Глава 9

Осень 1943 год…

Не успели мы ещё отойти от страшной битвы за Курск, как нам поступил новый приказ: мы должны были участвовать в наступательной операции, которая впоследствии получила название «Гомельско – Речицкая». Командовал операцией генерал Константин Рокоссовский, в распоряжении которого были войска Белорусского фронта.
Снова нашей Красной армией были собраны мощные силы.
В операции участвовали: 50-я армия под командованием генерал-лейтенанта Болдина); 3;я армия под руководством генерал-лейтенанта Горбатова, наша 63;я армия; 48;я под командованием генерал-лейтенанта П. Романенко; 65;я, 11;я, 61;я и 16;я воздушная армии.
Мы уже уверенно гнали немца с нашей земли: всё дальше и дальше.
Но силён был ещё наш враг и чем дальше он отступал, тем яростнее и свирепее становился его отпор. Мы тоже несли потери, большие потери, несмотря на то, что понимали – перелом в войне произошёл, наша победа уже не за горами.
Расслабляться было никак нельзя – никому: ни рядовому солдату, ни командиру.
Во второй половине октября мы наши войска развивали наступление на гомкльско-бобруском направлении.
Здесь был жестокий бой за плацдарм на западном берегу реки Днепр, который имел для нас важное стратегическое значение. Находился он в районе города Лоев. Успешное взятие данного рубежа означало, что наступило самое благоприятное время для проведения намеченной Гомельско-Речицкой операции.
Её главной задачей было – разгромить гомельско-речицкую группировку противника, освободить междуречье Сожа и Днепра, а также занять удобные позиции на западном берегу Днепра.
Нам противостояло несколько немецкий армий группы «Центр», а также несколько пехотных дивизий и бригада СС.
Мы начали активное наступление 10 ноября 1943 года…
Немцы не ожидали такого натиска и определённых тактических решений, которые приняло наше военное командование во главе с Рокоссовским: 15 ноября мы нанесли страшный удар в тыл противнику и перерезали железную дорогу «Гомель – Калинковичи», а 18 ноября освободили Речицу, 25 ноября форсировали реку Березина и захватили плацдарм южнее Жлобина. Таким образом, нам удалось обойти город Гомель с западной стороны.
В тоже самое время войска правого крыла Белорусского фронта охватили Гомель с севера.
Уже 26 ноября 1943 года после кровопролитных, ожесточенных боёв наши войска освободили город Гомель от немецко-фашистских захватчиков.
В результате «Гомельско-Речицкой операции» нам удалось прорвать оборону противника в полосе шириной в сто километров и продвинуться на запад на сто тридцать километров. Это создало большую угрозу южному флангу армий группы «Центр» и осложнило её взаимодействие с группой армий «Юг».
Успешное завершение операции позволило создать благоприятные предпосылки для дальнейшего освобождения Беларуси и стабилизировать фронт до 1944 года.
Здесь мы впервые встретились с белорусскими партизанами о чьих подвигах мы были наслышаны.
Они принимали активное участие в этой операции: парализовали движение на железных дорогах и перерезали их; не дали врагу перебросить подкрепление во время сражения за город Гомель, а также перекрыли пути к отступлению из Речицы. Это уже не говоря о том, что белорусские партизаны
освободили и удерживали до подхода советских частей тридцать четыре населённых пункта и переправу через Березину.
Именно здесь уже после освобождения Гомеля на одном из совместных с партизанами привалов я познакомился с удивительной девушкой из партизанского отряда по имени Алеся.
Черноглазая с копной темных густых волос, которые были заплетены в тугую косу, стройная с невероятным внутренним светом и качествами, которым могли позавидовать даже мужчины: стойкая, решительная, самоотверженная – настоящий боец. При этом очень ранимая и романтичная, но не всем это было позволено видеть и тем более чувствовать в ней.
Мне было поручено с небольшой частью своего полка сопроводить отряд партизан, в котором была Алеся до их постоянной стоянки в лесу, обменяться имеющейся у них информации, собрать новую, сопоставить все данные и догнать основную часть полка. На всё про всё была отведена неделя – не более.
Погода стремительно менялась. Наступали холода – впереди была ещё одна суровая зима. Часть партизанских отрядов решило уйти в леса для того чтобы «прочесать» местность, выявить и уничтожить остатки отрядов коллаборационистов: тех, кто перешёл на сторону немцев и зверствовал на родной земле. Поэтому моей части полка было поручено оказывать необходимое содействие партизанам по выявлению и уничтожению предателей.
Но, мои мысли были не о боевом задании, они были об Алесе. Вот то, о чём мне говорил когда-то Джохар: о любви с первого взгляда.
Кто-то скажет: какая любовь с первого взгляда? Война идёт, а он о любви!..
Вот в такие моменты между кровавых сражений и долгими переходами и случается такая любовь – любовь на всю короткую солдатскую жизнь: настоящая, крепкая – до самой смерти.
Вот так однажды, сидя возле догоравшего костра, мы и разговорились. Наступил редкий момент, когда мы впервые остались наедине, а остальные разбрелись спать неподалеку.
- Ты сам то откуда? – Начала первой разговор Алеся.
- Я из Северного Казахстана из Богатого… - Ответил я.
- Ты не похож на казаха, тебя ведь Виктором зовут, верно?
Я удивился, но вида не подал: «Откуда она знает моё имя?»
- Я и не казах. Мой отец казак, там у нас в селе настоящая станица была до войны. Я русский.
- Интересно, настоящая станица казаков в Казахстане…
- Куда только не заносило казаков в России…
- Тебя кто-то ждёт дома? – Спросила Алеся с такой интонацией, что не сложно было догадаться о том, что она имела в виду девушку, которая меня ждёт с фронта.
Мне хотелось побыть с ней подольше наедине, поэтому я не стал отвечать на вопрос прямо, чтобы разговор не оборвался и продолжался как можно дольше:
- Дома меня ждёт мать и двое сестёр. Отец умер ещё до войны…
- Ты хочешь сказать, что у такого парня, как ты, нет девушки, которая бы ждала? – Уже напрямую спросила Алеся и наши глаза встретились.
- Есть одна девушка, но она для меня, как сестра и я никогда не давал ей надежды на то, что между нами что-то может быть.
- А тебя кто-то ждёт дома? – Спросил я, набравшись смелости.
Алеся ответила, смотря на языки пламени:
- Нет. Я родом отсюда. Это моя родная земля. Когда пришли немцы, мне удалось уйти в лес, а вот моей матери, отцу, старшему брату и младшей сестренке не удалось. Наше село сожгли, вместе со всеми в марте этого года… С тех пор я в партизанском отряде, и буду сражаться пока… - Она сильно-сильно сжала пальцы в кулак.
Она не плакала, но её глаза горели праведным огнём.
- Ты отважная девушка… - Только и смог вымолвить я.
- Может быть… - Сказала Алеся – Если бы ты знал Витя сколько нас таких отважных, которые вместо пуль, осколков, крови и смерти товарищей хотели бы просто быть обычными девушками…
В этот мгновение её глаза предательски заблестели, но она уняла в себе эту дрожь, что была еле заметной, но не ускользнула от меня.
- Расскажи мне ещё о своем этом Богатом! Я никогда не была в Казахстане…
- Только при одном условии – Начал я.
- Ну, вот начинается, а я-то думала, что ты не такой, как все… - Начала было Алеся.
- Моё условие не такое, о каком ты подумала. Я расскажу тебе о Богатом и Казахстане, а бы мне о Белоруссии…
- Вот так я согласна. Рассказывай… - Алеся послала мне свою ослепительную улыбку, и я начал свой рассказ.
Мы проговорили почти до рассвета пока наши веки не стали наливаться тяжестью. Это была одна из тех ночей, которые отпечатываются навек в твоём сердце и согревают душу, спасают ее от боли.