Эх, дороги...

Наши дороги-наше спасение.

Как-то в семидесятые годы едем мы на грузовой попутке из райцен-тра к себе в село. Набралось человек десять. Шофер не возражал, чтобы мы забрались в кузов и мы, привычно забрались туда, схва-тившись за борт и встав на колесо. Из райцентра порожняком люди не ездят и женщины с котомками везут буханки хлеба, которые еще аппетитно пахнут поджаристой корочкой, мужичок в старом сол-датском кителе держит в руках сетку-авоську с какими-то стеклян-ными банками. Женщины сразу расселись на полу кузова вдоль бортов на соломенной подстилке, прислонившись к бортам спиной. А впереди у самой кабинки, держась за высокий борт, стоит Клава, женщина средних лет, и постоянный пассажир на этом маршруте, мужчина лет тридцати, Илья. Он по каким-то своим делам каждый день ездит в райцентр. Зачем и для чего он туда катается не знает никто, а сам он на эту тему не говорит. Но он большой любитель пофилософствовать, показать свою эрудицию в любом вопросе. Обычно он делает это не спеша, не обращая внимания на возраже-ния собеседников. Говорит растянутым менторским тоном, как буд-то вещает истину в последней инстанции.
     Недавно прошли грозовые дожди, дорога раскисла, покрылась цепочками луж, раздолбанных тяжелыми автомобилями и превра-тившихся в большие чаши вязкой дорожной грязи. В некоторых лужах машина проваливается по самые оси, буксует, делает рывки назад, вперед, выползает из грязи, чтобы через сотню метров снова провалиться в вязкий грязевой кисель. На дорожной насыпи перед мостом машина, как по маслу, пошла юзом на обочину к глубокому кювету. Она наклонилась, надрывно загудел двигатель, стараясь удержаться на дороге. Пассажиры напряглись, испуганно смотрят за борт. Мужичок в кителе даже привстал на четвереньки, пригото-вился выпрыгнуть за борт в случае опасности переворота машины. Но водитель сумел справиться с ситуацией, вернул машину в ко-лею. Ведь он тут едет не в первый раз, бывали ситуации и послож-ней. Машина переехала мост, проехала по деревне и вышла на по-левой простор, где дорога уже песчаная, разглаженная грейдером, без колдобин и больших луж. Шофер прибавил газу и в лицо уда-рил плотный ветерок, насыщенный запахами цветущих полей. Настроение сразу поменялось, страхи остались позади, у всех счастливые лицо — вот уже почти дома. Клава, как человек рассу-дительный, озвучила свои соображения по поводу таких дорог: «Вот почему во время войны немцы до нашей деревни не дошли? Да потому, что по таким нашим дорогам даже ихние танки не мог-ли пройти. А мы уже привычные и, если приспичит, то и пешочком 25 км прошагаем не заморимся. И ходили туда и обратно, когда машин в колхозе не было. И теперь нас, если что, дороги спасут и защитят от любого врага.» Народ в кузове одобрительно молчит. Своим видом поддерживает Клаву, мол «а мы такие.» Но вот гряну-ла Чернобыльская катастрофа, посыпались с неба на эти дороги и поля разные альфа, бета и гамма частицы радиации. Дорожная грязь в жаркую погоду превращается в пыль и, поднятая колесами машин, эта пыль разлетается по посевам, по дворам, оседает на продуктах. И когда привезенный в такую погоду и по такой дороге хлеб проверяют дозиметром, то дозиметр щелкает короткими оче-редями. Хотя выпечен он был из чистой, не зараженной радиацией, муки. Звенит и одежда, покрывшаяся в пути пылью. Сначала люди страшно пугались, когда слышали эти щелчки на своей одежде или на мешках с мукой. Но потом страхи притупились и люди просто перестали обращать на это внимание.  Но правительство СССР срочно приняло меры и все грунтовые дороги в этой зоне покрыло асфальтом. Причем не только основные, но и хозяйственные, поле-вые, к фермам и хозяйственным постройкам. Но едва закончив с этими дорогами, Советский союз разрушили и на смену социализму пришел капитализм. А капитализм не может существовать без войн, и война пришла тут как тут. И стали эти места досягаемы не только для танков. В этой войне, как оказалось, чтобы врагу добраться до далекого, затерянного в полях и лесах села, не нужны никакие до-роги- появились беспилотные агрессоры- дроны. Но к этому време-ни колхозную деревню добили уже не вражеские танки, а свои пре-ступники- руководители. Ликвидировали колхозы, а вместе с ними и всю инфраструктуру сел. С карты страны исчезло большинство деревень. Люди переселились в города, где им предприимчивые и «успешные менеджеры» понастроили человейники высотой с Эй-фелеву башню и с солидными расценками за квартиру. Причем че-ловейники эти поставлены почти вплотную, как соты в пчелином улье, что в условиях современной войны, когда враг посылает ра-кеты большой мощности, делает это жилье опасным для жизни.