Осенние страницы. Первый сон ЮДжу

Здравствуйте, мои страницы!
Сейчас полночь. Я не сплю и понимаю, что еще долго не смогу заснуть. Поэтому, хоть еще не наступило утро, я хочу записать то, что привело меня в смятение.
Пять минут тому назад я проснулась от тревожного сна.
Мне приснился брошенный ребёнок.

Он сидел на асфальте, прижимая к груди грязными ручонками картонную папку, из которой торчали листы бумаги, и тихо плакал.
Вокруг него столпились любопытные прохожие и галдели, как курицы:
– И куда только смотрят родители, отправляя одного на улицу?
– А почему он не в школе?
– И где только полиция?
– Да посмотрите, он выглядит, как бродяга!
– Нужно отвести его в приют!
– Лучше позвоните в участок!
– Да, да! Позвоните!
– Пусть приедут и заберут!
– Гляньте на него – какой он грязный!
– Так, может, он заразный?
– Нужно вызвать неотложку – врачи разберутся.

Но никто из окруживших плотным кольцом людей не продвигался дальше выпущенных в воздух обещаний. Никто не звонил, никто не вызывал скорую помощь, никто даже не наклонился к малышу и не спросил: «Как тебя зовут? И почему ты один в городе? Что с тобой случилось?».

Я протиснулась сквозь толпу зевак и присела перед малышом на корточки.
– Давай познакомимся! Я – Юлия. А как тебя зовут?
– Ребёнок.
– Это понятно, – ответила я и провела рукою по вьющимся волосам, слипшимся от пыли и пота. – Но у тебя есть имя?
– Да, – ответил он уверенно.
– Ты можешь мне сказать его?
– Меня зовут Художник.

Я хотела возразить малышу, но сдержалась.
– Так тебя назвали родители? Да?
– Я не помню своих родителей. Наверное, у меня их не было.
– Так не бывает, – возразила я. – У всех детей есть родители. Мама и папа.
– Нет, бывает, – спокойно ответил он.

– Хорошо, – я не стала спорить. – Художник – так художник. Мне нравится твоё имя. – И я протянула ему руку, предлагая подняться.
Художник не сопротивлялся.

Он встал, отряхнул пыль со своей курточки и улыбнулся мне:
– Хочешь посмотреть мои рисунки?
– Очень хочу!
– Смотри! – и он протянул мне потрёпанную бумажную папку с завязочками.

Я оглянулась в поисках скамейки, чтобы присесть. Город стал не узнаваем. Люди, минуту тому назад окружавшие нас плотным кольцом, исчезли. Мы с Художником стояли в центре каменной площади мрачного города. Высотные дома выглядели как огромные деревья, в которых вместо окон были дупла. Пустынные улицы-просеки тянулись в бесконечность. Жуткий ужас охватил меня, когда мимо промчался старомодный автомобиль, просигналив глухим совиным уханьем.

Я посмотрела на Художника. Он, в отличие от меня, выглядел вполне спокойно. Наверное, он успел привыкнуть к бродячей жизни в отличие от меня.
На всякий случай я покрепче сжала его ладошку в своей руке, и мы направились к автобусной остановке.

Мы присели рядышком на скамейке в форме длинного пня, я развязала тесёмки на папке и начала рассматривать рисунки.

Художник ничего не говорил. Но я чувствовала, что он ожидает от меня одобрения.
Вот охотник, натягивающий тетиву лука; черная пантера в джунглях; олень с ветвистыми рогами, несущийся по городской улице; юная гимнастка в белоснежном закрытом купальнике; звёздное небо над морским островом…

Я рассматривала рисунок за рисунком и понимала, что уже где-то видела их раньше.
Я заглянула в глаза Художника.

– Это твои рисунки?
Малыш молчал.

– Откуда они у тебя?
– Ты сама знаешь, – лукаво усмехнулся он.
– Нет… Не знаю…
– Знаешь! Не обманывай меня!
– Я никогда не лгу, – я пыталась оправдаться.
– Лжёшь! – Художник не мог сдержаться. – Ты тоже лжёшь! Как все взрослые! – казалось, что он теряет самообладание и вот-вот расплачется.

Я не знала, что и ответить. И открыла следующий рисунок.
На меня смотрел симпатичный малыш: симбиоз ангелочка и чертёнка. Пухлые губки приоткрыты в иронической улыбке. На голове – завитки темных кудряшек, из которых выглядывают крохотные остроконечные рожки.
Я повернулась к Художнику, чтобы сказать ему важные слова…

… и проснулась.
После я долго не могла уснуть, обдумывая мой сон. Но засыпая, уже твёрдо знала, что сделаю после работы.
Я зайду в магазин товаров для творчества и куплю все необходимое: бумагу, акварельные краски, карандаши, цветные мелки, холсты…

А вечером непременно что-нибудь нарисую.
Но не для сына Андрюшки, а для себя…
И для малыша по имени Художник…