он перебрался с кресла на диван и, не снимая ботинок, лег, свер-
нувшись клубочком. А еще через пять минут Губанов уснул, и мозги отключились
от анализа трагического разговора, произошедшего в кремлевском кабинете.
223
Разбудил Президента глава президентской администрации – Парфенов.
Не подозревая, что патрон спит, он с шумом зашел в кабинет и почти с порога
выкрикнул: «Алексей Петрович, всех членов ГКЧП выпустили на свободу!». Со-
знание вмиг вернулось к Губанову и, открыв глаза, он спросил: «Кто выпустил?».
«Президиум Верховного Совета народных депутатов РСФСР их помиловал», – от-
ветил глава администрации. «Какое имеет право это республиканское ведомство
присваивать себе президентские функции?» – спросил Губанов и, посмотрев на
Парфенова, попросил: «Лев Михайлович, подготовь проект постановления о
проведении в ноябре всесоюзного референдума по поводу сохранения СССР и
оповести всех членов ЦК и Политбюро о назначенном мной на пятнадцатое но-
ября партийном пленуме. Все вопросы и детали согласовывай с Яшиным Алек-
сеем Михайловичем». «Но проведение референдума – непростое мероприятие.
Придется в его подготовке задействовать не только огромные административ-
ные ресурсы, но и финансовые», – предупредил Парфенов. «Подключай к реше-
нию этой задачи всех, кто потребуется. Такими полномочиями я тебя наделяю», –
ответил Президент и вновь сел за стол. «Понял. Пойду исполнять ваше распоря-
жение», – ответил глава администрации и покинул кабинет Президента.
«Неужели Полуянов с Рытовым предали меня и тем самым купили себе
свободу? Почему тогда Казистов реабилитировал остальных путчистов? А,
собственно, чему здесь удивляться. Люди они известные, авторитетные, с мас-
сой заслуг перед народом, страной и партией. Держать их в тюрьме для него
лишняя головная боль и ничего больше. Все, что нужно было ему от них, он,
по-видимому, получил. Если бы это было иначе, Казистов не повел бы себя так
нагло у меня в кабинете. Необходимо немедленно, любыми способами этого
алкоголика убрать с дороги. Вплоть до физического устранения», – почти ше-
потом произнес Президент и зло улыбнулся.
Подготовка к референдуму шла ускоренными темпами. Старый и испытан-
ный политик Парфенов делал все, чтобы он состоялся вовремя. Совет Мини-
стров СССР, союзные министерства и ведомства день и ночь трудились над
решением поставленных перед ними задач. Им с этим удалось успешно спра-
виться. Пятнадцатого ноября всенародный референдум, на котором подавля-
ющее большинство населения страны проголосовало за сохранение Союза
Советских Социалистических Республик, состоялся. Это был последний шанс
для принятия радикальных мер по наведению конституционного порядка в
стране. Однако из-за свойственной характеру Губанова нерешительности он
не воспользовался народным волеизъявлением и не принял мер по тушению
разрушительного пожара. И уже в конце ноября сепаратисты вновь активизи-
ровали свою деятельность.
224