Дом, который умел прятаться

Жил-был мальчик Ваня, и переехал он с бабушкой в старый-престарый дом на краю деревни. Дом был такой древний, что даже ветер, пролетая мимо, уважительно шептал: «Ух ты!» А половицы скрипели не просто так, а будто напевали себе под нос какие-то длинные истории.

Сначала Ваня боялся: ему казалось, что дом живой и всё про него знает. Но бабушка только улыбалась и говорила:
— Этот дом не злой, он просто любопытный. Ему хочется, чтобы его замечали.

И Ваня стал замечать. Увидел, как утром солнечные зайчики бегают по стенам, будто дом улыбается. Услышал, как ночью крыша тихонько похрапывает, когда на неё ложится снег. А однажды он заметил, что третья чашка на столе появляется не сама по себе — её тихонько подставляла тень прадедушки, который был хранителем дома.

— Ты чего чашку ставишь? — спросил Ваня как-то вечером.
— Так положено, — ворчала тень. — В доме должно быть на одного больше, чем кажется. На всякий случай.

Ваня подумал и сказал:
— А давай мы с тобой не тайны будем беречь, а игры придумывать. Я ведь не взрослый, мне тайны тяжеловато носить.

Тень прадедушки хмыкнула, но согласилась. И с того дня дом и Ваня стали лучшими напарниками.

Как-то раз в деревню пришла большая гроза. Ветер выл, дождь барабанил по крыше, а молнии так и норовили заглянуть в окна. Дом вдруг задрожал всеми брёвнами и прошептал:
— Ваня, я боюсь!

— Ты?! — удивился Ваня. — Ты же такой большой!

— Большой — не значит смелый, — буркнул дом. — Мне страшно, когда гром по крыше стучит, будто кто-то хочет войти без стука.

Тогда Ваня не растерялся. Он взял старое одеяло, накинул его на часы с кукушкой, чтобы они не пугались, поставил у двери сапог — на случай, если молния решит зайти погреться, и громко сказал:
— Эй, гром, не шуми! У нас тут тихий час!

И знаешь что? Гром будто послушался. Стал ворчать где-то далеко, за лесом, а потом и вовсе утих.

А дом тихонько вздохнул и сказал:
— Спасибо, Ваня. С тобой не так страшно.

С тех пор все в деревне знали: если гроза надвигается, надо заглянуть к Ване. Потому что он умел договариваться даже с громом. А дом больше не пугал мальчика тенями и шёпотами — вместо этого он шептал ему на ухо весёлые истории, пока Ваня засыпал.

И если ты когда-нибудь пройдёшь мимо того дома, прислушайся: может, услышишь, как он тихонько напевает себе под нос. Это он вспоминает, как они с Ваней прятки играли и с грозой спорили. И улыбается своими старыми окнами.