Колька хочет Яву. Из цикла Люди Донбасса

 Пролог: Рассказ написан на основе реальных событий. Все фамилии персонажей изменены по просьбе родственников. Донбасс. Горловка. 1976 год.

  Любовь к книгам любопытному Сашке привил его вооружённый многочисленными знаниями отец. В доме Матецких всегда был культ литературы и новые книги сносились буквально ото всюду. Когда Сашке исполнилось девять, Сергей Витальевич подарил сыну его первую кгигу. Это был сборник Роберта Льюиса Стивенсона. «Остров Сокровищ» Сашка перечитывал с упоением множество раз, и в каждом очередном случае находил всё новые и новые интересные эпизоды. Затем ему подвернулся изумительный Луи Буссенар с его занимательнейшими «Капитаном сорви-головой» и «Похитителями бриллиантов». К 14-ти неполным годам, прочитанные им ранее Жюль Верн, Майн Рид, Гербетр Уэлс, Рафаэль Сабатини  и Александр Беляев, пополнились книгами Александра Дюма отца, Ги де Мопассана, Катарины Притчард и множеством, множеством других. Сашка буквально упивался чтением и родителям иногда приходилось просто отнимать у него очередную книгу, из-за боязни что пострадает не только зрение сына, но и предельно жизненные романы для взрослых, сделают из него патологического затворника. Чтение, кроме обычного интереса к захватывающим сюжетам, наградило любознательного Сашку уникальной способностью помнить поимённо всех персонажей прочитанных книг, завлекательно повествовать о том что прочёл, и в конце концов претвориться на отличного, красноречивого рассказчика. Особенно это ценили его дворовые друзья, в семьях которых не было такого высокого библиотечного культа. Каждый раз после прочитанной Сашкой книги они с удовольствием находили уединённое место и с упоением слушали его пересказы о великих подвигах и батальях, происшествиях и похождениях великих героев и великих злодеев. Так у Сашки появились друзья не только в его дворе, но и в нескольких соседних. Горловские «Черёмушки» на Донбассе состояли в основном из крупнопанельных, пятиэтажных хрущёвок расположенных фасадами внутрь дворов. В больших дворах в свою очередь часто отстраивали открытые агитплощадки, с тяжёлыми скамейками и экраном для просмотра фильмов или новостей, освещавших рекомендуемое народу местными партячейками. Мальчишки со всей округи по обыкновению собирались на таких площадках для игры на гитарах или как в нашем случае, что бы услышать от Сашки очередное прочитанное приключение.
   - Привет Санёк! - к компании собравшихся ребят, в центре которой сидел раскрасневшийся от возбуждения Сашка, присоединился светловолосый, худощавый подросток по фамилии Аверченко, живущий в соседнем дворе.
   - О, Коля, присаживайся. Это я о пиратах, о капитане Бладе сегодня рассказываю...
  Коля был одним из тех сашкиных друзей, которые бесконечно ценили в нём эрудицию и его начитанность. Он часто заходил к Матецким в гости и родители книголюба всецело поощряли их крепкую дружбу. У четырнадцатилетнего Коли был младший брат Дима, первоклассник. Их семья в то время состояла из трёх человек. Отец мальчишек, когда старшему исполнилось восемь, а младшему два года, трагически погиб в шахте. С тех пор мама воспитывала братьев сама. И маленький Дима, и подросток Коля всегда были предельно тактичными и воспитанными ребятами. Именно это качество и подвигло Сашку к крепкой дружбе с Аверченками. Кроме всего прочего Коля сильно увлекался боксом, а его задатки в этом виде спорта ценились довольно высоко и тренерами, и  противниками по рингу. Позже, к 16-ти годам, Николай Аверченко выиграл Чемпионат Донбасса, а в 18-ть стал чемпионом Украины среди юниоров.
  Служба в Южной Группе Войск, где Сашка служил в полковой разведроте, давалась ему не совсем легко, но его физическая подготовка с жёсткой самодисциплиной, и командованием роты, и командиром полка были оценены по заслугам. Внеочередной отпуск Александр Матецкий получил, уже будучи старшиной, за отличное прохождение на учениях его взводом Полосы Разведчика. 
  Столица Донбасса, Донецк, встретила рейс из Львова, на котором прилетел старшина отпускник, холодным, ноябрьским дождём. До родной ему Макеевки Сашка добрался уже за полночь, на подвернувшимся ему в аэропорту попутном такси. Родители знали о его приезде и ждали с нетерпением. В первый день его никуда не опустили, переодели в гражданку, расспрашивали о службе и потчевали домашними вкусностями. Самому же Сашке нетерпелось скорее увидеться с друзьями, знакомыми девчонками и посмотреть город, в котором он не был более полутора лет.
   - Привет Димон! - почти прокричал радостно Сашка открывшему двери квартиры Аверченков повзрослевшему, двенадцатилетнему Диме. Они постояли обнявшись в коридоре, после чего Дима пригласил отпускника в комнату. 
   - А где Коля? Он работает или учится?... Как его дела на ринге? - спрашивал расположившийся на застеленном покрывалом диване улыбчивый Сашка.
   - А ты что... А ты что, Саш..., ничего не знаешь? - уставился на него привставший со стула мальчик. - Впрочем, твой отец сказал маме, что когда приедешь, сам всё узнаешь.
   - А что я узнаю, Дима?... Что произошло? Где Коля?..., почувствовав неладное наклонился вперёд Сашка.
   - Саш, ты лучше с мамой поговори, она тебе лучше всё расскажет, - у отвернувшегося от собеседника мальчика на глазах были слёзы. - Она сейчас с работы придёт.
  Советский Донбасс, обеспечивающий углём всю страну, был богатейшим, процветающим краем, снабжающимся из госсударственной казны по первой категории.
Все, кто хотел в то брежневское время приобщиться к быстрым и большим заработкам, ехали либо на заполярный Север, либо же на шахты Донбасса. Ухоженность и изобилие в советском обществе, какой бы странностью это не показалось несведущим людям, чаще всего порождали у ушлых жителей неуёмную алчность и откровенный криминал. Донбасс же, тех далёких семидесятых, входил в первую десятку по совершённым правонарушениям и рассаднику оголтелой малолетней преступности. Дворовые банды, созданные кем-либо из более крепких и дерзких мальчишек, соперничали между собой из-за девушек, территории или просто из озорства. На помощь милиции приходилось вызывать патрули из внутренних войск или приглашать контролировать улицы людей из Добровольных Народных Дружин (ДНД).
  Рудинов Вячеслав по кличке «Крест», был одним из самых хулиганистых подростков в районе горловских Черёмушек. В свои 19-ть с небольшим лет он успел побывать в интернате для трудных подростков и отсидел год по малолетке за разбой. Креста побаивалось большинство мальчишек района. Одним он угрожал ножом, а других заставлял подчиняться при помощи беспощадных кулаков. Однако неожиданная встреча с Николаем Аверченко привела Славчу, как иногда Вячеслава называли ровесники, к позорнейшему упадку авторитета, среди вечно заглядывающих ему в рот, дворовых мальчишек. В то время Коля только познакомился с семнадцатилетней Наташей. Девушка училась в Институте Иностранных языков (Ин-яз) и жила во дворе Рудинова. Однажды вечером Крест остановил Колю с Наташей и потребовал плату за нахождение «жениха» в его дворе. Когда получил отказ, постарался разрешить ситуацию силой. Итогом дворовой разборки стали лежащий в нокауте на земле Крест и трое его закадычных дружков. Этим бы всё и закончилось, но Крест был не таков, и для возвращения заработанного ранее престижа, перед родным районом, затаил злобу и желание отомстить Николаю любой ценой. 
  От мгновенно выброшенного натренированной рукой ножа Аверченко спасла отличная реакция опытного боксёра. Кожа под подбородком Николая была сильно рассечена и из горла сочилась тонкая струйка крови. Артерия, куда метил Крест, вопреки желанию хулигана, задета лезвием не была. Приехавшая по вызову плачущей Наташи бригада скорой, оказала  парню необходимую помощь и после несложной операции с зашиванием рассечённой раны его отправили домой. Рудинова арестовали в тот же вечер, предъявив обвинение в попытке убийства.
   - Я вас умоляю как мать!... Вы должны меня понять, он у меня один. Что я без него буду делать?... Да, он безотцовщина, как и ваши дети. Я всегда была занята заработками, что бы устроить моему мальчику лучшую, отличную от моей жизнь. Вот и упустила... Здесь 900 рублей, возьмите и заберите пожалуйста заявление. Со следователем я постараюсь всё уладить. Ведь всё же обошлось! Ну, подрались, повзорили мальчишки, чего не бывает.
   В течении часа мать Вячеслава Рудинова, Нина Осиповна, пыталась уговорить маму Николая забрать заявление в милиции о нападении на её сына. Валентина Романовна Аверченко стояла молча и только время от времени отрицательно качала головой.
   - Пожалуйста, заберите... - разрыдалась Рудинова, - я вам ещё денег дам!... Она попыталась стать на колени. Но Аверченко подняла её.
   - Хорошо, я подумаю, - сквозь не желание прошептала Валентина Романовна, пытаясь быстрее закончить визит и избавиться от отвратительной сцены. - И... заберите пожалуйста свои деньги, - она собрала со стола рассыпанные по нему купюры и попыталась всунуть их в руки Рудиновой. Однако просто не успела этого сделать, так как та быстро вышла за дверь утирая платком мокрые глаза.
  У подъезда, где жили Аверченки, стоял новенький, играющий никелированными  частями и красным лаком двухцилиндровый мотоцикл «Ява». Счастливый Николай с удовольствием протирал сидение бархоткой от ещё не успевшей осесть на него пыли. 
   - Вот это агрегат, Колёк!... Много отдал? - изумлялся сосед по этажу, у которого имелся менее престижный «Минск».
   - Да, всё что было, - нехотя улыбнулся Аверченко.
  После долгих препирательств и скандала с матерью, Наколай взял оставленные мамой Креста деньги и приобрёл на них вожделенную «Яву». Суть скандала состояла в том, что следователь, который вёл дело Рудинова Вячеслава, то есть Креста, отказался вернуть заявление Аверченкам и содеянному был дан ход. Именно поэтому Валентина Романовна настаивала на возврате денег. Коля же в свою очередь мотивировал тем, что Крест должен возместить ему, потерпевшему и буквально чуть не погибшему от рук хулигана, моральный ущерб. Через два месяца Горлоский центральный суд, согласно статье 94 УК УССР, дал  Кресту восемь лет, с отбыванием срока в колонии строгого режима.
  Всё произошло почти мгновенно. Мощная, двухцилиндровая «Ява» разогнавшаяся до ста километров выскочила на перекрёсток и врезалась в вывернувший из-за угла автобус ЛаЗ. Сидевшая на заднем сиденье Наташа погибла сразу же, а сидевший за рулём Коля после суток в реанимации.
  На похороны пришло огромное количество людей со всего города — спортсмены, тренеры, одноклассники, друзья обоих молодых людей и те, кто был просто знаком с Наташей и Николаем. Хоронили их вместе. Напротив подъезда, возле поставленных на накрытые табуреты гробов сидели родители и родственники погибших. Валентина Романовна стояла возле изголовья сына вся в чёрном и в её лице не было ни кровинки. Вдруг невдалеке послышались крики и к хоронившим выбежала растрёпанная мать Вячеслава Рудинова. Её пытались задержать, но всё было напрасно.
   - Вот Валя, посмотри!... Мой в тюрьме, а твой в гробу! Что мы получили с тобой?! Я же тебя просила-а!! - буквально взвыла пришедшая.
   - Побойся Бога, Нина... В такой день, - еле слышно проговорила Аверченко и потеряла сознание.
  Сашка сидел на диване с опущенной головой и всё услышанное им от мамы Николая никак не укладывалось в его сознание.
  Перед отъездом на службу Матецкий побывал на могиле Коли и Наташи, они были похоронены вместе... Этот отпуск Сашка запомнил, на всю жизнь.