Как я создал бога

Июньской ночью 20** года некий мужчина ехал на легковой машине из города А в город Б. К сожалению, журналист поленился указать имя водителя, марку машины и названия городов. Осмелюсь предположить, что мужчина ехал из Москвы в Т***. Часть пути проходила через лес (его название было указано, но автор тоже человек, а память у человека не идеальна). Что именно произошло в том лесу, долго оставалось загадкой, ибо на трассе не было ни одной машины и ни одной камеры. Если верить новостям, то уже на следующее утро на трассе лежало обуглившееся тело мужчины. В руках он сжимал расплавленные пистолет (модель не указана) и фонарь. Машина при этом стояла на обочине, целая и невредимая. Предприняв пару неудачных попыток расследовать убийство, следователи сдались (причиной тому были не глупость и тем более не лень, а, как выразились следователи, плотный рабочий график), и с тех пор отчёт по делу "О самовозгорании человека" пылился на полке архива номер пять города Т***. И он бы пылился там ещё много лет, но недавние события побудили полицию (и не только её) вспомнить об описанном ранее инциденте.

Но не будем забегать вперёд, а начнём с самого начала. Илья Ильич, учитель физики и мой добрый друг, мечтал о том, чтобы воспитать одного-двух детей. Увы, за много лет он так и не нашёл ту самую, и мечта казалась ему несбыточной. Однажды, возвращаясь домой после долгого и трудного рабочего дня, Илья Ильич, то ли из-за усталости, то ли из-за забывчивости, повернул на повороте не налево, а направо. Окончательно заплутав, он уже было полез в карман за телефоном с картой города Т***, как вдруг увидел спавшего под фонарём сироту-оборванца лет пяти. Внимание Ильи Ильича привлекли ярко-красные волосы мальчишки. Его голова будто была объята пламенем. Как оказалось позже, зрачки у сироты тоже были ярко-красными.
В тот вечер мой друг исполнил свою давнюю мечту. Он приютил мальца, одел его, обучил грамоте и даже добился официального усыновления. В графе "ФИО ребёнка" он вписал: "Игнатьев Исаак Ильич".
Подробное описание школьных лет Исаака я посчитал излишним. Отмечу только, что он учился в неплохой школе на "отлично" и, по мнению его знакомых, занимал мысли многих девушек. В 19 лет он пошёл на вечеринку в ночной клуб и познакомился там с Гришкой Виноградовым. Гришка был личностью незаурядной, влезал во всевозможные авантюры, напивался до потери пульса и пользовался уважением у таких же незаурядных личностей. Я тоже был на той вечеринке (Илья Ильич никак не мог отпустить сына во взрослую жизнь, потому попросил меня присмотреть за ним), поэтому подслушал их разговор. В точности я вам его не передам, но говорили парни примерно вот так:
- Здорово, - сказал Гришка, подойдя к Исааку. - Как жизнь?
- Прошу прощения, а мы знакомы?
- Теперь знакомы. Я Гриша, организатор этой тусовки. Ты можешь не представляться, тебя и так все знают. Зуб даю, мы с тобой подружимся. Знаменитости всегда найдут общий язык.
Гришка протянул Исааку руку, тот её неуверенно пожал. Виноградов нахмурился и недоумённо посмотрел на свою ладонь.
- Чувак, ты в порядке? - спросил он Исаака. - Тебе скорую вызвать?
- Зачем скорую? Я в полном порядке. А что?
- Ты горячий. В прямом смысле. У тебя температура, наверное, под сорок!
- Чего? Не может быть! Тебе показалось.
- Ну ладно. Бывай! - и Гришка скрылся в толпе.
Дальнейшие события я отчасти узнал от других людей, отчасти придумал сам (иначе какой из меня рассказчик?), поэтому верить этому писанию, а уж тем более цитировать его никого не обязываю и ответственности за написанное не несу.
Вернувшись домой под утро, Исаак достал из аптечки, что лежала на тумбе возле кровати, градусник и померил себе температуру. В ожидании показания термометра он принялся рассматривать картины, висевшие на стене. Если не ошибаюсь, все картины были оформлены в стиле абстракционизма и смысла как такового в себе не содержали. Но, поскольку это творения великих художников, удержаться от восклицания вроде: "Papae! Hoc egregium est! (лат. - Ого! Это гениально!)", - мало кому удавалось. Исаак восхищался этими картинами и видел в них то, что ускользало от взгляда типичного обывателя.
Вернёмся к градуснику. Исаак уже пятый раз перепроверял температуру, но результат оставался неизменным: ртуть поднималась выше отметки в 42 градуса и упиралась в верхнюю границу термометра. Тогда парень решил воспользоваться уличным термометром, и, уж не знаю как, но у него это получилось. 46 градусов по Цельсию. Смертельная для любого человека, такая температура никак не ухудшила самочувствие Исаака. "Градусники сломались", - решил он и отправился в аптеку в соседнем доме за исправным термометром.

Гришка проворачивал очередную аферу, связанную с перевозкой незаконных товаров из пункта отправки в пункт назначения. Он сидел в кабине грузовика, наполненного заграничным оружием, и слушал песни своей любимой группы "Dusty Rainbow". Вместо очередной песни в наушниках заиграла мелодия звонка. Неизвестный номер.
- Кто? - холодно спросил Гришка.
- Добрый день, Григорий, - послышался знакомый голос. - Это Исаак, мы неделю назад встретились в клубе.
- О, привет, бро! Как номер нашёл?
- Знакомые подсказали. Когда мы можем встретиться?
- По какому поводу?
- Увидишь. Так когда?
- Через часик освобожусь.
- Тогда встречаемся через два часа возле кинотеатра.
- Который на Верейской?
- Да.
- Замётано. Пока.
Я, пожалуй, воздержусь от описания места, куда Виноградов привёз оружие, и лиц, которые его принимали, иначе преступная верхушка назначит награду за мою голову. Скажу только, что Гришка не был силён в математике и неправильно посчитал сумму, которую ему должны были заплатить. Началась драка, после которой Виноградов ушёл с той суммой денег, которую насчитал, ещё и с процентами. На встречу с Исааком он опоздал всего лишь на двадцать минут.
- Ты опоздал, - заметил Исаак.
- Да неужели! Зачем звал-то?
- Помнишь, ты сказал, что у меня высокая температура?
Гришка задумался, вспоминая.
- Да, было такое.
- Смотри, - Исаак указал на голубя, что гордо расхаживал по бордюру, и щёлкнул пальцами левой руки. Тут же птицу объяло пламя.
- Твою мать! - вскрикнул Виноградов.
Через секунду на асфальт повалился чёрный трупик пернатого.
- Ну и фокус! И в чём секрет?
- В том, что это не фокус. Я могу так сделать с любым - даже с тобой. Достаточно лишь щёлкнуть большим и средним пальцами левой руки...
- Подожди-ка, как ты научился делать такие вот штуки?
- Само как-то вышло. Сначала температура вдруг поднялась до сорока с чем-то градусов, потом из руки вырвался огонь, через несколько дней я научился контролировать пламя и температуру тела, а теперь могу по щелчку сжигать кого угодно.
- Дружище, знаешь, что это значит?
- Что?
- Ты теперь самый крутой чувак на планете, вот что! Можешь делать всё что угодно: показывать фокусы, помогать в производстве, фигачить врагов! Захапаешь кучу бабла, потом...
- Нет! Я не могу! Мне надо забыть, забыть про эту способность! Она погубит других! Я не могу её использовать.
- И зачем же ты мне её показал? Чтобы я тебе завидовал?
- Чтобы помог. С самого раннего детства у меня иногда случались приступы необъяснимой ярости. В такие моменты я становился агрессивным и лез драться со всеми. Раньше это была просто драка, а теперь... Боюсь, если такое снова случится, будут жертвы. И немало.
- От меня ты чего хочешь?! - у Гришки кончалось терпение.
- Если это случится, ты сможешь меня убить?
- Блин, ну и просьба! Ты же меня сожжёшь нахрен! На такое никто не согласится!
- Что же мне, силовикам сдаться?
- Есть одна идейка... Но для этого тебе придётся стать суперзвездой.
Не буду утомлять вас подробностями восхождения Исаака к славе (это очень длинная и утомительная история); главное - у него это получилось.

Свет медленно погас, остался лишь луч, направленный на центр сцены. Там же находился микрофон на трёхногой подставке. Из темноты под луч вышел Игнацио. Зал взорвался аплодисментами. Фокусник как обычно был одет в белую рубашку, красные джинсы и пиджак. Алые, как пламя, волосы были элегантно зачёсаны набок.
- Хватит, хватит хлопать. Ну что вы? - сказал Игнацио. - Хотите увидеть фокус? Что ж, будет вам фокус!
Он поднял левую руку вверх, и из неё вырвалась струя огня. Пламя приняло образ дракона и закружилось по залу, вызвав ещё один всплеск аплодисментов. Сделав несколько кругов, дракон плавно растворился в воздухе.
- Знаете, я ведь пришёл сюда не только для того, чтобы фокусы показывать. Да будет вам известно, друзья, что это моё последнее появление на публике, - аплодисменты мгновенно прекратились. - Раз уж так вышло, давайте оторвёмся по полной! - снова аплодисменты. - Расскажу-ка я вам свою историю. Начнём с того, что я - удачный (или неудачный) эксперимент. Да-да, эксперимент! Я сбежал из секретной московской лаборатории, где на мне ставили самые разные опыты. Знаете, мой огонь - вовсе не фокус. Это моя способность. Способность управлять пламенем. При желании я бы мог без каких-либо усилий стереть человечество с лица Земли.
- Ты врёшь! - крикнул кто-то на передних рядах.
- Вру? Не желаете выйти на сцену, молодой человек?
Со своего места поднялся и вразвалку пошёл к сцене очень толстый депутат. Игнацио помог ему подняться по лестнице и спросил:
- Во что же вы не верите?
- В то, что ты маг! Всё, что ты нам показываешь - фокусы!
- Вот как. Сейчас я докажу вам, что это не фокусы. Вы же сегодня надели нижнее бельё? - тут же брюки депутата вспыхнули пламенем и рассыпались пеплом, нисколько не причинив вреда мужчине. Зрители ахнули. - Убедились? - ехидно спросил Игнацио. - А теперь прошу вас вернуться на своё место, а я продолжу рассказывать. Сбежав из Москвы, я направился в Т***. Я шёл лесом, питаясь всякими белками и зайцами. Лишь один раз ночью я случайно вышел на трассу. Один раз! И именно в этот момент по трассе ехал какой-то мужчина. Бедняга чуть не сбил меня - машина остановилась в трёх метрах. Не знаю почему, но он меня испугался. Взял фонарь с пистолетом и вышел из машины. Я видел как он трясся. "Откуда ты здесь?" - спросил он дрожащим голосом. Дальше всё случилось само. Я вдруг почувствовал ужасный гнев и более не мог себя контролировать. Я сжёг его, сам того не желая. Насмерть, чёрт возьми! Нет, не надо вставать со своих мест и убегать! Если бы я хотел вас убить, давно бы уже сделал это. Послушайте дальше, умоляю! Мне необходима эта исповедь. Итак, я продолжаю. Добравшись до Т*** (мне тогда было всего пять лет!), я стал питаться крысами и голубями, зато тут меня никто не искал и не пытались съесть волки. Потом меня приютил физик, Илья Ильич Игнатьев. Он стал мне настоящим отцом! Накормил, воспитал, обучил... И вот я здесь. Получил то, о чём раньше даже не мечтал! Слава, богатство, влияние - это, конечно, важные вещи, но они и рядом не стояли с вашей любовью! Да, я искренне надеюсь, что вы любите меня и верите мне, все вы! Надеюсь, что вы поймёте зачем я сделаю то, что сделаю. До свидания, - Игнацио щёлкнул пальцами левой руки, и его охватило пламя. Все вокруг испугались, женщины завизжали от страха, кто-то даже вызвал скорую. Между тем огонь не угасал. Сквозь него было видно, как Игнацио опустился на колени, а потом положил голову на пол, как будто кланяясь кому-то. Луч прожектора исчез, вскоре исчезло и пламя. Когда во всём зале включился свет, на сцене лежала лишь горсть пепла.

Исаак надел халат и вышел из костюмерной. В коридоре его уже ждал Гришка. Вернее, теперь это был  Григорий Виноградов, не менее влиятельная личность, чем его приятель.
- Браво, Игнацио! Как артистично ты сыграл!
- Я всего лишь рассказал твою историю. Секретная лаборатория - действительно неплохое объяснение моих сверхспособностей. Но зачем ты добавил убийство водителя?
- У меня есть друзья-менты. Один из них спросил меня, не ты ли причастен к делу "О самовозгорании человека", которое случилось незадолго до того, как Илья Ильич нашёл тебя. Я решил, что это признание сделает твой рассказ чуточку правдоподобнее.
- Ладно, ты молодец. Какая следующая часть плана по спасению человечества от меня?
- Не парься. План завершён. Полностью. Теперь люди верят, что ты - секретный эксперимент. Поэтому, когда ты начнёшь крушить всё вокруг, они не удивятся - решат, что сбежал ещё один образец. А инсценировка самоубийства была нужна для того, чтобы из-за хаоса, который ты посеешь, твоя репутация не испортилась. Посмертно, - Григорий карикатурно приложил руку к сердцу.
- Ты что, идиот? То есть весь год я из кожи вон лез ради исполнения твоего плана, а теперь ты говоришь мне не париться?! Я вообще-то хотел мир спасти, а не репутацию сохранить!
- Скажи мне, как тебя остановить? Ты можешь сжечь любого встречного, расплавить любой металл, ты неуязвим к огню, а, может быть, даже к пулям. Ты хоть раз видел свою кровь?
- Нет, потому что я удачно приземлялся, когда падал.
-  И ты правда в это веришь?! Ты неубиваемый, понимаешь? Остаётся смириться с неизбежным и жить дальше. Только вот, теперь придётся скрываться, но это не так важно...
- Пошёл ты к чёрту! Я сам что-нибудь придумаю. А ты иди и объясняй репортёрам, почему я самоубился.
- Тише, тише, чего ты так разнервничался? Не хватало ещё мне стать первой жертвой твоего гнева. Ладно, пойду поговорю с ребятами. Пока!
Исаак вернулся в костюмерную, надел сапоги, пальто и шапку и вышел на улицу через запасной выход. В переулке, где он оказался, было почти безлюдно. Всего один человек, и то пьяный, ковылял в сторону Исаака. Он вдруг воскликнул:
- Игнацио, неужели это ты?! Игнацио, Игнацио!
- Тихо! Замолчи!
- Игнацио здесь! Он жив! Живой!
Исаак сжёг незнакомца. Не из-за злости, а для того, чтобы сохранить тайну. Самый обычный холодный расчёт. По крайней мере, Исаак убеждал себя в этом. Но эта уверенность пошатнулась, когда через несколько минут он пришёл в себя стоящим среди горящих обломков Центральной Больницы. Кто-то подошёл сзади и похлопал его по плечу:
- Так держать, дружище. Наконец-то ты стал тем, кем должен быть. Следующая цель - Кремль. Неплохо, правда?

Забыл представиться. Я президент Российской Федерации, Григорий Виноградов.