25. Счастье в маске горя...

Первые дни Капитолина без конца ходила по комнатам родного дома, гладила стены, вздыхала и замирала. Ей было хорошо и спокойно...

Филипп, к слову, проявил сочувствие и дал неделю в счёт отпуска. Мол, приведи мысли и тело в порядок...

Лине шутка начальника, а в прошлом, увы, и любовника, про её тело показалась неприятной. Но ведь понятно было, что вряд ли она осталась чиста и непорочна, пребывая во власти сумасшедшего насильника. Так ведь и будут теперь представлять её в образе наложницы. Все. Без исключения...

Она вздохнула. Ну, было и было. Единственное утешение в том, что попервоначалу у них с Петром все было по согласию. Лучше это, или хуже, но по-другому, раз насильник прежде был, что называется, милым другом...

Она заставила себя думать об ином. Чтоб с удовольствием. В настоящий момент таковые мысли могли быть только о дочери. Та опять круто изменила свою жизнь...

Петр, понятное дело, ей ненавистен, Дмитрий Сергеевич забыт. В фаворитах теперь Борис. Хороший парень. Только не пара Клаве...

Хотя, скажи ей, сто раз пожалеешь. Надо ждать, пока сама поймёт. А это скоро случится. Потому что Клаве требуется, чтобы внимание ухажера было посвящено исключительно ей. Трепетной и нежной.

А Бориска занят. То на учебе, то на работе. Ему не до букетов и романтических ухаживаний. Впрочем, пусть сами разбираются...

Она улыбнулась, вспомнив разговор с писательницей, с которой невольно обменялась чемоданом. Они встретились. Интересная тётка оказалась...

Планшет следователи ей вернули почти сразу. Посмели бы промедлить...

Никто, видимо, не захотел брать на себя вину за срыв работы известного в стране издательства. Тем более, что имя тетеньки действительно было на слуху.

Она попросила у Капитолины в подарок сюжет с её приключениями. Мол, она все напишет красиво и даже изысканно...

Но та отказалась. Под предлогом того, что не хочет фигурировать ни в каких пересказах. Тем более, что сама ещё слов не может подобрать, чтобы даже самым близким поведать про пережитое...

Авторша тогда к ней в гости приходила. Чай пили на кухне. Капитолина весьма удивлялась новоявленной приятельнице. Если она даже вдесятеро меньше пишет, чем говорит, у неё, должно быть, уже многомилионные тиражи...

Кстати, она себя очень любит и совершенно не стесняется своих поступков. Может, она никогда бы и не заикнулась про гостиничное полотенце, что ненароком оказалось в её чемодане, если б не помнила, что Лина его видела. А раз так, решила объясниться.

Спорт, дескать, у неё. Сувенир из любой поездки. При том так небрежно говорила, было ясно, стесняется своего амплуа...

В принципе, они могли бы с Капитолиной подружиться, но нескоро. Может, когда всё забудется?..

При расставании дамы многозначительно обнялись и обещали друг другу звонить...

Так и прошла целая неделя, полная домашней неги и положительных эмоций. А в выходные Капитолину увезли на скорой в больницу. Сознание потеряла на кухне...

Хорошо, дома была не только Клава, но и бабушка. Не испугалась, зная, что пережила их бедная страдалица. Да-да. Девушки всё рассказали старикам. Зачем скрывать, если всё хорошо закончилось?

В общем, домашние обратились за профессиональной помощью вовремя. Медики быстро привели Лину в чувство. Правда, ночь ей пришлось провести в больничной палате. Но уже утром врачи отпустили домой...

При том совершенно огорошив рекомендациями...

;;;

К хорошему быстро привыкаешь. Вот и Клава зажила своей прежней девичьей жизнью. Без забот и хлопот. Надеясь, что мама решит все проблемы. Вплоть до ручной стирки её шифоновой блузки...

И вдруг этот обморок. Девушка опять начала терзать себя переживаниями. А вдруг мама тяжело больна? А вдруг...

В общем, запечалилась девчонка. А тут ещё Борька пропал. Умом-то она понимала, что с этим парнем можно только дружить. И то изредка. Потому что на любовь у него нет никакого времени. Но он ей нравился. И хотелось отношений...

Хорошо, что маму быстро отпустили из больницы. Значит, ничего серьёзного. Только какая-то она грустная и задумчивая. Молчит. На вопросы невпопад отвечает. А иногда Клава ловит на себе её невероятно печальный взгляд...

И бабушка заметила, что с дочерью неладно. Можно, конечно, было списать все на пережитое похищение. Если бы не было заметно, что Капитолина его вполне пережила. И даже собиралась стать счастливой. Точно собиралась. Ещё вчера...

Вечером умудреная опытом пожилая женщина и легкомысленная девчонка договорились командно взять родственницу в оборот и вызнать, что ввергло её в грусть-тоску...

Сказано-сделано. Так прямо и спросили. Сидели за кухонным столом напротив друг друга и неотрывно смотрели на беднягу. А та собиралась со словами...

Для кого-то фраза "У меня будет ребенок" - тёплый град радости, стучащий по сердцу, разуму и крышке сундучка с положительными эмоциями.

Для кого - горячий стыд и непреодолимый ужас от ожидаемых последствий. Всё люди разные...

А для Капитолины её диагноз, который с доброй улыбкой сообщили в больнице после непонятного обморока, оказался шквалом непонятных чувств. И ощущением безвыходности...

Сорок лет сейчас вроде не возраст. И незамужнее состояние - не приговор, если наступила беременность. Вроде, если бог даёт ребёнка, он и всё остальное устроит. Но если отец - насильник и преступник? Можно ли будет любить его чадо?

Здесь все не так просто...

Лина рассказывала об этом своим самым дорогим людям. Женщинам. Которые могли бы её понять и принять. Советов она не ждала, потому что должна была принять самостоятельное решение. Чтобы потом никого не обвинять в ошибке. Но участия хотела...

Мать смотрела на неё жалостливо и ласково. А дочь - с некоторым ужасом. Какой бы молодой ей не казалась родительница, она никак не могла быть носительницей новой жизни. Девица, к слову, никак не оценивала моральный статус этой беременной. В том плане, что та понесла от монстра...

Ей было странно, что у неё, у Клавы, единственной и обожаемой доченьки, появится сестра или брат. Да, что там странно. Страшно. И в некоторой степени неприятно...

Она сама давно могла бы стать матерью. А Капитолина только в бабушки годится...

- Мам, ну, ты удумала, - растерянно протянула она. И та поняла, что для её любимого ребёнка новый член их семьи больше разочарование, чем удовлетворение.

Хотя, казалось бы, Клава давно вышла из возраста, когда первенцы ревнуют своих мам к второму малышу. Но вот так. Против она...

Капитолина не расстроилась. У Клавы своя жизнь. Уже далёкая от материнской. Родительница примет к сведению это мнение, но решит по-своему...

Все молчали. Наконец, самая старшая и мудрая сказала, что бог подскажет. Нечего мудрить да сетовать. Как будет, так и хорошо...

Сидели ещё долго. Шутили, мол, три девицы под окном...

Но каждой было плохо. Потому что у всех начиналась новая жизнь. В которой придётся менять всё. И это было сколько хлопотно физически, столько и тяжело морально...

Ночью Капитолине вдруг приснился цветной сон. В котором она точно была счастлива. Потому что проснулась с улыбкой на лице.

Которая, правда, сползла, как только она вспомнила про свою беду...

Однако, она взяла себя в руки и решила попробовать принять ситуацию. Во благо. Нет, мол, у неё никакой беды...