Это не слёзы это капельки души

          Сказка: Это не слёзы — это капельки души. Автор: Даниил Минин.

     Не так давно, может быть лет десять тому назад, а может быть меньше или может быть и больше, в одном дремучем - предремучем лесу, какие, ещё порой встречаются и сейчас. Но всё реже и реже. В лесу, с огромными, почти сказочными деревьями, вышиной до самого неба. Теми самыми деревьями, раскинувшими свои ветви от неба до земли и издающими скрипучие, устрашающие звуки, особенно по ночам, охраняющими свой лес.

     И если хорошенько прислушаться, эти скрипы можно услышать и в самых отдалённых городах. Аж до края земли у моря. Правда не всегда, а только, в самую тёмную ночь, случающуюся один раз в каждые десять лет.

     Вот в таком лесу с непролазными чащами, протекающими речушками и ручейками, жуткими болотами, и прекрасными, грибными полянами. В лесу, в который, впервые входят люди, увидев, всю его красоту и сказочность, переполняются душевными восторгами, и невольно ожидают выхода бабы-яги, или кощея.

     Да-да, не удивляйся, даже пожилые люди, впервые попавшие в этот прекрасный, дремучий лес, невольно начинают озираться по сторонам, в ожидании появления чуда или сказочных персонажей. Но, мы то с тобой знаем, мы это я, сказочник, и ты, мой читатель, что никаких бабок-ёжек не существует. Всё это истории древних и былых времён-временишек.

     Может-быть когда-то они и существовали, в это, мы с тобой, конечно иногда верим. Но, времена, те давно прошли, оставив свои не выдуманные или наоборот выдуманные истории, нам, для чтения, осмысления, да мало ли для чего ещё. Об этом мы с тобой порассуждаем в иной сказке, очень страшной, но красивой и прекрасной, а сейчас туда заглядывать нельзя. Совсем нельзя. Нужно пройти через эту сказочную страну, а потом только войти в иную сказку, иначе нельзя, ничему не научишься.

     Так вот! В том самом дремучем - предремучем, сказочном, и невероятно красивом лесу, где белки прыгая с ветки на ветку, смеются над волками и лисицами, кидая в них шишками с деревьев. А зайчата грозят кулачками огромным медведям, но из далека, чтоб те не увидели, иначе сам понимаешь, получится заячий конфуз. В том самом лесу, у благородного, господина оленя и его госпожи оленихи, появился маленький, прекраснейший оленёнок, будущий благородный господин олень.

     Правда, вот одна беда, оленёнок появился не вовремя, не в тот сезон, и не в тот месяц, когда должны появляться оленята. Он, словно цветочек, проросший, пробившийся, сквозь выпавший глубокий снег, покрытый толстой коркой, твёрдого, холодного, прозрачного льда, появился на свет, неожиданно, преждевременно, и важно одновременно, словно весь мир, только и ждал его появления.

     А, это так и было! Так точно, и было, даже не сомневайся! Оленёнку были все рады. И благородный олень, вождь стада, и другие олени, и многие звери, даже из других лесов. Не таких дремучих и сказочных, как их лес. А мы помним, что их лес всегда переливался разнообразием цветов, как ореол над кронами деревьев, во времена солнечных восходов и закатов. Многие звери и люди, частенько, стоя на возвышенности, и по сей день так бывает, на самом высоком холме дремучего леса, который находится у самого его входа, и любуются лесом, смотря на кроны деревьев, переливающимися такими цветами, что и слов не хватит, чтобы о них рассказать.

     Только в те, утренние или вечерние часы, можно увидеть невероятную палитру цветов над лесом. Увидеть, как постепенно, тёмные, почти чёрные деревья, окрашиваются то в золотистые, то красноватые оттенки, то синевато-бирюзовые, то багровые, то, порою в жёлтые, однако понятные каждому зверьку, большому или маленькому, того чудного, прелестного, дремучего леса.

     Может быть и по этой причине, из-за красот леса, в тот день, месяц и год, когда появился оленёнок, приходили звери, из других лесов, пробираясь порою, с немалыми трудностями, через сёла и города, большие и маленькие, в которых проживают люди, не всегда с добром встречающие разных, лесных зверюшек, мирных и хищников, которые шли посмотреть на него, маленького и красивенького оленёночка.

     Приходили в тот день и белый медведь с белою медведицей, и волк с волчицею, бобр с бобрихою, и лис со своею лисицей, зайка со своею зайчихою, и лось с лосихою, прилетали ласточки, и стрижи, а из заморских лесов приходили слон со слонихою, крокодил с крокодилицей, да много зверья побывало из других лесов, всех не упомнишь, не перечислишь, все оленёночком восхищались, и умилялись. Даже крот, плохо видящий, и тот приходил и любезничал.

     Мать оленёнка, госпожа олениха не могла нарадоваться на детёныша, всюду его водила по лесу, показывала тропиночки, через речку с ним переплывала, вкусные грибочки собирала, и ему отдавала, а когда слышали громкий рёв благородного оленя, сразу возвращались к своему стаду.

     Рос оленёнок послушным и любопытным, любил играть, прыгать и беззаботно резвиться по всему лесу и полянкам. Не страшился ни ручейков, ни речек, ни густых, непролазных чащоб, ни отвесных горных склонов. Впереди всегда шла его мама, супруга благородного оленя и всему его обучала и защищала. Много радости было у них, однако беда пришла откуда не ждали.

     Весть принесли сороки, что пришёл сезон охоты и охотники и их псы охотничьи давно заждались этого времени. Подготавливают засады. Выставляют приманки. Готовятся как никогда, серьёзно.

     Встрепенулось зверьё в лесу, задрожало. Малых деток решили попрятать, понадёжнее. Лес, хотя и называется дремучим, да от опытного охотника разве спрячешься? Их, охотников, всегда много, и собаки у них охотничьи, натасканные, натренированные, хуже всякого хищника. Выследят, вынюхают, обложат. Что делать? Встревожилась и мать, госпожа олениха, вопросительно глядя на своего благородного оленя. Материнское сердце предсказывало беду.

     - Ничего. - говорил благородный олень. - И эту охоту переживём, как другие переживали
Госпожа олениха всё равно сильно тревожилась.

     - Как же мы переживём эту охоту? У нас оленёнок. Как мы с ним будем убегать и прятаться? Он маленький, у него не хватит сил. Он постоянно играет и резвится, и он такой доверчивый.

     - Посмотрим. Что-то нужно придумать. До охоты, сороки сказали, ещё целая неделя. Успеем подготовится. Пойду поищу тропинку в самое жуткое болото, в самое непроходимое. Там и спрячемся, и переждём охоту. В болото ни псы, ни охотники не пойдут.

     - Хорошо. Поищи. - умоляюще сказала ему олениха.

     А тем временем, охотники, в городах, во всю прыть подготавливались к охоте на оленей. Чистили и смазывали ружья, пристреливали их, проверяли манки создающие имитацию звука оленя, создавали засады, и вышки в лесу, закладывали солонцы, распределяли роли для облавы.

     Готовился к охоте и Тимофей. Молодой охотник, живущий в большом городе, в тёплой квартире, с женой и сынишкой. Охота для Тимофея, была самым большим увлечением в его жизни. Так и в этот раз, получив, приглашение на очередную охоту, Тимофей начал подготовку с выбора оружия. Он любил охотиться как с ружьём, так и с древним, охотничьим луком. Лук, для охоты был для него более предпочтителен, он его любил, с ним он чувствовал себя средневековым рыцарем, участвующем в королевской охоте, порою дикой, безудержной, отважной, лихой, не приносящей ничего кроме удовольствия.

     Ему не нужны были охотничьи трофеи, но он страстно любил ими хвастаться. Его самолюбие и гордость, процветали в те моменты, когда кто-то, высказывал восхищение увиденным. А охота на оленя была самой любимой охотой, с которой не могли сравниться ни утиная, ни австралийская на крокодилов, ни африканская на гиппопотамов.

     Благородный олень — это олицетворение благородства и грации. Тимофей был влюблён в оленей. Он про них знал всё. Оленьи рога, красиво обделанные, украшали его квартиру, как сувениры мужественности. Так, он полагал, думая, что к этой, его забаве, с таким же чувством относятся и другие.

     Поставив рядом у стены ружьё и лук, Тимофей размышляя выбирал:

     - Что лучше будет на нынешней охоте? Лук или ружьё? Пожалуй, лук, но после последней охоты, ослабла тетива, и натягивать её нельзя из-за пришедшего в неисправность, нижнего, лукового плеча. Любимое оружие требовало ремонта. Значит, выбор падает на ружьё.

     Тимофей осмотрел его, разобрал, почистил, смазал и обратно собрал. Уложил, что можно было уложить в рюкзак из охотничьей экипировки, бинокль, аптечку, спрей от насекомых, фонарь, компас, карту, спутниковый навигатор, заряженный сотовый телефон, продукты из расчёта немного больше чем необходимо, на случай, если придётся задержаться в лесу.

     Собрал одежду с оранжевыми, специальными для охоты вставками, охотничью, специальную обувь, перчатки и шляпу, с специальными петельками, защищающими её от потери в пылу азарта охоты, и многие другие вещи, так необходимые каждому, кто идёт в дремучий лес, на некоторое время.

     Для полной маскировки, он удалил любое проявление запаха, будь то от одежды или оружия, способного насторожить животных, и на которые они реагируют за несколько сот метров, имея невероятное обоняние, разоблачая охотников, не подходя к ним близко.

     Тимофей использовал, проверенное средство для этого, настолько древнее, которым пользовались предки, ещё, в те времена, когда, ни сотовых телефонов, ни планшетов не существовало, и в помине. Средство, о котором он никому не рассказывал, так как это тайна принадлежала не ему одному, а всем охотникам, и предназначалось только для охоты на животных, и передавалась от охотника к охотнику, как от учителя к ученику.

     В день начала охоты, Тимофей проснулся рано. Часа в три ночи, или минут пять четвёртого утра. Собрав рюкзак, одевшись в охотничью экипировку, тихонько, на цыпочках, чтобы не разбудить своих домашних, он подошёл сначала к кровати где спала жена, и нежно поцеловал её в щёчку, тоже он сделал, подойдя к сынишке. Он, нежно, любил их обоих, и всё что он в жизни хотел, только чтобы эти два, родных ему человечка, были всегда счастливы.

     Ещё раз окинув любящим взглядом, их спокойный сон, он посмотрел на часы и шёпотом произнёс:

     - Пора.

     Выйдя из подъезда на улицу, уложил все вещи в багажник автомобиля, завёл мотор, и после его прогрева, плавно тронулся в путь, проезжая, по пустому, ещё тёмному городу, радостно провожающего его жёлтым миганием, установленных на пути, светофоров.

     Путь к дремучему лесу был ни долог, ни короток. По расчётам, по давным-давно установленному маршруту, он должен прибыть на место сбора всех охотников, на одной из полян, где-то, часам к шести, чтобы успеть не только к началу охоты, но и ко всем ритуалам и обычаям, её сопровождающим.

     Охотники, всегда перед охотой, на той поляне исполняли традиции, охотничью этику. Тимофей, по началу, не совсем понимал, кем, когда и для чего были придуманы эти обычаи, пока один старый охотник ему не разъяснил:

     - Понимаешь Тим. - сказал он, - Мы соблюдаем эти традиции, потому что уважаем природу, уважаем зверя в лесу, уважаем его право на жизнь, уважаем человека. Всегда нужно давать зверю, шанс убежать или скрыться, во время охоты. Нельзя быть беспощадным и ненасытным. И, чтобы не забывать эти простые правила, для этого придуманы определённые традиции, как напоминание самому себе, о ценности жизни, о её сущности, о равноправии и равновесии сил в природе. Даже если ты царь природы, ты должен в первую очередь быть тем, кто заботится о природе, а не царствовать над ней, поглощая всё подряд с ненасытностью. Понимаешь?

     У охотника что главное? Дружелюбие, дружественность! Дисциплина! Справедливость! Хладнокровие и выдержанность! Понимаешь?

     Охотник не позволяет в своём сердце поселиться безудержной страсти к охоте как таковой, ради охоты, ради трофея. Понимаешь?

     Охотник, всегда окажет помощь животному, попавшему в беду. Никогда не будет стрелять в детёныша животного или его мать, мирно пасущихся. А если посетит в лесу охотничью сторожку, всегда оставит после себя, своего ухода, запас дров и еды. Зачем? А может это спасёт чью-то жизнь. Понимаешь?

     Охотник, охотится на благородного оленя и других зверей. А если олень благороден, разве охотник должен быть менее благороден? Понимаешь?

     На охоте, как на исповеди, там проявляется вся сущность человека, всего того, что у него на душе и в сердце. Всё видно и всем, всё что в нём есть, вся его сущность, хорошая она или наоборот. Понимаешь?

     Или, разве ты настоящий охотник, если только-только купил ружьё и пошёл в лес? Нет, настоящим охотником ты станешь, когда докажешь это своим поведением и благородным отношением к природе, к лесу, к зверю и покажешь свою первую добычу, добытую, по всем правилам охоты. Только, когда отдашь и лесу, и природе, и животным свой долг, то, что ты у них забрал или собираешься забрать. Понимаешь?

     Когда нет сезона охоты, что ты приносишь в лес? Ничего? А что должен принести? О ком позаботиться в лесу? Понимаешь?

     Главное — забота, а не потребление! Понимаешь?

     Когда всё поймешь, когда не останется вопросов и сомнений, только тогда ты перестанешь быть стрелком и станешь охотником. Понимаешь?

     С тех, самых пор, когда старый охотник, ходивший, в своей молодости в одиночку на медведя, сказал ему, эти важные слова об охоте, Тимофей иначе начал относится и к охоте, воспринимая её не как спортивный азарт, а как философское отношение к жизни, и к природе, и к жизни, с бережностью и любовью.

     Когда-же охотники все собрались, распределили роли, кому быть загонщиком, а кому залечь и ждать зверя в засаде, они, всякий раз, приступали к своему, охотничьему ритуалу, в своих традициях. Так было и на сей раз.

     Был издан звук рога, возвестивший начало охоты. Так было заведено, в этом дремучем лесу, со времён царя-батюшки, имени которого за давностью лет, никто не помнил. Всегда, и сколько бы охотников не собиралось на охоту, даже если всего один, начало охоты необходимо было озвучить, специальным сигналом из рожка.

     Сделать первый сигнал о начале охоты доверялось, тому, кто в прошлую охоту, добыл больше всего трофеев, а при отсутствии такового, самому старшему. Но, перед начальным сигналом из рожка, всегда, следовал традиционный и обязательный инструктаж по технике безопасности, варка на костре, в большом котле, пшённой каши с окороком и острым, красным перцем, и обильно посыпанной свежей зеленью, употребляемой, непременно всеми перед охотой, с обязательным чаем на лесных травах.

     А пшённая каша, всегда подавалась с возгласом повара:

     - Охотится необходимо на сытый желудок!

     Повар, ударял, при этих словах, три раза черпаком о металлическую тарелку и раздавал всем порции, кто сколько может съесть.

     После третьей ложки каши, он же, наполнял кружки присутствующих чаем, ибо произносить слова и запивать кашу чаем, можно было начинать только после третьей, полной, съеденной ложки каши. Пока этого не произойдёт у всех, должна присутствовать тишина. И тот, кто ест быстро, всегда ожидал тех, кто ест более медленно. Впрочем, откуда взялась эта традиция, почему именно после третьей ложки можно говорить, никто не помнил, но все придерживались этого правила с удовольствием. Считалось, что без каши, охоты быть не может.

     А выбранному тамаде, полагалось рассказать интересную, поучительную историю, настраивающую всех на предстоящую охоту, которая, в случае отсутствия, рядом зверей, может продлиться не один день.

     Рассказывать интересную историю, в этот раз выпало старейшему охотнику. И все с любопытством ждали, что он поведает об охоте на белого медведя. Надо сказать, что и старейший охотник любил рассказывать различные истории, порой невероятные, кажущиеся сошедшими из сказочных книг. И начал свою историю, старейший охотник, со слов:

     - Было это в мою молодость. Много, много лет назад. Забросила меня жизнь во льды, в царство белых медведей и других обитателей северного мира. Так получилось, что я оказался один среди льдов. Всех, моих товарищей, унесло на большой льдине, а я случайно оказался на другой льдине. Был жуткий мороз. Градусов шестьдесят или больше. Я один. И вдруг вижу белого медведя. Как потом оказалось не медведя, а медведицу.

     Вскидываю ружьё, а она встаёт на задние лапы и на меня рычит. Но подойти не может, что-то ей мешает. И не подходит, и убегать не убегает. Стоит на задних лапах и ревёт. Ну думаю — попал. Живым бы остаться. Вскидываю ружьё, и стреляю вверх. Думаю, пусть испугается и убежит.

     Холод, мороз, трудно стрелять, пальцы не сгибаются. А медведица не уходит. Стоит и ревёт. Перезаряжаю ружьё, прицеливаюсь и вижу, что она плачет. Стоит на задних лапах, машет передними лапами, ревёт, и текут у неё слёзы. Я, аж присел от неожиданности.

     Все внимательно слушали старика, а он посмотрел на всех и продолжил:

     - А окончание расскажу после охоты, когда опять на поляне соберёмся, иначе рассказ затянется до вечера.

     На том и решили, начать охоту, а после неё послушать окончание рассказа от старого охотника. Такова была традиция. Начать рассказ до охоты, а закончить, после неё.

     Как бы все их традиции не выглядели чопорными, только на первый взгляд они казались чрезмерно строгими, да и какими-то нелепыми, но именно в традициях заложен глубинный смысл, не позволяющий расклеиваться связи поколениям.

     После окончания трапезы и рассказа от старого охотника, самому удачливому охотнику из прошлой охоты необходимо было подать сигнал о начале новой. Эта привилегия, выпала Тимофею. Он был тем самым удачливым охотником в прошлый раз. Тимофей с гордостью взял рог в левую руку, встал, не широко расставив ноги, правой рукой опершись о бок, и затрубил во всю силу, в разные стороны света, на юг и север, запад и восток. После чего, охотники в предвкушении добычи отправились на свои места, в ранее подготовленные, в дремучем лесу.

     А тем временем, благородный олень всё ещё продолжал поиски надёжного места, куда могло бы спрятаться всё его стадо.

     Сороки всё более и более кричали на весь лес о приближении охоты, и о том, что охотники уже съели по три ложки каши, и в невероятно быстром приближении то время, когда раздастся сигнал о начале.

     Благородный олень, выбился из сил, но продолжал идти вперёд, спотыкаясь от усталости, на ровных местах, в поисках спасения. Когда он вышел из густых зарослей на поляну, он неожиданно увидел путь, ведущий к непроходимому болоту, которое было тем самым местом, желанным и спасаемым для него и его стада.


     Ему бы передохнуть, отдышаться, путь назад был не близкий, но времени не оставалось, и он стремглав, как только мог повернул в обратную сторону, и побежал галопом. До оставленного стада было часа три, но при полных силах. Он понимал, что опаздывает, сил не хватает на быстрый бег. А сороки, и другие птицы всё громче, и громче предвещали о начале охоты.

     Благородный олень торопился, не обращая внимания на кочки, заросли кустарников, ветки деревьев, в которых он порой запутывался своими рогами. Ветки царапали его шею, били по глазам, но он бежал изо всех сил. Он спешил.

     Неожиданно все птицы замолкли. В дремучем лесу образовалась тишина. Олень остановился и прислушался.

     - Самое страшное случилось. - закричали все птицы и белки, и зайцы, и волки, все, до единой зверушки.

     - Охота! Охота началась. Берегись! Спасайся!

     Олень побежал из последних сил, до стада оставалось не больше полутора часов. Он сокращал путь как мог, не обращая внимания ни на кого и ни на что, а звери, видя его кричали ему в след:

     - Куда бежишь? В другую, другую сторону нужно. Поворачивай, там ждёт засада.

     Благородного оленя не останавливало ни их предупреждение, ни понимание опасности, грозившей ему, он должен был успеть. Ему нужно было сообщить дорогу к болоту. Он решил, что стадо должно быть спасено, а он будет отвлекать охотников, пока они будут спасаться.

     Стадо оленей, без вожака сбилось в круг, в тревоге и ожидании, не понимая, что им делать. Повсюду слышались лай собак, стуканье и бряканье загонщиков. Только маленький оленёнок, ничего не подозревая, продолжал беззаботно прыгать, щипать травку и играть.

     Мать олениха, его просила быть постоянно рядом, но малыш временами заигрывался и постоянно куда-то отпрыгивал. Мать олениха, тогда обратилась к стаду:

     - Нужно уходить, иначе не выживем все.

     - Куда? Куда? Куда?

     - Пойдём в ту сторону, куда ушёл наш вожак. Возможно мы встретим его в пути и будем спасены. Возможно он нашёл для нас болото, где можно переждать охоту и сейчас спешит к нам.

     Стадо, пошло в ту сторону, куда указывал след вожака.

     Мать олениха начала искать своего оленёнка, но его нигде не было. Она его тихо позвала, чтобы не привлечь внимания охотников. Оленёнок не отзывался. И ей ничего не оставалось, как идти его искать, в ту сторону, где затаились охотники.

     Искать долго не пришлось. Он резвился и играл на соседней полянке. Играл беззаботно не сознавая опасности.

     - Иди скорей сюда. - тихо позвала олениха его из-за деревьев.

     Но олененок, увлечённый множеством грибов, не слышал зов матери, продолжая собирать и поедать грибы.

     Мать олениха увидела в противоположном от неё месте охотника, смотрящего в бинокль и не замечающего его оленёнка. Охотник медленно поворачивался всё ближе и ближе своим взглядом к играющему оленёнку.

     У оленихи обмерло сердце. Она представила картину выстрела. Дальнейшие её мысли лучше не рассказывать, ибо они слишком трагичны и печальны, но, она не мешкая выскочила на середину поляны и остановилась, устремив взгляд на охотника и закрывая собой оленёнка.

     Охотник, заметил в этот момент её, но не заметил оленёнка. Он вскинул ружьё и приготовился стрелять. Олениха стояла и не двигалась. Стояла, не моргая смотря на охотника.

     Охотник, а это был Тимофей не хотел стрелять в стоящую олениху, он ждал, когда она побежит, чтобы в тот момент произвести выстрел, и таким образом дать ей шанс. Но олениха продолжала стоять и смотреть на Тимофея.

     - Не может быть. Что с ней случилось? Почему она не убегает? Может быть она меня не видит? Но, она смотрит прямо на меня. Она не может меня не видеть.

     Тимофей решил подать какой-нибудь звук, чтобы спугнуть олениху. Он негромко кашлянул. Но и после этого олениха не шелохнулась. Тогда Тимофей решил наступить на сухую веточку, которых вокруг было много и переломить её так, чтобы прозвучал громкий треск. Но, и после звука поломанной ветки, олениха продолжала оставаться на месте.

     - Может быть она больная? - предположил Тимофей. - Может быть у неё просто нет сил?

     Он передёрнул затвор ружья, предполагая, что этот звук испугает её и прицелился.

     Тимофей и олениха находились друг от друга в десяти шагах и отчётливо видели друг друга.

     Тимофей сделал шаг вперёд, выходя из своего укрытия, но и после этого олениха не сдвинулась с места. Тимофей предположил, что она больна или ранена и прицелился, окончательно решив выстрелить.

     Постепенно нажимая на курок, он увидел, слёзы, текущие из глаз оленихи. Из не моргающих её глаз, текли крупные слёзы. Она стояла и плакала.

     - Да что-ж это такое?

     Не решаясь нажать на курок, подумал Тимофей. И тут, в этот самый момент из-за спины оленихи выскочил маленький оленёночек, маленькая глупышка, скакавший по поляне и собиравший грибочки. Тимофея, словно пронзило током. Он растерялся, отшатнулся назад и упал.

     - В это время не должно быть оленят. Им не время совсем. Откуда же он появился? Что это? Я не могу стрелять ни в него, ни в его мать.

     Тимофей опустил ружьё, продолжая смотреть на плачущую олениху, олениха продолжала смотрела на Тимофея.

     - Уходите. Брысь. Бегите! Спасайтесь.

     Он махнул рукой, затем хлопнул в ладоши, пытаясь заставить оленей убежать. Олениха, видимо поняла его реакцию и резко, побежала в чащобу, а за ней её маленький оленёнок.

     Перед входом в чащу зарослей, она на секунду остановилась и обернулась, чтобы посмотреть на Тимофея.

     - Да бегите же скорей. - вырвалось у Тимофея.

     Олениха и оленёнок убежали. По пути они встретили своего благородного оленя, вожака, и догнали стадо, и благополучно спрятались у непроходимого болота.

     А Тимофей подал знак другим охотникам, что в лесу имеются маленькие оленята, и охота тут-же закончилась. Все разъехались по своим домам. Уехал и Тимофей. А рассказ старого охотника так и остался не дорассказанным, в эту охоту.

     Когда он приехал домой, открыл дверь и вошёл в комнату, он увидел играющего своего малыша и свою жену, хлопотавшую на кухне. Он остановился, прислонился к стенке, закрыл глаза и постоял молча некоторое время. Из его глаз потекли слёзы.

     Сняв с себя охотничью амуницию, поцеловал сынишку, он пошёл в ванную и встал под холодный душ. Тимофей не был испачкан, он хотел смыть с себя всё, что он пережил некоторое время назад, все впечатления, всю боль и переживания.

     Он словно рождался заново, под струйками воды, стекающими ему на голову. Ему хотелось, чтобы его слёз не видели, ни жена, ни сынишка, и чтобы его старая личность, изменившаяся в один миг при виде плачущей и загораживающей собой, от его выстрела, госпожи оленихи, её маленького оленёночка, была смыта. Навсегда! Бесповоротно!

     Когда он вытерся, оделся и вышел в зал, он взял в руки ружьё и начал его разбирать, и по одной детали выкидывать.

     - Что ты делаешь? Зачем? - недоуменно спросила жена. - Тебе так дорога была охота. Ты так её любил, а теперь выбрасываешь своё любимое ружьё.

     - Я больше не охотник. - ответил Тимофей и рассказал историю, приключившуюся с ним, сегодня в дремучем-предремучем лесу, во время охоты.

     - Я не буду больше никогда охотится. Мне не нужно больше охотничье ружьё. В нашем доме, больше не будет охоты никогда.

     Жена подошла к Тимофею и обняла его.

     - Ну, и правильно. Так много других увлечений можно придумать. Я давно хотела тебе сказать, чтобы ты заканчивал с охотой, но, ты так был ею увлечён. Хорошо, что хорошо заканчивается. Давай, когда сезон охоты закончится, мы, все вместе поедем и устроим зимние кормушки для оленей.

     Тимофей посмотрел на свою жену, взял её ладонь, поднёс к губам и поцеловал, потом приложил её ладонь к своему лбу.

     Жена посмотрела на Тимофея и ещё раз обняла.

     - Мы обязательно поедем в лес зимой и устроим кормушки для оленей. - сказал тихо Тимофей.

     На этом можно было бы и закончить нашу сказку, а может и не сказу, может быть быль, немного приукрашенную и записанную мной, сказочником, со слов Тимофея.

     Но, нам-же интересно, а что же произошло дальше с оленёнком. О! Это очень интересная история. Он вырос и со временем стал вожаком своего стада. А с Тимофеем и его сынишкой они подружились.

     Тимофей, зимой, вместе со своей семьей, стал обустраивать в лесу кормушки для оленей. Олени его заметили и полюбили за его доброту. Когда они, втроём появлялись, только от них, от Тимофея и его семьи, олени не прятались, потому, что знали, в лес зашли их друзья.

     На этом, сказочная история заканчивается и начинается совсем другая.