Потому что коммунист. Очерк. Архив. 02. 09. 1983

Потому что коммунист. Очерк. Архив. Многотиражная газета «Кургансельмашевец»,   
2 сентября 1983 года.   Моя контрольная работа.


                Рассказы о коммунистах.


Знакомьтесь: Д м и т р и й  В а л е н т и н о в и ч  К о д и н ц е в.

Место работы: цех № 31

Должность: м а с т е р.

Стаж работы: 43 года.

Общественное поручение: до вчерашнего дня на протяжении многих и многих лет – секретарь партбюро цеха.

Н а г р а д ы:

о р д е н а  Красной Звезды, Отечественной войны II степени, Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции.

Ряд м е д а л е й, в том числе д в е «За отвагу».

Смысл жизни: р а б о т а.

               
                ****

-Вы не подскажете, где сейчас Дмитрий Валентинович? – обратилась я к рабочему.

- Где? По заводу бегает.

Первое впечатление от встречи с героем моего будущего очерка … разочаровало младую меня.

Медлителен, равнодушно спокоен, никакого признака деловитости и откровенного рвения.

«Бегает»? Трудно представить.

А через день, сидя в его пустом кабинете, на немые вопросы посетителей отвечала со вздохом сама:

- Где? Бегает!

Разговаривать с Дмитрием Валентиновичем оказалось сложно.

- Это вы что, биографию мою описать хотите? Пустое дело, - махнул он рукой и вышел из кабинета.

И верно, попытка «разговорить» его оказалась безнадёжным  делом.

Выручили товарищи Дмитрия Валентиновича: о своём мастере  они рассказывали охотно.
               
                *****

У т р о.

Начало рабочего дня. Первый-  «дорабочий» -  перекур. Тихие, ленивые от недавнего сна разговоры.

Кодинцев тоже здесь. Молчит. Но для него работа уже началась.

Рассказывали, что это  один из главных моментов дня:

мастер старается заглянуть в каждого, почувствовать все изменения в настроении, произошедшие за ночь;

выделить тех, кто накануне «принял» не в меру – таким работникам нужен персональный подход …

А потом, не глядя на часы, тихим голосом, называя всех по именам, начал раздавать задания.

Через две минуты всё зашумело, задвигалось, заработало. Трудовой день начался.

Никто, с кем бы я  ни разговаривала, не скрывал от меня, что человек он сложный, далеко не мягкий.

Например, задания иногда раздаёт таким тоном, словно наказывает.  Сказав об этом, тут же оправдывались:

- Мы не обижаемся, понимаем: нелегко с нами. А ведь он фронтовик, война спокойным редко кого оставила.  Мы его  промеж себя отцом называем.

И  каждый вкладывает  в это слово свой смысл. Один – заботливость, другой – строгость,  третий – справедливость и принципиальность.

Спрашиваю, за что уважают коммуниста Кодинцева. 

В ответ – длинный перечень достоинств парторга: честен, мастер своего дела, не имеет любимчиков, беспристрастен, добр, душой за работу болеет, несбыточных обещаний не даёт.

А главное его натуры в чём?

Почему-то мы привыкли идеал коммуниста в моральном плане представлять себе  этаким ровным, выдержанным по характеру, умеющим всё «разрулить», всех успокоить, со всеми ладить, сглаживать конфликтные ситуации.

Кодинцев – полная тому противоположность.

Парадокс, но именно в этом мне видятся  причины  его удивительного авторитета в коллективе.

Он   с в о й, з е м н о й,  ж и в о й, имеющий, как и все, недостатки и слабости.

И вместе с тем,  он – ц е л ь н а я   натура, разум не расходится с чувствами, а потому он не станет скрывать, маскировать, подделывать себя.

Кодинцев – сама естественность. Плохо исполнил рабочий дело – пусть не ждёт спокойного нравоучения: получит «по заслугам», как от отца родного.

Вот он стоит посредине участка. Кажется, просто так. Все работают, чего ещё? 

И вдруг, словно изнутри, толчок, а ведь никто не звал его к станку.

Через минуту – с рабочим, пальцем по чертежу водит.

               *****

- Дмитрий Валентинович, Сергей опоздает сегодня немного: он в больнице. Насчёт анализов … ,  - пытается остановить его на ходу молодой рабочий.

- Уже знаю, - почему-то сердито бросает он, не глядя в глаза и не останавливаясь. 

А через пару минут сам говорит кому-то необыкновенно тепло, переживающее:

-Он будет. Пришлю его, как только придёт из больницы. У него там что-то с анализами.
               
                ******

Да, это у него закон такой – «о т ц о в с к и й» : не часто  по головке гладит.

Но уж   если у начальства разговор о ком-то  неприятный заходит, то редко кого даст в обиду: «Мои ребята, мои мужики!»

В годы войны в членские карточки  партийцев вкладывалась памятка, в которой говорилось:

- Товарищ коммунист … Завоюй внимание и уважение к себе не должностью, которую занимаешь, а своей работой. Ты должен в бой вступать первым, а выходить из боя последним.

Ф р о н т о в и к   Дмитрий Валентинович верен этим заветам и в мирное время.

Не должностью, а работой заслужил он к себе уважение.

О его мастерстве говорят, что оно ю в е л и р н о   о т т о ч е н о.

Кодинцев убеждён, что не совершил в своей жизни никаких подвигов.

А разве не героический тот факт, что с 17 лет, почти с самого начала своей трудовой  биографии, он на одном заводе работает? И как работает!

Только раз изменил он своему делу – в войну.

Но ведь это тоже была работа, только  р а т н а я, а значит, и более трудная: страшная и кровавая.

Поражает в Кодинцеве редкая скромность. Её порой даже трудно объяснить.

Не пожелал сфотографироваться на доску Почёта, отворачивается от всех корреспондентов, интересующихся его «биографией». 

Стесняется идти по улице в пиджаке с орденами и несёт его в руке.

О себе не говорит даже дома. А ведь заслужил, всеми признан, никто не осудил бы.

Но, видимо, в этом он уже неисправим. Вот и на этот газетный «разговор», конечно же, обидится.
               
                ****

О б е д е н н ы й   п е р е р ы в. 

В красный уголок цеха на т о в а р и щ е с к и й     с у д  собрались рабочие.

Слово Кодинцев взял  не сразу, послушал вначале других.

Говорил недолго. Но выступление запомнилось.

Б е с п о щ а д е н    в    к р и т и к е,  но д а л ё к    от    у н и ж е н и я  подсудимого. 

Это было  в ы с т у п л е н и е  -  д и а л о г,  разговор с потерявшимся человеком один на один – деловой, искренний.

Это была  р е ч ь  к о м м у н и с т а.

В своём кабинете он словно г о с т ь.   Посторонний человек, забежавший сюда случайно и ненадолго присевший отдохнуть.

Но через пять минут, увидев, как он, почти вслепую, достаёт бумаги из стола, быстро отыскивая в них нужные цифры, фамилии, ловишь себя на мысли: нет, он здесь дома, хозяин.

В Кодинцеве многие отмечают ещё одну отличительную черту -  высокую  и н и ц и а т и в н о с т ь.

-  Из любой  трудной ситуации,  – говорят они, -- он найдёт выход самостоятельно.

А я этому не удивляюсь, ведь иначе и быть не может.

Потому что он к о м м у н и с т.  Настоящий коммунист.
               
                Т.Ломова.