30. 05. 26 Руново. Как жить, чтобы не было стыдно

30.05.26 Руново. Как жить, чтобы не было стыдно перед почившими
https://t.me/flavianow/74204
https://vk.ru/wall773377_14298

Царство Небесное, вечный покой блаженным сродникам нашим! Да простит их Господь и помилует и всех нас, и да благословит на предстоящую дальнейшую жизнь. Мы с вами собрались почтить память всех наших почивших сродников. Традиция эта древнейшая — ещё со времён апостолов и первых мучеников, когда существовал рабовладельческий строй и людей просто так не отпускали. Рабам надо было работать, и свободное время оставалось только ночью. Храмов тогда тоже не было — кругом был языческий мир.
Вплоть до IV века, когда христианство только стало господствующей религией, язычество ещё было сильно — и мы видим это до сегодняшнего дня. Много язычников и сегодня, так что удивляться нечему. Я просто хочу обратить ваше внимание на то, где первые христиане молились. Если храмов не было, а свободное время — только ночь, куда мы идём? Куда мы сегодня пойдём после службы? На кладбище. Вот они и ходили на кладбище — правда, ночью, и ничего не боялись. Это и есть настоящее православие: когда мы ничего не боимся, не переживаем, открыта или закрыта калитка — это не имеет значения. Также не переживаем, снится нам что-то или не снится. Не включаем эмоции, а спокойно воспринимаем всё, потому что, может быть, нам снятся вовсе не наши сродники. Мы должны это понимать. Мы грешные люди. Святым угодникам сколько снился Господь или Божия Матерь? Сергию Радонежскому — один раз, Серафиму Саровскому — чуть побольше, и всё. А нам хочется, чтобы снились небожители. Но наши сродники теперь уже небожители, и мы хотим, чтобы они нам снились. Разве мы достойны этого? Нет. Мы грешные люди, а бесы, зная нашу эмоциональную привязанность и то, что мы скорбим и тоскуем по родным, конечно, хотят, чтобы те нам снились и утешали нас. Но всё это — во власти Бога. Он тренирует нашу веру. Наши эмоции тренировать не надо: они у нас уже перетренированы, их как раз надо экономить. Потому что эмоциями мы сжигаем чувства, не остаётся сил на любовь и веру. Каждый взрыв эмоций — как взрыв бомбы, и что остаётся? Пустыня в душе. Мы сами это чувствуем: пусто. И с этой пустотой мы хотим ещё что-то сказать нашим почившим сродникам? Это они нам могут сказать. Точнее, они нас могут просто поколотить, потому что мы заслуживаем этого: ведём себя не всегда достойно и не всегда пристойно. Слава Богу, что они нам не снятся, — иначе были бы мы во сне отколочены и побиты.
Слава Богу, что Господь не всегда поддаётся нашим просьбам, хотя прекрасно понимает, как мы скорбим и унываем. Он по-прежнему тренирует нашу веру, чтобы мы уповали не на земное и не на наши привязанности, а на небесное. Ведь рано или поздно мы тоже умрём. Сколько нам осталось жить? Рано или поздно мы войдём в пространство под названием вечность и бесконечность и будем вечно находиться с нашими родными и близкими. А что мы там собираемся делать? Мы об этом хоть раз подумали? Надо думать не один раз, а постоянно. Вот школьник: если он не думает об институте постоянно, он туда не поступит. Надо готовиться по всем предметам, делать домашку, нанимать репетиторов. Каждый день — работа, работа, и не только интеллектуальная, но и физическая: обязательно пробежки, потому что в институте всё равно будет физкультура, а там, даст Бог, может, и спортсменом станет. Ребёнок этого не понимает, его приходится стимулировать, объяснять, ведь он не знает своего будущего. Мы похожи на этих школьников: мы не думаем о том, что нас ждёт, не готовимся. Нам хочется сладкого каждый день, чтобы и во сне это сладкое давалось, круглые сутки — днём и ночью.
Дорогие мои, мы действительно дети малые. Мы много переживаем и много думаем не о том. А думать надо так, как будто мы уже живём там, на том свете. Мыслить, жить, видеть, слышать — как будто вы уже там находитесь. Именно так жили все святые, тот же Серафим Саровский, которого я упомянул. Они оттуда говорили с нами. И нам надо учиться жить потихонечку — разговаривать, думать — и тогда наши покойнички будут счастливы той жизнью, которой мы живём. Им не будет стыдно молиться за нас, грешных. Мы грешим напропалую, очень много грешим. Сегодня в православии нам гораздо сложнее, чем во времена князя Владимира тысячу лет назад. Тогда люди были все верующими — пусть язычниками, но верующими. Не было агностиков, атеистов, сатанистов, всей этой шушеры. А сегодня даже верующих сложно назвать верующими: мы только учимся верить. Огромную жизнь прожили за плечами, колоссальный опыт, но этот опыт с собой в Царство Небесное взять не можем. Что из него пригодится? Надо об этом задумываться.
Очень вас прошу: научитесь радоваться — пусть сквозь слёзы. Как 9 Мая: праздник со слезами на глазах. Так и должно быть — радость, хоть и со слезами. Если у нас нет этой радости, значит, мы не христиане, значит, мы не православные. Потому что православие учит радоваться даже тогда, когда у нас скорби, беда, когда всё плохо. Ты радуйся, улыбнись, найди повод. Тогда ты — взрослый человек, и ты понимаешь, что от тебя требуется. Это требуется от каждого из нас. Как бы нам плохо ни было, помните: нашим почившим сродникам было гораздо труднее, чем нам. Они войну пережили, они головушки свои сложили за то, чтобы мы с вами жили сегодня. Нам должно быть стыдно перед ними во многом. Поэтому мы должны как следует поработать над собой — хотя бы ради православной веры. Дай Бог, чтобы нам действительно удалось это сделать до гробовой доски, успеть стать православными христианами.
Будем продолжать молиться за упокой наших родных и близких: Царствие им Небесное и вечный покой. И поблагодарим за Причастие.