Бурундук и белек

 Бурундук и белёк


Мои дядя Игорь и тетя Кира служили научными сотрудниками в Лимнологическом институте, что у истока реки, напротив Ольхонских ворот.

Кандидаты лимнологии.

Няньки озера.


Я любила музей Лимнологического института (лимнос - по латыни, озеро) с разными диковинками.

И среди них питомник нерп, байкальских тюленей.

Один из феноменов места сего.

Эти - откуда?
Чистое чудо.

Как они сюда попали,
Очутились на Байкале?

С океана нерпы
Улетели в небо.

- А щас летаешь ты, тюлень? Есть крылья у тебя?
- Тю! Лень!

Нерпичьих деток, бельков любила, таких улыбчивых, что казались они человеческими младенцами.

Только не плакали, как плачут дети людей.

О чем плачут, почему, еще расскажу.

Я гуляла вдоль тропы, связывающей институт с академическим санаторием (почтенные профессора в шляпах-грибах и грибы по обочинам). 

Помню ветром вздыбленных по хребту бурундуков, с хитрыми рожицами перебегавших дорогу, переговаривавшихся на бегу между собой в юмористических интонациях.


Белек и бурундучок.

Рыженький бочок и серенький бочок.

Зверьки, зверюшки, зверятки, зверики.


На юру у маяка
Бродят грустных два зверька.

Один кудлатенький,
Другой хохлатенький.

У крутого бережка
Плачут два моих дружка.

Один хвостатенький,
Другой лохматенький.

Ждут меня, скучают,
Счастия не чают.

Брег изогнут луком -
Вечная разлука.


Кроме них, родных у меня никого на Байкале не осталось.