Основная проблема рыночной экономики

                Усилия на ложном
                пути множат заблуждения.

                Английский философ Фрэнсис Бэкон

   Для экономистов любимым символом экономики является машина. Разве можно вообще сравнивать эти понятия? Машина стабильно функционирует только потому, что в ней отсутствуют противоречия. Экономике же присущи противоречия, которые, по мнению практически всех экономистов, носят объективный характер. То есть экономика и машина — это абсолютно несравнимые понятия. Знаменитые австрийские экономисты минувшего столетия Йозеф Шумпетер и Фридрих Хайек совершенно верно критиковали взгляд на экономику как на машину. Противоречивая экономика развивается циклически, ей присуще множество всё усиливающихся негативных тенденций, проблем различного характера.  Экономика ещё далека от состояния отлаженной машины. Скорее её можно сравнить с больной лошадью, еле плетущейся в непонятном направлении и лишь изредка оживляющейся. Экономическая теория давно описала траекторию развития классической рыночной системы: она движется туда, куда тянут воз её проблем Лебедь, Рак и Щука.  По моему мнению, проблема противоречивости интересов участников экономической жизни для рыночной экономики является основной.  При наличии этой проблемы практически невозможно обеспечить рациональный баланс интересов власти, бизнеса и граждан, поскольку им свойственно поступать разнонаправленно.  Противоречивость интересов порождает сложную проблему координации действий хозяйствующих субъектов, к решению которой до последнего времени существовали два принципиально противоположных подхода. Согласно первому, максимальная эффективность общественного производства достигается благодаря предоставлению каждому из его участников неограниченной экономической свободы. Сторонники противоположного подхода считают, что действия участников производства должны подчиняться жесткой социальной регламентации, осуществляемой  главным властным институтом общества — государством, которое обладает правом и силой для внеэкономического принуждения. Современное общество пытается преодолеть ныне квалифицируемые уже как неприемлемые исторически сложившиеся крайности организации хозяйственной деятельности путем создания социально-регулируемой рыночной экономики. Сегодня, согласно мнению Ричарда Никсона, «мы все кейнсианцы». Его возглас в саркастическом пересказе звучит как «мы все слабоумные».  Он, как и все экономисты, не понимал, что предпосылки для возникновения кейнсианства — экономической теории, которая утверждает, что государство должно активно вмешиваться в экономику, особенно в периоды спада, чтобы стимулировать спрос, поддерживать занятость и обеспечивать стабильность — создала  ущербная (административная) система госуправления.  Кейнсианство, в действительности — это попытка устранить последствия управленческого слабоумия, а не причины, которые сделали рыночную экономику социально ущербной и недостаточно саморегулирующей. Критика кейнсианства со стороны различных экономических школ была примитивной и ненаучной. Вариант синтеза крайностей, или, другими словами, метод экономической мозаики, является малоэффективным. Он обеспечивает очень низкий уровень устойчивости рыночной экономики. Административно-искусственная согласованность участников рынка создает лишь хрупкую иллюзию управляемости экономикой, реально не способствует повышению её эффективности. Субъективная противоречивость интересов и, соответственно, отношений участников экономики породила примитивность экономического мышления наших предков и современных мыслителей.  Соответственно «пещерному» мышлению, исторически сложилась уродливая основа государства — теневая система административной ренты и кормлений, проявляющаяся во всех государствах в разной степени циничности. Государству ренты неотъемлемо присущи коррупция, бюрократическое торможение процессов развития общества, пренебрежительное отношение к нуждам простого люда. Именно порочная  основа государства является той выдуманной «объективной» причиной, которая приводит к социальной революции. В настоящее время данная основа пребывает в обострённой, крайне циничной форме во многих государствах. Фактор времени усложняет задачу эволюционного переустройства общества, поэтому промедление реформирования капитализма, совершенствования рыночной экономики крайне необходимо. Противоречивая рыночная экономика устойчиво плодит социальные и этические проблемы, повышает степень конфликтности и преступности, ведёт к социальному расслоению общества, которое сегодня достигло катастрофических параметров. Рынок не заинтересован производить общественные блага, не склонен к информационной открытости. Противоречивость экономических интересов — это и есть узловой порок капиталистического общества. В таком обществе выгода одних становится прямым или косвенным ущемлением интересов других, вредительством государства. Критерии рациональности, общественной полезности вытесняются за пределы примитивного понимания.
      Реализм в политике предполагает понимание главной цели, достижение которой способствует достижению других целей.  Ставка на научно-технический прогресс, на форсированное технологическое развитие не может быть главной целью экономической политики, поскольку её достижение не решит всего комплекса проблем, присущих рыночной экономике. Переход к социализму ещё больше усугубит экономические проблемы потому, что создаёт удушающую  социальной сферой экономику (В рациональном обществе экономическое, социальное и духовное развитие происходит синхронно) Внутренняя порочность существующих ныне моделей экономического развития предопределяет им низкий уровень живучести. Именно поэтому все они, как утверждают многие аналитики, близки к своему исчерпанию. Главная цель экономической политики должна быть направлена на решение основной проблемы экономики. Без её решения  судьба рыночной экономики весьма проблематична. Негативным фактором является то, что экономическая наука дистанциировалась от других гуманитарных наук. Проблема ещё и в том, что в настоящее время вообще не существует более-менее серьёзного научного подхода к её решению, поскольку подавляющая часть представителей общественных наук признает объективный характер её наличия.  Усилия на правильном пути, несомненно, развенчают множество подобных заблуждений. Мне представляется рациональным устранение противоречивости экономических интересов путём масштабного распространения партисипативной системы хозяйствования. Суть институционального сдвига заключается в осознанной смене абсолютной (количе ственной) системы оплаты труда на относительную (качественную).  (В Германии похожую систему назвали инвестиционной.)  Именно этот структурный сдвиг естественным образом формирует в рыночной экономике механизм социальной саморегуляции, что позволяет снять значительную часть субъективных противоречий капитализма. Такой сдвиг делает рыночную экономику совершенной:  более целостной, устойчивой, социально ориентированной и внутренне согласованной.  В условиях такой рыночной экономики форма собственности перестаёт быть принципиальным фактором развития государства, поскольку частные фирмы и государственные предприятия становятся почти одинаково эффективными — и экономически, и социально.  Решая основную проблему рыночной системы, то есть фактически реформируя капитализм, государство выходит на своеобразный «третий путь» развития — более безопасный и устойчивый.
     Введение института должностного участия в прибылях создаст, что наиболее важно, однонаправленность движущих сил экономического поведения социальных единиц. Однонаправленность интересов, единство целей, общность идеалов существенно улучшат всю совокупность отношений различных общностей. Общая цель станет побудительным мотивом для сотрудничества. То есть навсегда утвердится сотруднический тип производственных отношений. Статус «раба» уйдёт в прошлое. О необходимости объединяющей цели отмечал ещё американский социолог Толкотт Парсонс. Он утверждал, что «только приверженность общим ценностям обеспечивает основу порядка в обществе». Он исходил из того, что для социальной жизни более характерны «взаимная выгода и мирная кооперация, чем взаимная враждебность и уничтожение». Если бы Парсонс в свое время знал о   системе участия в прибылях, то его анализ явлений общественной жизни был бы научно привлекательным, интеллектуально ясным и не столь консервативным. Социологи-марксисты были бы лишены оснований критиковать его теорию за недооценку значения социальных конфликтов и противоречий. Введение института должностного участия в прибылях станет новым мотором экономического роста и мирного совершенствования рыночной экономики.  То есть такого роста, который уже не только не будет обострять присущие капиталистическому обществу проблемы, но и постепенно их устранять. По мере введения новой системы хозяйствования будет создаваться совершенная рыночная экономика — способная содействовать социальному и этическому развитию без активного вмешательства государства, развиваться без циклических кризисов. Для такой экономики характерно формирование широкого среднего класса. Новой основой государства станет официальная система должностной ренты служения. Государство как экономический институт общества станет субъектом совершенной рыночной экономики. (Я абсолютно уверен, что образ благополучного будущего России связан с курсом на совершенную рыночную экономику)  Представляющие его государственные служащие станут как бы акционерами по должности, материально заинтересованными в повышении эффективности хозяйствующих субъектов не зависимо от формы собственности. Это естественно минимизирует их вмешательство в рыночную экономику. Изменится и смысловая направленность отношения государства к бизнесу: скрытное и беззастенчивое выжимание подкормки сменится на открытое, деловое и бескорыстное содействие эффективности хозяйствующих субъектов.  Многие явления современной жизни, такие, к примеру, как повышение государственными служащими своей заработной платы, уйдут в прошлое. (Зарплата госсужащих и доходы населения будут повыжаться автоматически соответственно росту эффективности экономики) Система заставит госслужащих зарабатывать заработную плату, а не получать её. Совершенная рыночная экономика должна стать неотъемлемой частью цивилизованного общества. В современном мире пока не существует единой формулы обеспечения успеха в социально-экономическом развитии. Но она чрезвычайно необходима. Разработка концепции универсальной экономики станет  результатом радикального перерождения  общественных наука. И если концепция получит признание во всём мире, то это станет Ренессансом не только обществознания, но и рыночной экономики, капитализма, мировой экономики. Я искренне надеюсь, что команда Президента России, став конструктором своей улучшенной модели экономики, даст мировому сообществу уникальный практический опыт. Тот опыт, который изменит весь мир к лучшему. Алгоритм устранения исторически приобретённых и потому  субъективных  противоречий общественного бытия изложен в моей книге «Никто, кроме России».  Я написал её как нетривиальные ответы на вопросы, которые ставит перед всеми будущее.