Прошу, живи

     Однажды зимой жена рассказала, что была днем в больнице, поставили диагноз, что у нее стали увеличиваться узлы в щитовидной железе, слава богу, опухоль оказалась доброкачественной. Сказали, оперировать будут, когда уже глотать не сможет. Затем  узнали, что глаза что-то портиться стали: и катаракта, и глаукома развиваются. Тоже пока не оперируют. Но неудобства уже создают. Потом диагнозы просто посыпались. Каждый месяц что-то новое. Пока не поставили альцгеймер и эпилепсию. Откуда у нее это все?  Она из больниц не вылезала, но и не жаловалась. Что-то сделает по дому, приляжет, отдохнет, еще чем-то займется. Что-то уставать стала. Может лечение не помогало? Не понятно. Перестала работать, вроде как предложили уволиться. Стала чахнуть, перестала бороться.

     Он стал плакать, когда оставался  один. За что? Вспомнилось, что не любил, когда поженились. Хотя она такая хорошенькая была: глаза большущие, распахнутые, как море, длинными ресницами окаймленные, чернобровая, носик маленький, прямой, ротик тоже маленький. Почему он ее так мало целовал? Все-таки красивая она у него была, просто не говорил ей, многие поглядывали. Личико точеное, фигурка тоненькая, а волосы какие! Целая грива! Блестящими волнами падали на плечи и отливали шоколадом. Она все любви очень хотела, потом отстала, пошли дети, занялась ими. И дочки такие же красотки получились. Да, он иногда руку поднимал в ярости, уставал же, а где-то и она была виновата. Детям тоже доставалось. Злился, что она все краше становилась, непонятно, отчего. А ведь жена еще и детьми занималась, домашними делами, старалась по каким-то изысканным рецептам новые блюда приготовить, часто пекла. Ругаться с ним стала меньше, но и меньше общалась. Стала независимой. Окончила курсы компьютерные, затем водительские. Она и так-то была с образованием, умная, на любую тему мог с ней разговаривать. А сам заболел, она совсем осточертела. Тут еще и одноклассница, Ритка, писала-звонила. Отвлекался хотя бы. Еще раз приложил, жена подала на развод. Падал перед ней на колени, признался, что уже давно любит. Она не сдалась. Ушла, но вскоре вернулась. Сначала почти не разговаривали. Что-то надломилось в ней и в нем, как прежде не стало. Да, вместе ели, делали все дела, смотрели кино, даже к детям ездили. Вроде и смеялись. Друзья и все. А раньше она всегда жалела, прощала. Всегда хотелось домой.

     Она было вспыхнула, а потом потухла. Он и не заметил. Вот и все, начался уход: сначала помогал постель застелить, готовить стал, она все чаще только лежала, еду приносил. Потом пришлось с ложечки кормить. Кормит ее, а у самого слезы текут, хорошо, она не видит. Не уходи от меня, прошу! Не знал, чем ее порадовать: морожное, пирожное приносил, фрукты, фильмы включал. Стала уставать. Начал читать книги. Включать музыку. Однажды взял ее на руки и так танцевал с ней. Она слабо улыбалась. Вспомнил, что всю жизнь не дарил ей цветов, каким же дураком был! Засыпал однажды ей всю кровать. Она смеялась. Котик не отходил, все с ней был. Куча лекарств - на столе и на тумбочке. Утром даст, бегом на работу. В обед прибежит - покормит. Вечером - ужин, процедуры.

     Потом все больше стала на обезболивающих, потому-что она без конца стонала от боли. Он не мог это видеть и слышать. Зачах его цветочек, его ягодка, его голубка!  Почему не любил я тебя при жизни?!

     Поздняя осень была, второй год она болела. Она только ложечку съела, пить попросила. Он включил тихую музыку и в ногах у нее, полулежа, полусидя заснул от усталости. Но этой ночью она покинула его...