Слишком поздно. Или еще рано

Было уже слишком поздно. Или ещё рано. В общем, время было совсем не подходящее для отделения правды от полуправды и откровенной лжи. Жизнь набрасывала варианты, огоньки сигарет то и дело вспыхивали в полутёмном помещении с мерцающими разноцветными огнями, а в клубах дыма расплывались по залу чьи-то тайны и откровения.

Он был по-настоящему смешон, когда пытался разглядеть в её глазах что-то, помимо скуки и равнодушия. Mon cher, какая любовь в таком месте? Здесь ревут и полыхают инстинкты тех, кто ещё не нажрался и дрожит выпирающими рёбрами, озираясь голодным взглядом и пульсируя венкой на виске. Здесь тоскливо и буднично предаются разврату уже обожравшиеся, давя в себе тоску и желание срыгнуть излишки. Ты искал в её глазах любовь... Смешной.

Тяжёлые деревянные двери выплюнули твоё тело в переулок, когда точно было очень рано, и свежеразбуженное солнце только пыталось подать признаки жизни за горизонтом, состоящим из многоэтажек. Душа оставалась внутри, держа за руку ту, что звонко хохотала губами в ядовито-красной помаде, размазывая густой слой туши по лицу льющимися из глаз слезами. От неё пахло ночными духами и красным креплёным. А ещё ментолом от зеленого Vogue. Как она кривила губы, пытаясь не смеяться! Как надувала впалые щёки! Как закрывала лицо руками, делая вид, что поправляет прямые чёрные пряди волос... Но финал был закономерен.

Тебе казалось, юноша, что каждая гнусная рожа на пути к выходу ржёт именно над тобой, размывая и растягивая и без того мерзкие черты. Что ж, возможно, так и было. Разве это не смешно - искать в таком месте любовь в чьих-то пустых от скуки глазах? Теперь ты знаешь. И что ты будешь с этим делать? Напьёшься? Набьёшь морду кому-то, чьи разодранные кроссовки выглядывают из-за контейнера с мусором? Уйдёшь в чёрную тоску, сетуя на чёрствость и омерзительность мира? Будешь долго и нудно пилить вены на запястье кухонным ножом? Да вдоль же надо, вдоль, не поперёк... Идиот...

Вовсе нет. Ты повзрослеешь, потеряешь щенячье выражение глаз, обретёшь уверенную походку и машину, за которую не стыдно. Перед кем ты стыдишься, мальчик? Чего тебе не хватает в жизни? Любви, которую ты так и не нашёл в пустых глазах скучающей суки? Тепла её шрамированных, татуированных рук? Нежности создания, умеющего всё, но не чувствующего ничего? Окстись, mon cher ami. Оно тебе надо? Поверь, в мире хватает людей, воющих от тоски в то же небо, что и ты. Какой недобрый человек воспитал тебя на Есенине, Блоке, Гумилёве, Мандельштаме, Северянине? За что он так с тобой? Почему ты так и не прочитал Карнеги? К чему эти переживания?

И, увы, в твоей жизни, дружок, всегда всё будет слишком поздно или ещё рано. И будет клубиться дым Vogue вокруг ядовито-красных губ. И в глазах напротив будет скука и пресыщение... Только ты больше не будешь искать там любви...