Дорога длиною в жизнь. Венгрия. Глава 3

Собрание


В те дни в гарнизоне много говорили о Чернобыле.

Страшное слово уже знали все.

От Венгрии до Украины было не так уж далеко, и казалось, что эта беда происходит где-то совсем рядом.

По радио сообщали скупо.

Газетам верили не очень.

Поэтому новости передавались из уст в уста.

Каждый день появлялись новые слухи, новые разговоры.

Говорили о взрыве на атомной станции.

О пожаре.

О людях, которых отправляли туда со всей страны.

Тревога чувствовалась повсюду.

Даже если о ней не говорили вслух.

Наши военные вертолёты тоже участвовали в ликвидации последствий аварии.

Летели лётчики.

Техники.

Инженеры.

А вместе с ними должны были работать и те, кто обеспечивал их жизнь и службу.

Медики.

Снабженцы.

Обслуживающий персонал.

В том числе и повара.

Поэтому вопросам питания тогда уделялось особое внимание.

Через несколько дней после истории с чаем в гарнизоне назначили большое совещание.

Собиралось всё руководство, которое имело отношение к организации питания.

Начальники столовых.

Заведующие.

Снабженцы.

Представители командования.

Для меня это было первое подобное мероприятие.

Я вошла в большой зал и сразу почувствовала себя маленькой и совсем неопытной.

Вокруг сидели серьёзные люди.

Многие работали здесь годами.

Знали службу.

Знали порядок.

Знали друг друга.

А я была здесь совсем недавно.

Некоторых из присутствующих я даже побаивалась.

Особенно после недавней истории с чаем.

Мне казалось, что я одна вижу проблему, о которой все остальные предпочитают молчать.

Совещание шло своим чередом.

Обсуждали поставки.

Отчёты.

Расходы.

Нормы довольствия.

Говорили долго.

Много.

И очень правильно.

Настолько правильно, что мне становилось всё тревожнее.

Потому что слова, звучавшие с трибуны, совсем не совпадали с тем, что я видела каждый день в нашей столовой.

Я сидела и молчала.

Говорила себе, что это не моё дело.

Что я здесь недавно.

Что есть люди умнее и опытнее меня.

Что они сами всё знают.

Что без меня разберутся.

Но внутри словно поселилась заноза.

Она не давала покоя.

Перед глазами стояли мужчины из нашей части.

Их усталые лица после службы.

Их разговоры за столами.

Жалобы на желудок.

Слабый чай.

Те самые сто граммов заварки на триста человек.

И совет подкрашивать его жжёным сахаром, чтобы создать видимость крепкого чая.

Я чувствовала, как всё сильнее начинает колотиться сердце.

Наверное, ещё можно было промолчать.

Наверное, так было бы спокойнее.

И безопаснее.

Но почему-то именно в тот момент я поняла, что не смогу.

Когда разговор снова зашёл о качестве питания, я неожиданно для самой себя подняла руку.

В зале стало тихо.

Мне дали слово.

Я встала.

Ноги вдруг стали ватными.

Во рту пересохло.

Я чувствовала на себе десятки взглядов.

Сейчас, спустя столько лет, я уже не помню каждое своё слово.

Но очень хорошо помню своё состояние.

Страх.

Волнение.

И какое-то странное чувство, будто отступать уже поздно.

Я рассказала о том, что слышу каждый день.

О жалобах людей.

О слабом чае.

О ста граммах заварки на триста человек.

О том, что мне предложили подкрашивать его жжёным сахаром.

Я говорила и сама удивлялась собственной смелости.

Наверное, молодость действительно мало чего боится.

Или просто ещё не знает, чего следует бояться.

Когда я закончила, в зале наступила тишина.

Не просто тишина.

Такая тишина, что стало слышно, как в дальнем углу кто-то отодвинул стул.

Никто не перебивал.

Никто не спорил.

Никто не возмущался.

Все молчали.

Я стояла и ждала.

Мне казалось, что сейчас меня обязательно поставят на место.

Скажут, что я ничего не понимаю.

Что лезу не в своё дело.

Что сначала нужно поработать, а потом уже выступать.

Но ничего этого не произошло.

Совещание продолжилось.

Словно ничего не случилось.

А я села на своё место и только тогда почувствовала, как дрожат руки.

До самого конца совещания я почти не слышала, о чём говорят.

В голове крутилась одна мысль:

«Зачем я это сказала?..»

В тот день я ушла домой с тяжёлым сердцем.

Мне казалось, что я наделала глупостей.

Что обязательно будут последствия.

Что мой первый серьёзный шаг в этой взрослой жизни оказался ошибкой.

Я ещё не знала, что через несколько дней меня вызовут к начальнику.

Но тогда мне было страшно даже представить, зачем.