Азалия

На дворе ночь. Город Z давно заснул. Резкий свист покрышек по асфальту, ярко-белый свет фар и рёв мотора будил округу. Чёрная машина марки «BMW», не жалея высокооктанового топлива неслась по дороге, словно догоняя кого-то. За рулём сидел мужчина лет тридцати. Одет он был в куртку, под ней виднелся белый халат. Его голубые глаза смотрели на дорогу. На лице были очки. Этот человек был учёным. Его разбудил поздний звонок из лаборатории. Срочный вызов.
Через несколько десятков минут он уже был на рабочем месте. Огромное здание, по величию не уступающее Кёльнскому собору, тонированные окна которого не пропускали ни грамма света, заставляя людей догадываться, что же происходит за этими величественными толстыми стенами. Над входом, яркими лампами виднелось название организации – НОЦП (Научное Объединение Цивилизаций Прошлого). Пройдя КПП, учёный зашёл в кабинет. Там его уже встречали коллеги: ассистенты и несколько престарелых докторов наук.
– Кассиэль, ты уже тут?  – спросил один из них.
– Как видишь, Рафаэль. К чему такая срочность? Что-то случилось с объектом 232?
– Да.
Другой учёный подозвал ладонью Касса. Они подошли к толстому стеклу. По ту сторону был огромный зал, стены которого были покрыты свинцовыми листами. Яркие прожектора были направлены в центр помещения. Там, на огромном заминированном пьедестале, была огромная глыба льда. Толщи льда сковывали еле заметное тело с золотистыми волосами. Кассиэль был в замешательстве.
– Ну и что? Объект 232, ничего не поменялось. Только зря разбудили…
Он уже хотел развернуться и уйти, но его плечо было крепко схвачено рукой научного сотрудника.
– Наши датчики уловили пульс и еле заметное дыхание. Оно живое.
Кассиэль замер. Недоумевающим взглядом он начал смотреть на коллегу.
– Ты шутишь? Пять лет оно хранится у нас, здесь. Мы его вместе из льдов Антарктики доставали! Оно не подавало признаков жизни и вот те на! Не может быть!
– Не веришь?
Кассиэль обиженно отвернулся. Рафаэль хотел ему что-то сказать, но его мысль сбили слова ассистента:
– Доктор Рафаэль, доктор Рафаэль!
Учёный обернулся:
– Что такое?
– Лёд потрескался!
Забыв обиду, быстрее всех ко входу в зал прибежал Кассиэль. Врезавшись в металлическую дверь, он начал стучать по ней кулаками, не сдерживая эмоций.
– Живо открыть! Живо! - орал изо всех сил ученый.
– Касс! – еле перебирая ногами, шёл за ним Рафаэль, – оно может быть опасно! Касс!
Но молодой, горящий тягой знаний учёный его не слышал. Металлические двери медленно открылись. Учёный побежал к глыбе льда, чудом минуя взрывчатку. Рафаэль, в свою очередь, остановился у двери.
– Отключить взрывчатку, быть готовым открыть огонь по объекту 232! - скомандовал товарищ Кассиэля.
Кассиэль уже подбежал к объекту. Беглым взглядом, всматриваясь в силуэт головы, он начал стучать кулаками по льду. От ударов лёд затрещал ещё сильнее. Льдинки начали падать на пол. Расколы полностью покрыли льдину. Рафаэль, боясь за своего друга, как можно быстрее направился к нему. Кассиэль с огнём в глазах всматривался в силуэт.
– Ка-а-асс! – обратился к нему Рафаэль.
Учёный схватил коллегу в последний момент, рухнул с ним на пол. Льдина полностью раскололась. Оглушающий треск и падение льда на пол, кажется, прошли сквозь шумоизоляцию стен, выйдя на улицу. Кассиэль, отцепившись от крепкой хватки друга, рванул к величайшей разгадке своего изучения. Яркие прожектора ослепили молодого учёного, но он, не теряя ни секунды, схватил падающий силуэт. Упав на спину, он не дал удариться головой существу. Рафаэль, немного придя в себя, посмотрел на них.
– Бог ты мой…
От сильного удара молодой учёный начал терять сознание. Но, найдя в себе силы, он открыл глаза. Его расплывчатый взор уловил нотки девичьего лица с золотистыми волосами. Девочка жадно сделала глоток воздуха, её голубые глаза широко открылись. Глаза учёного начали закрываться. Сквозь тьму век и писк в ушах он слышал громкие шаги рабочего персонала, бесконечно шумные разговоры и жалобные крики своего друга.
Больничная палата того же здания, Кассиэль лежит на мягкой кровати, отходя от сна. Немного приподнявшись, он увидел Рафаэля, заснувшего, сидя на стуле. Он хотел встать, но ноги его не слушались, он упал на кровать. Рафаэль проснулся от громкого шума.
– Касс! Очнулся! Тебе нужно лежать!
– Пивка бы сейчас. – прохрипел Кассиэль.
– Будет тебе пивко и больше! Это успех!
– Не кричи ты, и так голова болит. Руки... Тоже...
– Они болят, потому что ты так вцепился в неё, что нам пришлось чуть ли не ломом вас разнимать. Она, кстати, отвечала твоей тактильности тем же.
Кассиэль, немного промолчав, сильно удивился:
– Она?
– Она, она.
– Где она?
– Она в соседней палате, под охраной.
Кассиэль хотел встать, но не мог. Он валялся без сил. Рафаэль помог ему встать. Идя по белому коридору, они встречали медперсонал, который отдавал дань уважения Кассу, делая улыбчивый кивок. Но учёному было наплевать на их благодарности. Его интересовал только один вопрос: “Что это такое?”
Сделав поворот налево, они подошли к VIP палатам. Одна из них была под охраной двух вооружённых сотрудников охраны. Узнав учёного, они расступились и открыли дверь. Тихо заходя в палату, они увидели врача, склонившегося над кроватью. Слева стояла капельница, трубка которой подцеплена к еле заметной белоснежной руке. Врач проводил осмотр пациента. Кассиэль, используя собранные силы, сам пошёл к кровати.
– Доктор Кассиэль, как Вы? - с чувством огромного уважения проговорил врач.
– Не суть важно, как объект 232? – сухо ответил учёный.
Врач, потупив взгляд и, почесав затылок, сказал:
– Ну, что могу сказать…
Учёный не дождался ответа. Легонько оттолкнув врача, он подошёл к кровати и тут же замер. Неземной красоты девочка, лет тринадцати. Золотистые волосы, отражая сухой больничный свет, заставляли глаза слезиться от бесконечности её красоты. Приоткрытый рот вдыхал и выдыхал воздух. Мягкая светлая кожа, будто магнит, так и манила прикоснуться к ней. Глаза Кассиэля, до этого смотрящие на мир пустым серым взором, начали блестеть, гореть ярким пламенем. Он потянул руку к её волосам.
– Как шёлк... мягкие... – сказал он, перебирая золото волос. – с восторгом говорил Касс.
Он не выдержал и начал гладить её по голове. Вдруг золотистые волосы расступились, оголив длинные острые уши. Учёный замер на месте от испуга. Его друг, всё это время стоявший позади него, тоже заинтересовался. Подойдя, он разглядел то же, что удивило Кассиэля.
– Господи…
Кассиэль, отойдя от шока, повернулся к Рафаэлю.
– Это... уши? Они настоящие?
– Более чем. – ответил врач.
– Да ладно!
Он прикоснулся к ним. В тот же момент они дёрнулись.
– Касс, что ты делаешь?
– А ты не видишь? Это уши! Как у эльфа!
– Эльфов не бывает, сам же знаешь! – сказал Рафаэль, – Такое только в сказках!
– Да что ты говоришь! А это что, по-твоему?
Так бы они и продолжили спорить, но их отвлек лёгкий стон, привлёкший внимание учёных. Глаза зашевелились. Кассиэль, отстав от Рафа, склонился над её лицом. Очи некогда спящей девушки приоткрылись. Океан отражения души засиял в лучах люстры. Яркие точные контуры, обрамляющие сапфиры, придавали глазам объём. Поначалу её взгляд был направлен в белый потолок, но потом в поле зрения попал и Кассиэль. Сказать, что она была удивлена - ничего не сказать. Но вскоре удивление сменилось доброй улыбкой и любовью в глазах. Её маленький рот открылся, но из него донёсся лишь тихий девичий хрип, от чего она в смущении закрыла рот рукой. Кассиэль покраснел. Яркий румянец зажёг его щёки и лоб. Очки на его лице запотели, он снял их, начал протирать. Девочка убрала руку с лица. Оно засияло яркой улыбкой. Рафаэль, всё это время стоящий рядом, пытался понять, что происходит. Стоящий позади врач смотрел на это молча, не вмешиваясь в дело. Девочка немного привстала, пыталась что-то сказать Кассу:
– Она что-то хочет сказать, – сказал Рафаэль, – только на тебя смотрит.
– Я заметил...
– Й...Я... – старательно выговаривала девочка.
Все люди в палате обомлели. Мягкость голоса красавицы сотрясала тела мужчин, лаская чертоги сознания. Уши вкусили дикий мёд мягкости и невинности. Все ахнули. Кассиэль ещё сильнее покраснел. Его голова была забита только её голосом и голубыми глазами. Кассиэль начал размышлять вслух:
– Если у нее был свой язык, она его забыла. Она пытается повторять наши слова.
– Н..наши - продолжала жалобно стараться эльфийка.
Кассиэль задумался. Рафаэль был шокирован. Врач сел на корточки. Девочка не понимала задумчивости Касса. Он смотрел то на неё, то в сторону, изредка поправляя очки. Спустя несколько молчаливых минут девочка немного привстала:
– П...па…
Кассиэль замер на месте, широко открыл глаза. Рафаэль что-то бормотал себе под нос:
– Что ты хочешь сказать? – шокировано спросил Касс.
– Па...па! Папа! – радостно кричала девочка.
Кассиэль оцепенел, даже не дышал. Рафаэль, подняв голову, смотрел на них широкими глазами. Врач побежал к Кассиэлю, потерявшему сознание, упавшему на пол. Грохот падения напугал девочку, она быстро наклонилась к нему.
– Папа?
Рафаэль, чуть тоже не потеряв сознание, встал, опёрся рукой на стену. Врач, смочив ватку нашатырным спиртом, преподнёс её к носу Кассиэля. Тот сразу очнулся, начал кашлять. Любопытная девочка, достав из кармана флакон с нашатырным спиртом, открыла его, тоже понюхала:
– Ой! Фу!
Она зажмурила глаза, отдаляя руку с флаконом. Кассиэль быстро встал, опираясь на руку врача.
– Она уже выучила наш язык?! Невероятно!
– Она разумна! – дополнил Рафаэль.
Девочка заинтересовалась.
– Ра-зум-на?
Касс взглянул на Рафа.
– Это же прорыв в науке, напрочь меняющий понятие истории!
– И что делать будем? Она же живой человек, точнее не человек, гуманоид. – сказал Рафаэль.
– Она разумная, значит, у неё должно быть имя. А ну-ка...
Кассиэль наклонился к девочке, улыбающейся ему.
– Как тебя зовут?
Девочка заинтересованно наклонила голову вбок. Кассиэль показал на себя:
– Я – Кассиэль. Он – показал на Рафа, – Рафаэль. А ты?
Он показал на неё.
– Ка...Кассель! – радостно показала на Касса.
– Кассиэль. А ты?
Девочка отрицательно покачала головой. Кассиэль озадаченно почесал затылок.
– Тяжело в деревне без нагана...
– Она забыла имя? – спросил Раф, – Либо его у неё нет.
Кассиэль вновь задумался.
– Азалия?
Девочка радостно захлопала в ладоши. Быстро встав, она обняла Касса, от чего тот сильно покраснел:
– Азалия! Папа! Азалия!
В глазах Кассиэля было длинное острое ухо Азалии. Всё время скептически настроенный Кассиэль почувствовал странное жжение в области живота. Его разум был чист, как лист бумаги. Не зная почему, он в ответ обнял Азалию. Почувствовав непонятное покалывания сердца, которое сопровождалось теплом, он закрыл глаза, начал тереться об её голову своей.
Прошло несколько дней. Весь мир был шокирован открытием молодого учёного. Толпы корреспондентов из разных стран хотели взять интервью у Кассиэля. Научное сообщество единогласно признало учёного, вручив ему нобелевскую премию. В тот самый город, где Азалия стала известностью, съезжались разные учёные: историки, доктора, археологи. Все они жаждали узреть молодую Азалию. Все эти несколько дней Кассиэль не покидал лабораторию. Он был полностью втянут в процесс изучения Азалии. Кассиэль узнал, что её кровь такая же, как и у обычных людей. Но важным отличием являлся тот факт, что у неё есть абсолютный иммунитет ко всем современным болезням. Уши действительно настоящие. Азалия может ими шевелить, особенно когда смущается или радуется. Пятый день проживания Азалии в лаборатории. Кассиэль всё это время не спал, иногда отвлекался на лёгкие перекусы. Под его глазами висели огромные мешки. Лицо казалось тощим. Да и сам он исхудал. Азалия видела и понимала это. Она успела изучить лабораторию, сама бегала Кассиэлю за едой в столовую. По пути она с любопытством разглядывала коридоры и персонал учёных. Они же, когда видели её, улыбались и махали ей. Одна женщина, работающая в лаборатории, подарила ей платье, идеально подходящее ей.
Азалия сидела на диване. Перед ней Кассиэль, что-то печатающий на компьютере. На фоне играет музыка из радио. Азалия, слушая песни, покачивала головой в такт мелодии. Вдруг в дверь постучались. Азалия быстро встала, подбежала, открыла дверь.
– Дядя Раф! – прокричала Азалия, шевеля длинными ушами.
– Азалия, деточка моя, здравствуй! Касс, она уже так хорошо разговаривает?
Кассиэль, оставив работу, повернулся. Рафаэль, увидев его лицо, сильно испугался:
– Господи, Касс... тебе бы отдохнуть!
Кассиэль снял очки, начал потирать глаза.
– Раф, сам же понимаешь. Я не могу оставить работу.
– Ты когда в последний раз спал?
– Не знаю…
Раф взглянул на Азалию. Вновь обратился к Кассу, только уже на латыни:
– Ты же помнишь, что она считает тебя своим отцом?
– Да, – отвечал ему на том же языке Кассиэль, – помню. К чему ты?
Азалия, ничего не понимая, смотрела на них с удивлением и любопытством.
– Я к тому, что она же тоже разумна. У неё есть душа, сердце. Она волнуется за тебя.
– В первую очередь, это объект 232, а во-вторых, со мной всё нормально.
– Ты папку держишь вверх ногами.
Действительно. Кассиэль держал папку с документами неправильно. Кинув её на стол, он выдохнул, закрыл лицо руками. Азалия подбежала к нему.
– Пап, отдохни! Ты устал!
Кассиэль вновь почувствовал то самое ощущение, которое было в больничной палате, когда Азалия обняла его. Он растаял.
– Ладно-ладно, ваша взяла…
Кассиэль хотел встать, но его ноги подкосились от бессилия.  Азалия быстро его подхватила.
– Папа!
– Азалия, мне надо всего лишь отдохнуть. Не волнуйся…
Девочка довела его до дивана, уложила его. Тот моментально уснул. Заботливая дочь сняла с него очки и с любопытством начала их разглядывать. Надев их на себя, она тут же зажмурилась, сбросила их с себя. Рафаэль, всё это время стоящий в дверях, с улыбкой наблюдал за ней. Когда Азалия открыла прослезившиеся глаза, Рафаэль сказал ей:
– Присмотри за ним, если что, меня зови, хорошо?
– Хорошо, дядя Раф!
Рафаэль лишь по-доброму кивнул в ответ. Развернувшись, он начал уходить, оставляя Азалию, сидящую возле дивана с Кассиэлем. Он очень тихо сказал себе под нос:
– Ох, Касс, ну ты даёшь…
Утро следующего дня. Азалия проснулась на диване. Под её головой лежала мягкая подушка, сверху тела было одеяло. Поднявшись, она протёрла глаза. На стуле возле неё сидел дремавший Рафаэль. Она не сразу его заметила, по привычке смотря на пустое кресло и выключенный компьютер. Не найдя Кассиэля, она разбудила Рафаэля:
– Дядя Раф! Дядя Раф!
Он пробудился от дрёмы.
– Ой, Азалия, не пугай так! Доброе утро!
– Где папа? – чуть ли не паническим голосом терзала она уши учёного.
– Касс? А, точно.
Рафаэль, поправив белый халат, продолжил:
– Папа сейчас... м-м-м... как бы тебе сказать…
Азалию распирало от любопытства. Сжав кулаки и приложив их к груди, она сверлила взглядом глаза Рафа.
– Он отдыхает от работы, – выдохнул Рафаэль, – просил меня приглядеть за тобой.
– Папа! Где он?! – прокричала Азалия.
– Он у себя дома, успокойся. – ответил растерянный Раф.
– Разве тут не его дом?
Рафаэль усмехнулся:
– Нет, нет.
– Тогда отведи меня к нему!
Она ещё ближе придвинулась к нему. Их носы чуть ли не касались друг друга. Рафаэль начал терять контроль над собой:
– Я... я не смогу!
Азалия, услышав такой ответ, прослезилась. Маленький носик начал хлюпать. Голубые очи начали дрожать от печали. Острые длинные уши опустились вниз. Рафаэль закрыл глаза, чтобы не видеть этого. Он сильно покраснел. Но, с каждым шмыгом носа, он не смог сдержаться:
– Ладно, ладно! Отведу я тебя к нему! Только прекрати так смотреть на меня!
В ту же секунду грустное лицо Азалии поменялось на радость. Её уши начали шевелиться.
– Ура! Дядя Раф, спасибо Вам!
Она с радостью набросилась на него с объятиями. Но тот ещё не закончил свою речь:
– Только смогу вечером! Иначе... будет всё очень плохо.
Азалия лишь весело кивнула. Рафаэль задался вопросом:
– Только вот как тебя вывести, чтоб не увидел никто...
– А это сложно? Я же могу спокойно выйти.
– Будут некоторые сложности…
Раф начал чесать затылок, осматривая кабинет. Стол, доска на стене, компьютер, шкаф с документами, рентгеновские снимки Азалии, белый халат.
– Слушай, Азалия, ты же умеешь ушами шевелить, так?
– Да, умею.
Она демонстративно покачала ими.
– А ты их сможешь сложить вдоль головы?
– Это как? – она удивленно начала руками качать уши, – только так.
Она полностью согнула их, да так, что кончики касались макушки. Рафаэля осенило:
– Точно! Азалия, ты молодец! Подожди немного!
Раф неспешно вышел из кабинета. Через несколько минут он привёл молодую студентку, которая была очень похожа на Азалию.
– О, Сара, привет! – радостно прокричала Азалия.
– Привет, Азалия!
– Так, Сара, у меня для тебя есть одно ответственное задание.
– Какое?
– Сможешь заплести Азалию так, чтобы она была похожа на тебя?
– Смогу, а зачем?
Рафаэль вкратце рассказал свой план:
– Нет! А если что-то случится!
– Ответственность беру на себя я.
– Нет!
Рафаэль положил ей в карман несколько крупных купюр.
– Сара, дело важное.
– Я думала, оно ещё важнее...
– Не наглей!
– Ладно, ладно.
Девушка начала заплетать Азалию, скрыв её уши. Рафаэль взглянул на них.
– Как две капли воды!
– А долго мне тут сидеть? – спросила Сара.
– Думаю, до следующего дня.
Сара заинтересованно мотнула головой.
– Может, вечером?
– Да, точно, иди пока что. Вечером, часов в семь, сюда, поняла?
Сара одобрительно кивнула, удалившись из кабинета. Рафаэль начал осматривать шкаф с документами. Среди них и прочего хлама лежала книга. Азалия заинтересовалась.
– Дядя Раф, а что это?
– Это, Азалия, Ремарк.
– А кто это?
– Это – писатель, очень хороший писатель. Тебе почитать?
– Научите меня читать!
– Ох... Ладно, научу!
Он сел рядом с Азалией, которая с удовольствием выговаривала каждую букву вслед за Рафаэлем. За книгой и пролетел целый день. Азалия, благодаря своему быстрому схватыванию, быстро научилась читать. Неожиданно в дверь постучались.
– Рафаэль? – донёсся женский голос.
– Сара, заходи.
Вошла Сара, которая несла большую стопку бумаг.
– Что мы просто так сидеть, буду работать.
– Похвально, Сара. Если кто постучится, то говори, что Азалия спит, нельзя входит.
– Хорошо. – ответила Сара, – Азалия, веди себя хорошо у Кассиэля.
– Хорошо, Сара!
– Ладно, надевай халат, будем проводить тебя.
Азалия весело начала надевать халат. Немного подправив причёску, они вышли из кабинета. Проходя по коридорам, они встречали персонал, который готовился к ночному дежурству:
– Пока, Сара! До свидания, Рафаэль! – слышали они в спину.
Азалия лишь кивала головой, ведь голосами они с Сарой не были похожи. И вот, главный выход. Выйдя, они направились к машине Рафаэля. Азалия с любопытством осматривалась, внимательно рассматривая машины, которые то и дело проезжали мимо них со свистом.
– Дядя Раф, а что это такое? Какие-то странные повозки.
– Это, Азалия, машины. Очень хорошие штуки. С их помощью ты можешь добраться куда угодно.
– Ухты!
Азалия начала привлекать внимание прохожих своим восхищением.
– Азалия, давай ускоримся.
Уже ускоренным шагом они добрались до машины Рафаэля. Открыв ей дверь, Рафаэль посадил на переднее сидение Азалию. Пристегнув девочку ремнём безопасности, он сел за руль. Провернув ключ в замке зажигания, он прокрутил стартер. Машина завелась. Азалия с удивлением смотрела на это:
– Дядя Раф, а как она работает?
– Если вкратце, то этот рычаг, – показал на рычаг переключения передач, – заставляет машину двигаться. А вот это, – обнял ладонями рулевое колесо, – штурвал.
– Ого!
– Ладно, поехали.
Рафаэль, тихо выехав со стоянки, поехал по дороге. Азалия с любопытством и восхищением смотрела в окно, голубыми глазами похищая незнакомые ей пейзажи. Рафаэль, одним глазом смотря на дорогу, а другим на Азалию, спросил её:
– Хочешь, включу музыку?
Уши Азалии прорвались через слой волос, начав усиленно шевелиться. Быстро кивая головой и смотря на Рафаэля, она одобрительно покачала головой. Рафаэль немного посмеялся.
– Сейчас, сейчас.
Нажав на кнопку включения музыки, началась приятная игра на скрипке. Она методично ласкала уши юной любительницы музыки. С каждым новым аккордом Азалия покачивала головой. Вдруг скрипка начала играть странную мелодию, словно что-то вызывая. Действительно. Через несколько секунд громом донёсся ударный ритм барабанов и электрогитары. Уши Азалии опустились вниз от боли. Девочка закрыла их руками и начала кричать:
– Дядя Раф! Хватит!
Рафаэль в ту же секунду выключил музыку, начал просить прощения:
– Ой, прости, Азалия!
– Что это было? – дрожащим голосом спросила Азалия.
– Это металл, разновидность музыки.
– Я помню, что папа мне включал спокойную музыку, как там... Ах, белый теплоход... что-то типа того!
– Антонова включал, понял, есть у меня такие песни, погоди.
Через несколько минут заиграла знакомая ушам Азалии музыка, которая в дальнейшем переросла в песню. Азалия наслаждалась музыкой, подёргивая ушами от удовольствия. Их машина продолжила рассекать темноту дорог светом фар, растворяясь в бесконечной суете вечернего города...
Дом Кассиэля: выспавшийся учёный решил принять душ. Включив радио, он залез в ванну, полной тёплой воды. Он, набрав в ладони воду, умылся. Мешки под его глазами исчезли, в отличие от задумчивого взгляда. Его разум прокручивал всё одну и ту же сцену, которая всё никак не выходила из его сознания: тот самый первый момент, когда Азалия назвала его отцом и обняла его.
– Она считает тебя своим отцом, Касс. – сказал он шёпотом.
Он сложил руку в кулак, приложил к груди.
– Что же это было, а? Почему так сердце болит. Кто такая Азалия? Кто она для меня…
Он вышел из размышлений.
– Она – объект для изучения! Объект 232!
Он быстро поднялся на ноги, с важным лицом продолжил:
– Я обязан изучить её!
Успокоившись, он снова сел в воду. Расслабившись, он закрыл глаза, передав своё тело приятной теплоте воды. В это время Рафаэль уже подъезжал к его дому: собака Касса загавкала, докладывая хозяину, что у него гости. Кассиэль вылез из ванны, пошёл к комнате. Выглянув в окно, он увидел Мерседес Рафаэля. Быстро достав из мини-бара две «нольпяшки» светлого фильтрованного, он пошёл встречать Рафа. Обмотав пояс полотенцем, он встал в коридоре.
Рафаэль вышел из машины, высадил Азалию. Они вошли во двор. Собака, увидев Азалию, начала игриво вилять хвостом и приветливо гавкать. Азалия нагнулась к ней, начала гладить его чёрную, как копоть, шерсть. Друг человека начал лизать руки Азалии. Та немного посмеялась. Рафаэль лишь улыбнулся. Они пошли дальше. Открыв дверь, они вошли. Их уже встречал Кассиэль. Первый вошёл Раф.
– Рафаэль, я сразу понял, что это ты, только твоя колымага так гремит, я сквозь музыку услышал.
– Как будто твоя БМВ лучше. Как там двигатель твой?
– Ой-ой-ой, не начинай.
Они рассмеялись. Раф сказал:
– Я не один.
– Опа-ча, с кем ты приехал? Со своим маразмом?
– Нет, лучше.
– Папа, папа!
Голос Азалии уничтожил Кассиэля. Она вбежала в коридор. Кассиэль, не веря своим глазам, расслабил руку, которой придерживал полотенце. Оно упало на пол. Азалия в ту же секунду покраснела, закрыв глаза руками, отвернулась. Кассиэль начал соображать, быстро натянул полотенце. Рафаэль начал громко смеяться.
– Что ты ржёшь?! – возмущённо прокричал Касс, – Что вы тут делаете вообще?
– Мы тебя навестить приехали, пап! – прокричала в ответ Азалия, – Ты оделся?
– Д-да!
Азалия повернулась к Кассиэлю. Её щёки до сих пор горели. Лицо Касса было такое же. Рафаэль начал успокаиваться. Сбросив слёзы с глаз, он сказал:
– Ой, всё, ха-ха-ха!
– Так, Раф, как ты провёл Азалию мимо охраны?! Как ты вообще её вывел?
– Нам Сара помогала! – весело прокричала Азалия, позабыв о том, что было пару минут назад, – Пап, только не ругай её! Она хорошая!
– Эх, ладно. – выдохнул Касс.
– Впустишь нас, или на входе стоять будем? – спросил Раф.
Кассиэль кивнул, пропустил гостей. Те вошли.
– Так вот где живёт папа! – с любопытством говорила Азалия.
– Только ничего не трогай там! – в след ей кричал Касс.
– На вид, ей тринадцать лет. Неудивительно, что она не может на месте сидеть. Она ещё маленькая.
Кассиэль ничего не ответил.
Прошло несколько часов. Азалия, чуть ли не разгромившая полдома Кассиэля, уже спала в его кровати, укрываясь тёплым одеялом. Сам же учёный сидел на кухне со своим другом. Тёплый свет от лампы освещал помещение, в котором находились несколько вещей: холодильник, газовая плита, пара полок со специями и прочим хламом, стол и два стула. На стульях товарищи сидели, на столе стояли две бутылки спиртного. Кассиэль оделся в домашнюю одежду – синие шорты и белая футболка. Рафаэль же, сняв белый халат, находился перед другом в синем кафтане и чёрный брюках. Небольшой диалог скрашивал их времяпрепровождение:
– Так вот, как ты Азалию вывел из лаборатории. Надо будет Сару отблагодарить как-нибудь.
– Я уже. – ответил Рафаэль.
– Как же? – поинтересовался Касс.
– Дал ей на карман пару тысяч.
Кассиэль лишь кивнул. Возникло молчание, которое прервал Рафаэль:
– Как ты себя чувствуешь?
– Всё хорошо. Завтра уже готов выйти на работу.
– Нет, я не об этом.
Кассиэль лишь вопросительно промычал, открывая свою бутылку.
– Помнишь, ты когда-то говорил, что хочешь себе семью?
– Ну, допустим?
– Ты ещё говорил, что хочешь дочь.
– К чему ты клонишь?
– Это была твоя мечта.
Касс начал подгонять Рафа рукой. Тот лишь мотнул головой в сторону открытой двери комнаты Касса. Касс посмотрел туда. Там еле виднелась его кровать, на которой спала Азалия. Касс всё понял. Подавившись напитком, он ответил:
– Раф, ты из ума совсем уже вышел? Нет!
– Что не так?
– Она – объект 232! Она – объект для изучения! Я никак не могу быть отцом для неё!
– Но она тебя считает своим отцом. – спокойно ответил Раф на его нервные выкрики. – Она тебя любит.
– А как же сообщество учёных? Что оно скажет на это?
– Да и плевать на их мнение. Брат, это твой шанс завести нормальную семью!
– Да-да-да, это мне говорит человек, который дважды был в разводе.
– А ты на меня не смотри. Лучше взгляни на Азалию.
Тот посмотрел на неё. Ей не спалось, ворочалась в кровати.
– Сейчас она уснёт и...  – его перебил еле слышный плач из его комнаты.
Кассиэль растерялся. Рафаэль указал путь рукой.
– Иди, успокаивай.
Кассиэль неохотно встал, направился в комнату. Сев возле кровати, он начал гладить её золотистые волосы и с удивлением обнаружил, что она спит. Она плакала во сне. Кассиэль был в замешательстве, озадаченно смотрел на Рафа. Тот, тоже ничего не понимая, начал вставать со стула. В один момент он начал бежать в комнату изо всех сил. Азалия начала кричать в ужасе. Кассиэль сразу начал её будить. Она пробудилась от кошмара. Смотря на Касса и Рафа горящими от ужаса глазами, глубоко дыша, она обняла Касса, рыдая ему в футболку.
– Азалия, что случилось? - взволнованно поинтересовался учёный.
– Папа, папочка... там... мама...
– Ну-ну-ну, не плачь, всё хорошо. Папа рядом, всё хорошо. – начал успокаивать её Касс.
Он прижал её сильнее к себе, гладя её спинку, немного пошатываясь. Девочка начала успокаиваться. Касс ладонью начал прогонять Рафаэля. Тот потихоньку вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, перед этим кинув взгляд на них. Дверь закрылась. Рафаэль остался у двери, начал подслушивать. Из комнаты доносилось:
– Что тебе приснилось? Кошмар?
– П...папочка. Там, там мама... и плохие дяди…
Кассиэль размышлял: «Скорее всего, ей приснилось то, что было до того, как она была закована во льду».
– Ладно, Азалия, ложись спать. Всё хорошо, я рядом.
Он потихоньку уложил её на кровать. Погладив её лоб, он развернулся, но тут же остановился. Маленькая ручка Азалии держала его рубашку.
– Останься со мной, не уходи.
– Я буду в соседней комнате, с тобой ничего не произойдёт.
– А если тебя опять заберут, как тогда? Не уходи!
– Хорошо, только я сейчас попрощаюсь с дядей Рафом и вернусь. Договорились?
Девочка, улыбаясь и подёргивая ушами, выразила согласие. Кассиэль вышел из комнаты. Его сразу встретил Рафаэль. Кассиэль, протирая глаза, начал говорить:
– Ох, Раф, ты бы видел, что сейчас было.
– Я слышал.
– И что мне теперь делать?
– Скорее уж мне. – сказал Раф.
Улыбнувшись, он начал собирать свои вещи. Кассиэль не сразу понял его намерений.
– Что ты делаешь?
– Ну как же? «Я сейчас попрощаюсь с дядей Рафом». Вот я и собираюсь. Кстати, за дядю я тебе потом припомню! Я не такой уж и старый!
– Хорошо-хорошо. Раз сказал, надо делать. Удачи, дядя Раф.
Сказав это, он немного посмеялся. Рафаэль, улыбнувшись, направился к выходу. Пожав друг другу руки, они разошлись. Кассиэль закрыл за ним дверь. Рафаэль, сев к себе в машину, сказал:
– Ох, Кассиэль, Кассиэль. Наконец-то ты счастлив.
Запустив мотор, он поехал к себе домой. Кассиэль же, вернувшись в комнату, сел возле Азалии. Эльфийка повернулась к нему.
– По-моему, дядя Раф не прав.
– В смысле?
– Он уже старенький.
Кассиэль посмеялся. Азалия продвинулась, поделилась местом для сна, обняла его:
– Теперь-то тебя никто не заберёт!
– Напомни мне, пожалуйста, куда меня забирали? Забыл я.
– Пришли какие-то дяди во всём чёрным, ударили тебя по голове дубинкой и куда-то унесли. Мы с мамой очень испугались.
– Ладно, давай ты мне завтра всё расскажешь, там, на работе. А сейчас спать. – зевнув, сказал Кассиэль.
Азалия кивнула, ещё сильнее обняла Кассиэля.
Прошло несколько часов. Азалия уже спокойно спала, но Кассиэль не торопился засыпать. Мысли перемешались в его голове. Он лежал и смотрел привыкшими к темноте глазами в потолок. Тут он начал «распутывать» их, ставя всё по местам: «Судя по всему, триста тысяч лет назад на месте Антарктиды была страна, в которой жили люди, похожие на эльфов. Раз она узнала во мне своего отца, значит, её настоящий отец был человеком, Homo Sapiens, а мать эльфом. Глаза у меня голубые, значит, у отца тоже были голубые глаза. Исходя из её слов, её мать была убита, скорее всего, в результате набега на их государства. Она это видела. Тогда, вопрос, как она оказалась во льду? Простой человек не способен выжить в таких условиях.
Завтра всё узнаю». Он уже хотел закрыть глаза, но его вновь потревожила Азалия:
– Папа, ты чего не спишь?
– Задумался просто, на работе много дел. Ты-то чего не спишь?
– Не знаю. А что за дела у тебя на работе?
– Вопросы к тебе есть. Я всё забыл, мне память отшибло, можешь рассказать о нашей стране мне?
– Наша страна была самая большая в мире! Хоть и снега было много, но огород наш процветал, росло там много чего: пшеница, овёс, овощи всякие.
– Так, дальше? – заинтересованно требовал продолжения Кассиэль.
– Семья наша была большая: я, ты, мама и ещё два брата. Но потом...
– Что потом?
– Потом началась война с другой страной. Тебя забрали и наш огород сразу испортился. Все хотели кушать. Потом пришли какие-то дяди и...
«Начали резню» – подумал про себя Касс:
– Ладно, не продолжай. И ещё вопрос: как ты оказалась во льду?
– Я не знаю. Меня бросила в море какая-то тётя, потом я ничего не помню.
– Понял, спасибо, я всё вспомнил. Теперь спать ложись.
Азалия закрыла глаза. Кассиэль начал гладить её мягкую тёплую голову, думая про себя: «Бедная девочка. Лишилась отца и семьи у себя на глазах. Потом её бросили в ледяной океан, и, как-то, она покрылась льдом. Может, слова Рафа не просто слова? Ладно, потом увидим». Кассиэль уснул.
Утро. Кассиэль проснулся от взгляда, пристально смотрящего на него. Повернув голову, он увидел Азалию, которая пронзала его насквозь своими глубокими глазами-сапфирами.
– Проснулся! Папа, доброе утро!
– Доброе, Азалия.
Касс сел на кровать. Азалия начала обнимать его. Учёный посмотрел на часы. Без пяти восемь. Широко открыв глаза, он прокричал:
– Опаздываем!
Азалия испугалась.
– Куда? Что случилось?
– Мне на работу надо!
Азалия слезла со спины Касса, начала собираться. Учёный накинул на себя мятую рубаху, брюки поверх шорт и белый халат. Азалия уже была собрана. Кассиэль быстро взял её за руку. Они вышли из дома. Закрыв дом на замок, они побежали к машине. Мотор заревел. Не дав машине нормально прогреться, Касс надавил на педаль газа. Машина летит по дорогам города. Сконцентрировавшись на дороге, Кассиэль ловко обходил попутные автомобили. Азалия, впервые увидев такую скорость, вцепилась в сиденье. Через десять минут они были у здания НОЦП. Быстро выйдя из машины, они направились в кабинет к Кассу. Чудом минуя охрану и персонал организации, они домчались до кабинета. Открыв дверь, Касс увидел спящую Сару. Он шума, устроенного учёным, научная сотрудница проснулась.
– Ой, доктор Кассиэль, доброе утро. – сонно сказала она.
– Привет, Сара, никто не приходил?
– Нет, никто. – зевнув, сказала она.
– Тогда, спасибо, что подменила.
– Всегда пожалуйста.
Сара, собрав свои бумаги, вышла из кабинета. Азалия заняла свой любимый диван. Кассиэль своё рабочее место.
Прошло две недели. Азалия научилась складывать числа, делить и умножать. С вычитанием у неё были небольшие проблемы, но они легко устранялись. Касс всё реже посещал своё рабочее место. Рафаэль же наблюдал за всем этим, тихо одаривая их своим одобрительным взглядом. Многие из персонала организации всерьёз начали думать, что Азалия дочь Кассиэля. Начальство позволяло ему проводить с ней много времени. Всё было хорошо, даже слишком. Азалия влилась в коллектив, зная каждого. Все полюбили Азалию, особенно её ушки. Учащались случаи того, что её специально веселили, чтобы посмотреть, как они мило подёргиваются.
Счёт времени потерялся. Неизвестно, сколько прошло месяцев. Азалия немного подросла. Раньше она была ростом по грудь Касса, а сейчас ему по плечи. И вот, они, как обычно, сидят в кабинете Кассиэля. Он заполнял какой-то файл на компьютере. Азалия слушала песни, которые уже знала наизусть. И вдруг Кассиэль задался интересным вопросом:
– Слушай, Азалия.
– М?
– Когда у тебя день рождения?
– День рождения? – она призадумалась, приложив кулачок к подбородку, – я не помню, честно.
Кассиэль отъехал на кресле, повернулся к ней.
– Ну, это не дело так-то. Тебе сколько лет?
– Тринадцать.
– Во-о-от, когда ты родилась? Была зима или лето?
– Было тепло, ходили без шапок. – ответила Азалия.
– Значит, лето. Сейчас как раз лето.
– Вспомнила! Если считать по вашим дням, то завтра!
Кассиэль призадумался:
– Завтра значит…
Ошарашено вскочил:
– Завтра?!
Он быстро взял какие-то документы и, словно забыв что-то важное, устремился прочь, оставив Азалию наедине с самой с собой. В тот же момент зашёл Рафаэль, который смотрел в сторону убегающего Касса.
– Чего это он? – спросил друг учёного.
– Сама не знаю. Мы разговаривали про мой день рождения.
– Ого! И когда он?
– Завтра!
Раф отреагировал так же, как и Касс. Азалия немного разозлилась:
– Вы что-то от меня скрываете?
– Нет, нет, что ты. Просто...
– Что просто? – прокричала она, надув щёки.
– В нашей стране, когда ребёнку исполняется четырнадцать лет, он получает паспорт.
– Паспорт? – заинтересовалась Азалия.
– Это такая маленькая книжка, где про тебя написана вся информация. Вот, у тебя будет то же самое.
Он протянул ей свой паспорт. Он открыл его, начала читать:
– Каза Рафаэль Сергеевич, год рождения 1967. – она призадумалась, – Тебе пятьдесят восемь лет.
– Молодец!
– А мне тогда будет четырнадцать! – опять призадумалась, – Но я родилась не в 2011 году.
– Ты родилась плюс-минус триста тысяч лет назад... тяжело будет.
Азалия тоже призадумалась. Они вдвоём начали размышлять над этим. Их раздумья перебил Касс, влетевший в кабинет.
– Азалия, собирайся! О, Раф, и ты тут! Ты тоже собирайся!
– А я то зачем? – спросил Рафаэль.
– Потом узнаешь, бегом!
Рафаэль пошёл в свой кабинет. Азалия же, смотря на то, как Кассиэль судорожно перебирает бумагу с каким-то текстом, потихоньку одевалась в подаренное платье. Начав заплетать волосы, чтобы спрятать уши, она была остановлена Кассиэлем:
– Стой, не нужно этого делать!
– Хорошо, пап.
Она оделась. Выйдя в коридор, их уже встречал Рафаэль.
– Касс, скажи, пожалуйста, куда мы так торопимся?
– Сейчас узнаешь.
– Папа, куда мы так спешим?
– Скоро ты официально станешь моей дочерью.
Рафаэль понял, что к чему. Азалия ещё не до конца понимала, что происходит.
– Как понять, стать официально дочерью? Я же твоя дочь, ты мой папа.
Кассиэль остановился.
– Конечно, ты моя дочь, но государство не верит нам.
– И ты заставишь их поверить?
– Конечно!
– Папа, ты лучший! – крикнула она, обняв его.
Касс немного покраснел. Рафаэль улыбнулся. И вот они уже едут по солнечному городу. Яркие лучи светила освещают дорогу, показывая путь в нужном направлении. Первой шла машина Кассиэля, за ней - Рафаэля. Кассиэль включил давно выученные Азалией песни. Девочка радостно подпевала исполнителю, с удовольствием покачивая ушками. Кассиэль же покачивал головой в такт музыке. Поворот. Вдали показалось здание. Подъехав туда, показалась надпись: «Суд». Выйдя из автомобилей, они направились ко входу. Пройдя пару коридоров, они вошли в коридор. Первым зашёл Касс:
– Здравствуйте, я вам звонил недавно.
– Кассиэль, здравствуйте! Заходите.
Кассиэль и Азалия вошли в кабинет. Рафаэль предпочёл остаться в машине на улице. Тихо включив музыку, он откинулся в кресле, задремал. Девушка, которая приняла Касса и Азалию, подписывала некоторые документы.
– Итак, Кассиэль, осталось только спросить у Азалии про её возраст.
– Мне четырнадцать завтра будет! – ответила Азалия.
– Да, это так, но тут одна проблема есть... – сказал Кассиэль, почёсывая затылок.
Работница суда заинтересовалась
– Как вам известно, я нашёл её во льду. Примерный возраст льда триста тысяч лет.
Азалия тихо посмеялась. Девушка медленно подняла взгляд на Кассиэля, сохраняя прежнее выражение лица.
– Триста тысяч?
– Триста тысяч.
– Четырнадцать! – бодро добавила Азалия.
Девушка набрала по телефону какой-то номер. Начался разговор:
– Герман Григорьевич, зайдите, пожалуйста, ко мне в кабинет. Кассиэль и Азалия, порошу вас пока что выйти, мне надо с коллегой поговорить.
Кассиэль и Азалия послушно вышли из кабинета. Сев на стулья возле двери, они стали ждать. Через какое-то время мимо них прошёл полноватый лысый мужчина, который через пару шагов остановился. Медленно двигаясь назад, он с удивлением начал смотреть на Азалию. Азалия, Касс, Азалия, кабинет.
– Беда…
Азалия и Кассиэль переглядывались. За дверью были слышны сильные споры, легкие крики отчаяния, гомерический смех. Азалия заинтересованно покачала ушами. Кассиэль встал, постучал в дверь.
– Войдите! – послышалось в ответ.
Кассиэль мотнул головой в сторону Азалии. Идём. Зайдя, они увидели запыхавшихся Германа и девушку: они молча сидели и смотрели в одну точку – документы. Кассиэль и Азалия прошли к ним.
– Документы готовы, осталось только ваша подпись.
Кассиэль начал просматривать документы: «Азалия Кассиэлевна. Возраст: четырнадцать лет. Дата рождения неизвестна. Биологически возраст около трёхсот тысяч лет». Прочитав только эти строки, он поднял взгляд на девушку и Германа. Те сидели с неизменными лицами. Кассиэль молча взял ручку и расписался. Девушка посмотрела документ, сказала:
– Теперь вы официально отец и дочь, поздравляю...
– Папочка! – с криком набросилась она на Кассиэля.
Он молча обнял её. Посмотрев на юристов, он мотнул головой в знак благодарности. Те быстро и со странной улыбкой покачали ему головой. Выйдя из здания, они подошли к машине Рафаэля. Тут ещё дремал. Азалия тихонько подошла к открытому стеклу.
– Дядя Раф! Дядя Раф! – прокричала она.
Тот от неожиданности резко проснулся. Глубоко дыша и держась за сердце, он ответил:
– Азалия, чего ты так пугаешь меня?
Азалия посмеялась. Кассиэль тоже посмеялся.
Через несколько минут все сидели в своих машинах. Азалия радостно улыбалась и обнимала руку Кассиэля. Сам же Касс тоже сиял от радости. Начав движение, молодой учёный взял курс на свой дом. Рафаэль ехал за ним. Включив музыку, Кассиэль и его дочь весело подпевали певцам, которые то и дело пели новые песни. В глазах у Кассиэля, где раньше была полная пустота, появилось пламя. Пламя, которое разожгло и разогнало кровь по его венам. Весело постукивая пальцами по рулю, он посмотрел на Азалию, которая тоже сияла, словно новогодняя ёлка. Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел машину Рафаэля. Но... водителя не было на месте. Кассиэль испугался. Быстро переключив взгляд на Азалию, он не обнаружил её на месте. Его сознание начало мутнеть, глаза закрываться…
Кассиэль проснулся. Он, глубоко вдохнув воздух, с широкими глазами встал в больничной палате. Оглянувшись, он увидел Рафаэля, который дремал на стуле возле него.
– Раф, Раф!
Его друг проснулся:
– О, Касс, проснулся!
– Что с Азалией? Что с ней?! – кричал он, чуть ли не на всю больницу.
– Какая ещё Азалия? Касс, ты чего?
– В смысле, «какая ещё Азалия»! Я тебе втащу щас за такие шутки!
Рафаэль испугался. Кассиэль взял его за воротник двумя руками.
– Быстро отвёл меня к ней!
Рафаэль ударил своим крепким лбом его голову. Кассиэль откинулся на кровати.
– Совсем больной что-ли?!
Кассиэль приложил руку к сердцу. Оно билось. Потом приложил к голове.
– Это был сон? Всего лишь сон?...
Он привстал. Рафаэль уложил его в кровать;
– Тебе нельзя вставать! Отдыхай, наработался уже!
– Я сейчас в реальности? – спросил Кассиэль.
– Конечно. Ты же почувствовал мой удар?
– Твой железобетонный лоб, конечно.
– Значит, да.
Кассиэль закрыл глаза. Перед его взором сквозь кромешную тьму показался силуэт. Через какое-то время он увидел локоны золотистых и мягких волос…
На дворе ночь. Город Z давно заснул. Резкий свист покрышек по асфальту, ярко-белый свет фар и рёв мотора будил округу...