Глава 7

Лето - осень 1942…

Если говорить о нашей Шестьдесят третьей армии в те годы, сложно даже себе представить, какой путь нам с Джохаром довелось пройти вместе.
Двенадцатого июля тысяча девятьсот сорок второго года наша армия была включена во вновь созданный Сталинградский, а с тридцатого сентября –  Донской фронт и участвовала в Сталинградской битве.
Война – это не только атаки и штурмы, разведка и переходы из одной точки на карте – к другой. Война – это ещё и оборонительные действия: закрепление, удержание и, конечно, сражения.
С семнадцатого июля по восемнадцатое ноября проходил оборонительный этап сражений главной целью которого было удержание рубежа по левому берегу Дона – северо-западнее города Серафимович, который способствовал срыву плана немецкого командования по молниеносному захвату Сталинграда.
В конце августа благодаря взаимодействию с войсками Двадцать первой армии мы нанесли ряд контрударов по левому флангу, наступавшей на Сталинград группировки противника.
После было форсирование нами Дона и захват на его правом берегу, западнее города Серафимович, оперативного плацдарма, который сыграл важную роль при переходе наших войск в контрнаступление.
С двадцать девятого октября тысяча девятьсот сорок второго года наша Шестьдесят третья армия вела боевые действия в составе Юго-Западного фронта второго формирования.
Дни, недели, месяцы сливались воедино в наших головах. Имена, названия населенных пунктов, стратегически важных объектов, переездов – всё шло каким-то фоном.
Жизнь начиналась в бою и заканчивалась либо на поле боя, либо в окопах, землянках и блиндажах – на привалах.
Я сбился со счёта от числа имён своих товарищей, которые не вернулись из боя. По ночам снился дом: родное село Богатое - озёра и поля, лес. Лица родных и любимых. С каждым сном они становились всё ярче и ярче, словно память старалась запомнить их такими – красивыми и яркими, чтобы не сойти с ума от того, что происходило здесь – на фронте.
- Что-то давно не было писем из дома… - Джохар затянулся самокруткой.
- Да, давно ничего не приходило, но это и понятно: нас перекидывают с места – на место, война дело такое… - Ответил я.
- Скучаешь по дому то, Вить?
- Конечно, скучаю. Сил нет. Сейчас бы на коня, да к озёрам нашим. Окунуться в прохладную воду и не думать ни о чём. Ни о войне, ни о том, когда она закончится.
- Это точно…
- Устал я. Устал и, злость меня такая берёт за то, что немец проклятый натворил! Сколько сёл, городов разрушено! Сколько жизней загублено!.. Оказаться бы сейчас перед фюрером… Я бы ему всё припомнил. Сколько детей не родилось, сколько они уничтожили…
- Хорошо, Витя!.. Не рви душу. Я бы сам этого Адольфа на куски порезал. Долго бы он у меня, проклятый, вопил бы!.. Молил о пощаде, а я бы его все равно зарезал, как свинью…
- Вот закончилась бы война поскорее, я бы снова учителем пошёл бы в школу, а потом, глядишь и директором бы стал…
- И станешь, поверь, такой головастый парень, как ты, только директором школы и может быть! – Подбодрил меня Джохар.
- А ты чем займёшься? – Спросил я.
- Чем еще заниматься такому Джигиту, как я? Буду лошадей разводить! Лучшие скакуны у меня будут во всём Северном Казахстане! Вот увидишь! А вообще я мечтаю на своей исторической Родине побывать, там, откуда мои предки – на Кавказе! Украду там невесту, и обратно в Казахстан! – Джохар звонко рассмеялся своим мыслям.
- А кто тебе разрешит воровать? Не то время сейчас…
- Так мне можно будет, у меня вся грудь в орденах и медалях будет! Кто такому запретит? – Джохар снова улыбнулся своему остроумию.
- Тоже верно, такому джигиту, да не разрешить невесту украсть!..
- Ну, а у тебя, какие планы на свадьбу? – Джохар хитро прищурился. - Признаться честно, пока никаких… - Ответил я с досадой.
- Как? Там же у тебя и зазноба осталась… Маша, кажется… Да?
От этого вопроса мне ещё тоскливей стало на душе:
- Маша очень хорошая девушка. Умная, красивая, добрая…
- И тебя любит… - Не дал мне договорить Джохар.
- Может, и любит…
- Что значит, может? Ты что сомневаешься? – Возмутился Баев – Сколько она тебе помогала, поддерживала, заботилась. Ты ей с детства нравишься… Или, может, дело не в ней, раз ты так говоришь?
- Может быть, и не в ней, брат. Понимаешь, она для меня, как младшая сестра. Скажу тебе больше, был бы я расчётливее, между нами мог быть идеальный брак, крепкий. Я бы никогда её не предал, но…
- Но?..
- Любви хочется Джохар, понимаешь? Любви, эмоций, страсти… По-настоящему хочется полюбить!..
- Понимаю тебя, вот и у меня так же. Хочется любви, а, где её сейчас найдёшь. Дожить бы до победы, вернуться домой…
Это был один из тех разговоров, которые помнишь до конца своих дней: честный и откровенный.
Впереди нашу армию и наш полк ждало ещё много испытаний, но ни разу нас с Джохаром не зацепило и не ранило, как будто что-то хранило от осколков, пуль, мин, снарядов и штыков.
Может, это родная земля давала нам силы? Может это молитвы наших матерей укрывали нас от беды? А, может, это любовь всех тех людей, которые верили в нашу победу не давала нам сгинуть на дорогах войны?
Кто знает?..
Только впереди нас ждала самая страшная из битв, которая войдёт в историю, как «Курская дуга», унёсшая жизни более двухсот пятидесяти пяти тысяч человек погибшими и пропавшими без вести и ещё шестьсот девять тысяч человек – раненными.
Это было одно из самых переломных сражений в истории Великой Отечественной войны.
Нам до неё оставался почти год…
А сейчас мы шли и шли дальше, тесня немецкие войска. Наступали, закреплялись, оборонялись, шли в атаку, отступали и снова наступали, не щадя своих сил.
Каждый день – новое испытание: невыносимая летняя жара; промозглые осенние дожди и ветры; холодные метели – снег, лёд и слякоть; весенний ветер и снова дожди…
Как только мы выдержали всё это? Сколько было истоптано солдатских сапог и изношено шинелей, залатано гимнастёрок и обмотано портянок? Не сосчитать!.. Тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч Иванов, Викторов, Василиев и других замечательных имён, и лиц…
А скольким суждено было вернуться домой?..
Не нужно ничего говорить. Здесь нужно просто помолчать, посмотреть в небо, просто вспомнить о них…
И мы помним…
Май и сорок пятый год…
Рейхтаг…
Наше красное знамя над ним!..
И русскую речь на немецкой земле…
И русских солдат, оставшихся в той, чужой – немецкой земле.
И вечный огонь…
Это всё будет – будет потом…
А сейчас я, парень из далёкого села «Богатое», что находится в Северном Казахстане вместе со своим другом и земляком Джохаром Баевым мечтаю о мирной жизни, чтобы завтра снова поднять свой полк и идти дальше – на Берлин!..