Когда вся жизнь...

      

               

                Об одной  женщине


      Лето   пока   на дворе.  Однако уже несколько  дней   подряд   пасмурно, ночами неожиданно  по-осеннему холодно, и сегодняшний день не  принесет очевидно ничего, кроме мороси. Бывают такие  тяжелые дни.  То ли четверг, то  ли понедельник,  не разберёшь, весь день кажется неудачным, все  в такие дни валится из рук.
     И впрямь,  уже с самого  начала, пока  была еще дома утренняя кутерьма,  стал накрапывать дождик, и в тот же ранний час позвонила моя давняя  институтская подруга и попросила приехать.

      У  пенсионеров обычно уйма свободного времени, но с долгими походами всегда есть проблема, - ноги.  Тросточка помогает, но не очень. 
     Стало   ясно теперь, почему в парке на скамейках одни старики.  Они как воробьи.   Серые птички тоже далеко не летают, - чирик-чирик, вспорхнут, улетят стайкой и  приземлятся  не дальше, чем через десять метров.   Здесь есть где присесть, отдохнуть.    На  сегодня прогулка отменяется.

    Мне теперь  предстоит проделать  целое путешествие.  Погода не остановит. Коль обещал, пойду к ней, к Машеньке.  Звонила,  ждет, просит  приехать пораньше. Вспоминаю свою молодость, как со всех ног бежал к ней по первому зову. У нас много общих воспоминаний.  Это наш с ней парк, в котором гнездятся воспоминания. Он не слишком большой, высокие липы, тенистые аллеи,  скамейки, тихие уютные местечки. Есть где заплутать, спрятаться за  кустами от любопытных глаз.

   В парке скамейки стоят  близко друг к другу.  Летом я часто бываю здесь. Он ухоженный, чистый. С одной стороны за изгородью лес,  но туда я уже не хожу. Хорошо, знакомо,  можно идти, не уставая.  Люблю издали увидеть рябинку,  она успела покраснеть. За час с небольшим я обхожу  парк  вдоль и поперек,  с тростью, с тонкой книжкой в кармане своего привычного вельветового зеленого пиджака.   
    Знаю тут каждый тенистый неприметный  уголок. И меня знают, со мной часто здороваются молодые люди.  Чистый воздух, и всегда есть место, где укрыться в тени,  где в  меру светит солнце.  Сад  возвращает прошлое. Здесь мы часто гуляли с Машенькой после лекций.

    Парк подождет.  Машенька - это святое. Пойду к ней.  Это недалеко. Можно идти спокойно, пешим ходом. Я и есть пешеход.  Не беда, это только на пользу. Взять плащ, зонт. В магазин по дороге забежать, за конфетами.

     Я чувствовал себя в тот день достаточно бодро. Погода, как помните,  не располагала  к приятному времяпровождению,  но   непогода  не должна  помешать встрече.  Мария не назвала причину,  возможно больна, так что надо прийти обязательно.

       Видимся мы с ней, скажу сразу, довольно редко, оставаясь верными  друзьями. Бываю   у нее.  Непонятно  это, как за долгие годы мы не потеряли друг друга. Держат воспоминанья, всегда чувствуем  приязнь, душевное тепло.

        Когда я добрался, стол был накрыт. Я удивился, не просто кусок пирога и чай,  было что-то другое, торжественное. Вроде как  столик на двоих в ресторане.
   -  Костя, сегодня я постаралась,  мы  помянем Юленьку.  Пирог с картошкой для тебя испекла.
     Я вдруг понял, зачем такой празднично наряженный стол.

  - Как время летит. Много лет как она  осталась одна, и нет никого, кроме меня, рядом.    Такая беда.

     Я огляделся. Ничего не изменилось за эти годы. 
    Здесь  помнится все. Как оставались вдвоем, когда родители  уезжали на юг. Большая родительская  квартира, и старая,  видавшая виды мебель. Тяжелые портьеры на окнах. Допотопный громоздкий телевизор в углу. Знакомый  терпеливый диван. Он многое помнит. Накрытый стол рядом. Пара  потрепанных книжек на тумбочке у кровати. Живет она без особых изысков. Ни единого намека на то, что кто-то бывал здесь.   
 
   Понимаю я ее душу. У меня семья. А у нее все не состоялось. Вина на нас обоих.  Сначала я был в центре  внимания, потом  появился он,  человек с положением.  Быстро  все поменялось,  он стал ей мужем, но счастья не принес. Родилась дочь, но я-то знаю, чья это заслуга. Это  тайна, известная только нам двоим. А потом ни его, ни дочери моей не стало.  Машенька по счастливой случайности не поехала в автомобиле с ними и осталась  жива.    Все время  случившееся  слабой тенью  стоит между нами. Тайна наша, она осталась никому неизвестна, даже догадливым людям.  Ни ее матери, ни отцу, ни, упаси бог, супругу. Такова воля провидения. Судьба. Мы оба молчали,  мы скованы одной цепью.

     Сколько это длилось?  А вернее, это длится до сегодняшнего дня. Сколько лет и дней, не знаю. Точней, не даю себе отчета.   Просто время разделилось на два периода,  короткий   "до" и долгий  "после".  Важный жизненный излом. Это не разбившееся зеркало. Появилась трещина, и целое рухнуло,  распалось на части. Появился он. Первый удар   отозвался болью во мне, второй пришелся по ней. Не склеить. Незачем. Бывшее  остается  в прошлом. И в наших душах.
 
    После  нескольких привычных малозначительных фраз она выключила телевизор и глядя на меня внимательно, тихо, убедительно заговорила: -  Уж лучше ничего бы не было. Чтобы не вспоминать. Вчера ночь не  спала. Все о своих думала,  и о тебе.  Утром сразу тебе позвонила.
    я  помню этот день, когда я дочку потеряла.  Тоже пасмурный, без солнца был.  Оба они тогда погибли.  Как ему там, на том свете. Пьяным был за рулем.
    Она добавила с грустью: -Тогда, и  сегодня  хмурый день.  Дождь. Трудно жить, когда темно.  Словно как чего жду, будто точно знаю,   беспросветные дни пришли навсегда.  Сплошные дожди.

     Когда видишь близкого человека,  сразу чувствуешь его настроение. Оно нерадостное. Для радости нужна причина. Хотя вот, я пришел.

                ***

     Самое нелепое в клубке наших  взаимоотношений произошло  а  год окончания  института.  Все обострилось до   предела. Появился он, который  по воле родителей будет по воле родителей ее мужем.  А я,  который уже должен стать отцом  нашего  ребенка. им оказался не нужен. Ситуация, которую нельзя объяснить никаким здравым смыслом.
   
    Безвыходность моего положения была очевидна. Над нами нависли свинцовые тучи.  Я, пробивающийся  в городе на студенческую стипендию да на  случайные заработки на погрузочно-разгрузочной базе, не имевший перспектив  в плане работы и жилья,  и рядом вдруг обеспеченный господин, мало что понимающий в жизни, и  привыкший  к тому, что его благополучие и  счастье  зависит от воли всесильного папочки. Ситуация, достойная большого о романа о преданной любви.  В смысле,  любви  не искренней,  верной, а в смысле проданной и купленной.

   Решение было вроде целиком в руках Маши. Это не так. Я не должен быть рядом. Она не могла стать изгоем в собственной  семье,  она решила молчать, рассчитывая, что  выход сам собой найдется.  Выход  был единственный, свадьба с нелюбимым человеком, и нежданный ребенок от любимого резко ускорил события.  Два вместе, ее свадьба  и малышка,  связали нас железной прочной цепью. Выход нашелся потом, страшный, катастрофический, необъяснимый в рамках формальной логики. Поступок психически неуравновешенного  человека. Автокатастрофа. Что это было, непреднамеренное  самоубийство или подлая месть мне и ей, жене.
   В безупречную  логику событий попала еще одна невинная душа,  моя будущая жена.  Ей я тоже не мог объяснить, почему  не могу не ней жениться. Это длилось три года, когда более или менее все устроилось, я уже работал,  получил квартиру и мы справили незаметную  свадьбу.
 
                ***

    Но я не ожидал такого уныния.
    Маша  была откровенна:- Чего мы испугались? Что и говорить, Костя,  когда  у нас с тобой  родился ребенок, мы не были уже вместе, я была его женой. Но по сути  какой он  мне муж... Разве  были  мы семьей? - мы не были близки друг другу, живя  возле друг друга, волею слуыая оказавшись вместе.  Молодая семья.   Но душой  не были  вместе.  Не он  был нужен мне, а ты. А мы оказались на разных полюсах. Ты на северном, я на южном. Но ты не тот, что надо, не тот, как казалось маме. Голодранец, таких пруд пруди. Выбор был сделан однозначный.

     Ты всю жизнь дорог мне. Ты был всегда нужен мне и не нужен моим. Мама вклинилась в нашу судьбу, на своем  настояла. 
Ребёнок лишь формально оказался его. а не твой. Понял  ли он это. Боюсь, что да. Не раз  упрекал дочкой.
     А у тебя скоро уже другая была. Надо было  решать все раньше,  ошибка прошлого, ее  не исправишь. Если бы мы создали семью на первом курсе, иначе сложилась бы  жизнь, мы были бы счастливы.
 
  Она продолжала. Все давно понятно, но душа болит:- Жизнь поставила нас  перед фактом. Как она была жестока со мной. Получилась неразрешимая  ситуация. Она, к счастью,  так и осталась неизвестной никому кроме нас двоих.  Но каким   добрым и светлым могло бы оказаться   наше будущее. Да, не тот ты, что надо, не такой, как надо, так показалось ее маме. И это решило  мою судьбу. Второй ребенок был у тебя уже от другой.

      Зря, надо было сразу без раздумий идти наперекор всему. Вот  в последний год, когда  вроде  дождались,  конец  учебе,  вдруг появился он. Как черт из табакерки, мечта матери. Нескладный, мешковатый, да, господи,  и не очень умный. Муж. С положением. Начальник.
   - За  какие грехи такое наказанье.   Нежданно-негаданно, и как будто с ним пришла дурная погода. Как быстро это случилось, - знакомство у родственников, проводил домой и стал появляться. К радости мамы, она его хорошо принимала. Тебя  они не брали в расчет. Я не рассказывала никому о  тебе.  Мама   расчетливо молчала,  начались уговоры, подумай, какая хорошая партия. А он про тебя не знал, а может, и знать не хотел.

       Добрых дней больше не припомню. Я так и не поняла, как это все получилось.  Обстоятельства   круто  переменились.  Для родителей дело казалось решенное. Мы с тобой, наивные  молодые люди,  перестали  видеться. 
      
     - Помнишь, как мы сидели рядом, в библиотеке. Как ты шел  провожать  меня  домой. В подъезд заходили греться. Все иначе могло быть.
- Да,  Маша, ясно. Потом все разом кончилось. Не все. Первое чувство не забывается.  Вроде,  с кем  не бывает... Знаю,  могло иначе быть. Только город большой, а я, парень из общежития, без роду, без племени...  Общежитский,  по духу чужой, кому я нужен.   
  -  Мама не понимала,  говоря, чтобы  я от любви к тебе с ума не сходила. 
  -  А я думаю, Маша, что именно она, твоя мама,  нам жизнь поломала.

                ***

     Маша это тоже давно поняла: - Это с маминой подачи  у меня появился он.  Я помню, как она мне его расхваливала. Хорошо, что встретились. Он человек с будущим.  Начальник. Мама приняла его с распростертыми объятьями. Как же.  Завидный жених. Из хорошей, богатой семьи.
       Цветы, театр. Все так красиво. только все напоказ. Мама с  него пылинки сдувала.  Старалась угодить.  Котлетка,  рыбка. Все  стало как  минное поле. Зачем все это было? Счастью это не помогло. Коль не родители,  развелась бы я с ним скоро.  Зачем мучилась так долго,  во имя чего. Что выжидала? Не своим умом жила, маминым.

   - Маша,  перестань. Остались же мы друзьями. Пошли однако разными путями, тут уж не поправишь.
  - Эх, понимаешь ли ты, Костя,  что это была за жизнь. Я будто была у начальника одна из его подчиненных. Обидно до сих пор. Я и сейчас о тебе только думаю, а не о нем. Не было у меня  с ним счастья.  И у него не было, знаю. Как  были чужие, так и не  могли поняли друг друга, как было, так и осталось.  Ненужный был человек.
   Ненужный. Какое верное она нашла слово!..

    Вечная тема, его не ценят.  И дома, бывало, в порядке вещей, враз нахамит. Себя покажет. То тарелку на пол швырнет, то стакан. Скандальный тип. На должности оказался благодаря родительским связям. Начальник, а грубый человек. Все пошло под откос.

-   Что,  у тебя нынче плохое настроение?
   - Бывает. Сказать же надо.  Скоро совсем никому  не нужными сами станем.  Обо всем сказать еще раз надо, хотя бы тебе. Давят, гнетут воспоминания.  Я себе суд  устроила.  Тяжело думать,  у меня была дочь. И слово папа она говорила другому.
     Враз обоих не стало, ни его, ни дочери.  Он, подлец, пьяным был за рулем. Нет ему  прощения. Я на том свете дочурку хочу увидеть, а с ним  не хочу   встречаться. Жизнь на него потратила.

   Зачем надо прошлое ворошить?..   Опасные темы. Тяжелые  разговоры.  Опять все вспомнилось. Такое  было  уже не раз.   
   Маша   нашла накидку, я надел плащ, и  мы отправились на автобусную остановку. Шли тихо,  почти как семейная пара, изредка бросая друг на друга короткие понимающие  взгляды. Она шла легко. Доехали до места, это далеко, на  окраине. Шли по дорожке, и что  поразило меня, неожиданное   сходство  с парком. Так же ухожено, как там, где  я гуляю. Там, где  моя судьба.  Не то, конечно, что в моей глухой деревне, где все трын-травой поросло. Скамейки.  Это моя жизнь. А тут история подводит черту под каждым из нас.  Не так людно. И мысли другие.  Печаль, вечность. Здесь нет места суетному миру.
Что еще скажу. Поймите, ничего другого в голову нейдет.
- Ты часто здесь бываешь?   
- По лету часто. Сегодня вот дочь вспомнила. По зиме их тоже изредка навещаю.
-  А я  не был на похоронах. Юля меня не знала. Даже в этом злым роком было мне отказано.

   Я вспоминаю ее маленькой девочкой.  Мама приводила ее в парк, а я сидел на скамейке напротив и бога молил, чтобы она подошла поближе.  Мне общаться категорически запрещалось. Школьные годы  пошли, и вдруг несчастье, которое трудно представить.  Я тогда  думал о том времени, когда мы встретимся и я ей как взрослой  расскажу обо всем.  Или расскажет мама. Как бы это было? Не пришлось. Параллельные миры   не пересекаются.

      Мы сидели  в полной тишине.   Напоенный хвойной влагой  воздух давил тяжестью. Солнце все же неожиданно  выглянуло, оживились птицы.
  - Тут рядом белочка живет.  Она меня знает.   Птицы, белочка,  да  кошка еще дома. Вот так живу. Тебе иногда позвоню, да  в  магазин схожу. А вчера тоска навалилась смертная. Захотела тебя увидеть.  Ты как?  Приходят к тебе темные  мысли,  гонишь их от  себя? Не мил мне белый свет, нет того, для чего живу. Для тебя, для твоих.
 - Давай я твою младшую доченьку пропишу у себя. Молодые, может, жить  ко мне переедут.
- Спасибо. Вы бы, конечно, ужились, они спокойные люди.
- Мне  уголочек небольшой  найдется.  Не квартиранты будут, свои, я бы с внуками нянчилась... Думаю иногда об этом.
 
                ***

    Я часто думаю о ней. Хотя у меня семья, и я,  по сути, всю жизнь без  нее провел, и  свой остался  ей человек.
   
      Она заговорила опять тихо, медленно, устало: -  Когда ты  позвонил  после их смерти, я в шоке была. Потеряно все, мама, папа, дочь наша,  муж. Оказывается, я  кому-то осталась нужна. Сколько лет  живу  одна. Зачем, для кого... Пусть будут  они мои,  твои дети. Вспоминаю тебя и реву. слезы ручьем.   Думаю, позвали бы вы меня в свою  семью кухаркой, я бы   пошла, стала бы полы мыть,  старалась бы,  насколько сил хватило. Словечка  лишнего бы не вымолвила.
    Все время нам  тень его мешает.
    Маше хотелось спрятаться  под мое крыло и плакать. - Знаю, Костя, ты один меня жалеешь. Среди людей живу, а меня не  видит никто.

      А родственники  мужа про меня уж не помнят.  Как жизнь не задалась наша, так они на  мне жирный крест поставили. Нет меня, зачем я им. Страшное дело, Костенька, одиночество.  Никому не пожелаю. Никому  я не нужна. Как вон та береза на пригорке. Верила бы  в бога, в монастырь бы ушла. Хорошо, что соседка  ко мне притерпелась. Тоже немолодая. А то совсем пустыня.   Эх, Костя,  Костя... Ты несчастье мое...
      Вот посмотри. Богатая семья у него,  вроде... Вокруг памятники, а у него...

     Мы  расчувствовались. Пришло время сказать, что накопилось. Зыбкая стала жизнь. 
    Вышло так, что я стал  незабываемым.   Не тот, кто ей муж, а я.  Я мог бы прожить с ней всю жизнь,  но ей достался он,  нелюбимый, недовольный  жизнью человек.  Нашла, но не любила. Не то. Теперь мучительные   воспоминанья, от них нелегко уйти. С моим ребенком она с нелюбимым в Загс пошла.
      В чем беда? -  думаю я о ней.
     Она была красивее всех, а я не думал о себе, не красавец. Не артист с киноэкрана.   Обычный,  вот и  пришелся не ко двору. И тот  не лучше был,  но  начальник.    Видно,  деньги были здесь мерилом счастья. Что-то не так  было в датском королевстве.

     Ее мама привыкла к достатку, они примерная семья, и в семье она командир. Маме было абсолютно ясно, что нужно любимой дочке для счастья. Престижный вуз, обеспеченный муж. Зачем иначе музыкальная школа,  бесконечная проверка уроков, впустую все ее старания...

  Случилось непредвиденное: появился интерес у дочери  не к деньгам, а к человеку.  Чтобы был рядом, был мил, грел душу. Это  матери было  непонятно. Никто в семье не должен ее затмевать.  А это что? Какой-то там  безродный сопливый мальчишка вдруг оказался милым, близким. Без гроша за душой, непонятно какой. Мать категорически  против. Куда это все их заведет?
   Но мы не ошиблись в любви...
               
                ***
   Почему я столь легко  оставил ее,  не объяснишь.  Самое невозможное – я вдруг уяснил, что есть  любовь по расчету.   Это затмило все. Не она была  расчетливая, а мама. Такое существует  всегда.  И еще - не перечь, коли  мама сказала. Будь по-маминому, и она не сопротивлялась. Это сверху дано.  Мама не ошибается. 
  И я не выдержал, отступил. Появилась другая.

     А он уже был и пил.  Хорошие деньги зарабатывал, доступно дорогое вино, потом снизошел до водки, а пьяном виде сел за  руль. Дочь была с ним... 

                ***
    - Думаю, когда я  все стал понимать. Маша, а знаешь, я на твои красивые платья уже тогда внимание обратил. А ты и так красавица была, все парни на тебя смотрели.  Сразу, как на девчонок стал заглядываться, твой интерес к себе заметил.  Подумал, я умным тебе показался. Красивым я себя не считал.  Потом понял, не в этом дело.  Влюбился по уши, и  как говорят, с катушек слетел.    Увидел, понял,  какая  мне  уготована участь.   Не мог я такие тебе покупать. И отступить не мог.
    Было больно, когда ты сама отошла от меня.  Ага, тоже решила, что я не тот. Одно к другому. И у меня другая девчонка на горизонте появилась. В расчетливости меня не упрекнешь.  Она тоже нежная, милая. Ты знаешь...
    
      Мы уже час сидели,  почти не разговаривая. И смотрели друг на  друга. Она явно готовилась к нашей  встрече.  Не знала, что ли, что я не люблю косметику.
     Она поняла  мой внимательный взгляд, сказала смущенно: - Костенька, что  поделаешь, молодость прошла, а старой быть не хочется. Помнишь, ты подарил мне на день рождения духи «Красная Москва». Я  с тех пор их люблю.
  - Слышу, рад. Дорогое  удовольствие.
  - Могу себе  позволить.  Он их на дух  не  переносил. Хорошо, что до тройного одеколона  не опустился.  Не забывается.

                ***
 
    - Да, каждому своя доля и воля. Нам  солнышко мало с тобой посветило.  Тебя как бы и не было у меня. Ты как сон. Вроде из книжки пришел.
    - Так вот всегда  в жизни,  женщины  и мужчины,  разные судьбы. Бывает  такое таинственное поле  тяготения, это судьба, от нее не уйдешь.   Красавица ты была, все парни на тебя смотрели. Думал, не могу я  влюбиться. но  непостижимо высокое чувство свело нас.

                ***
 
   Маша давно поняла все, что было тогда:-  Мать видела мою боль  и не понимала мои мученья.  Душу  не понимала.    Другого найдешь...  не один он на свете. У нее железный характер  Оказалось, ты один такой. Позвал бы с собой, ушла бы, на край света ушла бы.  Не пришлось.

                ***
     -  А он,  натерпелась я  с ним.  Темный, неразговорчивый.  Ясно было сразу, не  пара мы были, но  терпела. Чего ради?
    Знал ли он? Знал, но не все. В душу его не смотрела, ее  не понять. Может, и любил  меня. Нелюбовь моя, ог видел ее, была оправданием его выпивкам, его пьяным выходкам, домашним  ссорам. Сразу начались нелады. Оба мучились.  Как дочка появилась, вроде бы немного  изменилось к лучшему. 
     Доченьку он любил. Но ко мне не стал добрее.
     Думала, будет лучше. Стерпится.  Не сразу  все проявилось. Человека не  переделаешь.  Не решилась  поломать все, встать поперек судьбе, а тебя уже потеряла. Все как бы само собой вышло. Я перестала за себя бороться, чего уж. Чувство вины не отпускало.
     Мама следила,  мама меня от жизни оберегала.   Как  же, -  о тебе говорила, -  на чужое польстился,  сам гол как сокол. Другой   для меня сразу отыскался. Совсем не такой. 
   Веришь, сказать стыдно,  он бутылки сдавать ходил.  Чтоб, мол, квартиру  не загромождать. Мне всегда это не по себе было. До сих пор в шкафу одна пустая  как память о нем стоит. Вот так о нем вспоминаю. Отпечатки пальцев на стекле ищу. Третий между нами. Ненужный человек
                ***
- Ты счастлива  была  со  мной?
-  А ты?
-  Я и сейчас счастлив.
                ***

-  Да, ты счастливый, - согласилась она. -  У вас детей трое, люди взрослые   
- Все так. Сейчас у них свои семьи,  мы с женой одни.
- Как одни? Вдвоем  уже не одни. Местечко свое есть.  Дети, внуки.  Вы,  они и вы одна семья.  Вот я одна, так одна. Дальше некуда.  Все забыли меня. Кроме тебя, по душам поговорить не  с кем.  Никого рядом.
 
-   А  знаешь,  сказать честно, я и тебя во всем виню. Говорю, на край света  за тобой бы пошла. Не позвал, все бы бросила, пошла бы. И  мать не послушала,  ушла бы с тобой. Она вроде добра мне хотела.   Что с такого шалопая возьмешь?   Не виноват ты, каждый   по своей дороге пошел.  Каждый сам свой путь выбирает.

      Я думала, что у меня все впереди.  Пришла  потом обыденность жизни. Осталась вот одна в квартире, заперта птичка  в клетке,  в четырех стенах.  Пытка это, что ни говори. Не стоит своих советчиков ругать, они вроде добра желали. Сама ошиблась. Виновата я, что  сразу борьбу за тебя не вела.  Сдался бы?
  - Трудно сказать.   Какой, Маша, у нас трудный  разговор. Пожалуй, не  к месту?
  -  Не к месту? Только возле этих могилок и можно душу открыть, Не за бутылкой же,  не за столом.

       Кто  прав, кто виноват? Была бы у нас  прочной семейная жизнь?  Ответ  люди получают опытным  путем.   Счастье в семье одно на всех,   надо не только построить, понять  и не разрушить, не разбить,  силу иметь удержать.

                ***
 
    Вдруг перескочили на другую трудную тему:   - А мы с тобой долго скрипим. Вчера дело до скорой дошло.  Вчера думала вот о чем. Вот что, Костя, я помру, тебе меня  хоронить. Ты  если, не дай  бог, вперед меня  окажешься,  я на похороны  приду. Стала я верить то ли в судьбу, то ли в бога.
     - Деньги на себя я приготовила, - опять мы про деньги! - У соседки они,  она тебе отдаст.  Сын ее поможет. Вот окончательно слягу, ты их возьми. Соседке часть  я тоже отдала,   чтоб полегче  было. Денег немного,  сколь смогла, сберегла, возьмешь у ней.  Там на бумажке как и что, кого позвать, все расписано.  Соседка тебе позвонит. А местечко мое, вот оно.
    -  Да брось ты, силы у нас еще есть.

        Было на  душе тяжело,  хоть день и выравнивался. То солнце, то тучи.  Сказано было все, о чем она думала, о чем я думал.
 
     Что я не сказал вовремя ей?  Поздно  она  решилась на ребенка, раньше все было бы иначе. Поздно было.  Для меня это тоже  проверкой на прочность, что ли... Поверила она тогда в силу обстоятельств.   
     Мы были студенты.  Куда ни кинь, всюду клин.  Думал, не очень любила.  Так думал.  И ошиблись оба на всю жизнь.
 
     Воспоминания продолжались. Она уже улыбалась: - Я, как только тебя увидела, сразу поняла, что ты мне нужен.  Ты помнишь большую аудиторию. Я села сзади тебя. Ждала, когда ты обернешься. Долго сидела, ждала.  И ты улыбнулся.
       Я летела домой, сама не своя от радости.  Одной твоей улыбке поверила. Костя, до сих пор нравится мне твое  имя.  Ждала, когда  в кино позовешь. Какой же ты был недогадливый.  Умудрялся про лекции говорить, а я другое  ждала.  Ну ладно, про кино, про книги, про артистов.  Ну, можно и погоду похвалить.  Я не вникала, я слышала только звук твоего голоса. Ты как соловушка пел
   Помнишь, как я  тебя в парк позвала? Тут лето началось.  Ты был мальчишка ненасытный.  Я тогда тебя за руку взяла, а ты меня обнял, и в кусты понес...
 .
     Помнишь, как пела:

                Стоит он, ветку теребя,
                В своей рубашке  беленькой.
                -А знаешь, я люблю  тебя,-
                Он говорит  мне с берега

                Сто раз пойду через ручей
                По тоненькой жердиночке,
                Чтоб вздрогнуть от таких речей
                На самой серединочке. 
***
  Она уже улыбалась.  Вроде не подходящее место для пения. Но песня по-прежнему  приносит  радость.
               
   - Ты, Костя, так и остался  моей тайной. Тайной на всю жизнь. Радостью. Я соседке Клавдии  все про нас рассказала,  Она  понимает все. Я тебя ей покажу. Заходит вечерами ко мне.  Тоже судьба нелегкая.

      Стал накрапывать дождик. Мы поднялись. Белочка так и не появилась. Не признала меня за своего.  Я открыл  большой  зонт. Такая вот крыша над нашими головами, ненадежная - ненадолго, но крыша, одна на двоих.

     - Костя, а ты рассказываешь жене обо мне?
    - Иногда. Она ведь сразу знала все.  Не стоит себя за прошлое ругать. Не будем раны бередить.
 - Конечно, это не раны.  Для меня это самые  светлые мгновенья. И  ты  рядом, мой первый, мой любимый муж.   
     Старики мы. А душа об этом не знает. Понимаю, что разговор тяжелый, не за чаем.  Но мы  свои люди, куда уж ближе.  Ты есть, только ты один у меня на свете теперь.

 Это было позднее горькое признание в настоящей любви.

   -  Дождя  нет.  Давай, я провожу тебя до трамвая. И привет жене.