Красные и чёрные туфли

Ему назойливо думалось о том, что будет, когда окажется дома. Никогда ещё Юрий Волнский не ожидал окончания рабочего дня, как сегодня, в день его рождения. Это ожидание было наполнено чувством горького предчувствия и неотвратимости, почти как старческая утрата сил. Утром за завтраком любимая одарила его медленным и чувственным поцелуем, а потом сказала томным голосом:
– Когда закончишь, тебя ждёт сюрприз, потому скорее возвращайся.
Она отдалилась от него и посмотрела на него с интересом: как же он отреагирует?
– Сюрприз, значит... Но у меня всё есть. За все те года, что мы вместе, ты передарила мне всё возможное.
– Но только не это. Такое я тебе не дарила, дорогой.
Волнский задумался.
– Признаюсь, мне даже как будто и ничего не хочется в свой день рождения. Подумаешь, обычный день.
Она напала на него с горячим поцелуем и прошептала:
– Поверь мне, захочешь. День рождения бывает раз в году. Тебе единственный раз в жизни исполнится тридцать. Мы обязаны отметить необычно.
– Ну ла-а-а-адно, – протянул Юрий Волнский с сомнением. – Пойду собираться на работу.
– Давай, милый. Удачи тебе. Я тебя буду ждать.
Когда-то он любил сюрпризы, особенно в детстве, но те времена давно прошли, и теперь он ненавидел непредсказуемость, пусть даже речь шла о чём-то приятном и весёлом. Всё это стало для него стрессом, которого он старался избегать.
Когда вернулся домой, Волнский сильно тревожился.
"Лишь бы не хлопушки, лишь бы не испуг из-за угла, пусть будет что-то спокойное, ради всего святого, хоть так", – думал он.
Войдя в квартиру, ничего особенного он не заметил. Любимая его встретила как обычно. Обняла, поцеловала и спросила:
– Ты готов к сюрпризу?
– Вроде как, – ответил Юрий.
– Тогда не раздевайся, но дождись меня. Я переоденусь. – Она направилась было в комнату, но остановилась, вернулась немного назад, к небольшому шкафчику, вытянула полку и вынула из неё повязку на глаза, протянула ему. – Придётся надеть. Так полагается. Я же сказала, что это сюрприз. Ты не должен догадаться.
Юрий повиновался и потянул повязку к глазам, но любимая его остановила.
– Дорогой, ну не прям сейчас. Я хотела приодеться, чтобы порадовать тебя. Не посмотришь?
– Точно, конечно.
Всё происходящее вызывало в нём неподдельный интерес, но вместе с тем и почти панику. На его любимую это было так непохоже. Она всегда была спокойной, мягкой, нежной, и именно за это он её ценил. Вся эта конспирологичность, если можно так выразиться, вся эта порывистость, таинственность и внезапно пришедшая напускная сексуальность претили ему. "Что она из себя строит? Для чего эта искусственность?" – думалось Юрию. Он качал головой, поджав губы.
Она вышла в коротком красном платье и соблазнительно покрутилась перед ним.
– Как я тебе?
– Великолепна, как и всегда!
Любимая указала на туфли того же цвета, аккуратно стоявшие подле его ног.
– Как раз подойдут, не правда ли?
– Точно. Это ты купила? Как я их не заметил. Но я и не помню их.
– Прикупила к твоему празднику. Хочу выглядеть для тебя особенной в этот день. Не бери в голову.
Юрий пожал плечами.
Она близко к нему подошла, повернулась округлой задницей и сказала:
– Ну же, шлёпни меня. Чего ты так стесняешься?
"Что, твою мать, происходит? Что ты творишь? Мне это всё надо? Кому ты устраиваешь праздник: себе или мне? Разве можно считать настоящим подарком то, что лишь для вида делается ради человека?" – с недовольством пронеслось в голове Волнского, но ничего из этого не произнёс. Он снова поджал губы, кивнул и неуверенно шлёпнул задницу любимой женщины.
Она довольно взглянула на него, затем произнесла:
– Теперь завязывай глаза. Нам пора.
Завязав глаза чёрной повязкой, Волнский спросил:
– Я так понимаю, можно и не пытаться выуживать из тебя, куда мы едем?
Она обняла его и ответила:
– Ты всё верно понимаешь, дорогой.
Через десять минут они сели в такси, которое повезло их к месту, в котором виновник торжества никогда не бывал за всю свою жизнь.

Играла громкая музыка. Вокруг были слышны хохот, визги и обрывки непонятных разговоров.
– Теперь можешь снять повязку, любимый! – прокричала она Юрию.
Волнский снял повязку и несколько минут, абсолютно парализованный, осматривал всё вокруг.
Повсюду возвышались круглые сценки с шестом посередине, на них танцевали сексуальные сочные женщины разных возрастов. Перед сценками были расположены места для гостей. В основном там сидели мужчины. Они курили, пили, смеялись, и нельзя было не заметить, куда смотрели их глаза.
– Куда ты меня привела? – почти оскорблённо спросил Юрий.
Любимая была уже не так весела. Ей начало казаться, что она всё испортила.
– Тебе не нравится? Я подумала, что тебе бы хотелось побывать в таком месте...
Юрий внимательнее осмотрел зал.
– И что мне тут делать? Ты хочешь меня тут оставить одного? – как ребёнок, испугавшийся того, что его родители больше с ним не будут жить, спросил Волнский.
– Нет-нет, я думала, мы вместе посидим, повеселимся.
– В таком месте? Мы вместе повеселимся? – не понимал Юрий. – Когда ты гладила вещи, ты надышалась парами из утюга? Каким образом мы повеселимся? Мы же в паре, мы любим друг друга, а это место...
– Прости, я подумала, что смогу реализовать твою мечту...
– Мечту? С каких пор это стало моей мечтой? – кривя лицо, кричал Юрий. Казалось, шум стал ещё объёмнее и глубже.
– Я думала, что в тайне каждый мужчина хотел бы побывать в таком месте. Разве нет?
– Вот это ты, конечно, устроила подарок...
Был велик соблазн оскорбиться и убежать из этого места, но его любимая решила держаться до конца. Она схватила его за руку и повела, говоря по пути:
– Давай попробуешь. Если не понравится, уйдём. Это твой день рождения, твой праздник, твой день в полном смысле слова, в конце концов. Мы здесь ничего запрещённого делать не собираемся. Ты что, подумал мне изменять? Нет же!
– Конечно же нет! – возмутился Волнский.
– Ну вот, потому я не вижу ничего страшного в том, что ты немного расслабишься.
Они подошли к месту для гостей у одной из сценки и сели.
– Только не говори, что ты и это место забронировала заранее, – выпалил Юрий.
Любимая виновато посмотрела на него.
– Не могу поверить...
– Ну не тряси ты так головой. Ты так это выставляешь, словно сейчас произойдёт нечто плохое. Мы просто развлекаемся. Ну расслабься же ты наконец. – Она обняла его и поцеловала. – Я тебя просто люблю, хотела сделать тебе сюрприз. Я не знала, что ты так отреагируешь.
– Ладно. Посидим немного. Но если мне не понравится, а скорее всего так и будет, то мы тут же уйдём, хорошо?
– Обещаю тебе, дорогой.
Красивая официанточка подошла с подносом различных напитков и спросила у них:
– Что будете пить?
– Мне мартини, – тут же ответила любимая.
– А Вам? – спросила официанточка у Юрия.
– Буду то же, что и ей.
Официанточка отдала две порции мартини и убежала к другим гостям.
– Расслабься же, дорогой, – произнесла любимая снисходительно, сделав первый глоток мартини и откидываясь на спинку большого дивана.
Юрий Волнский не верил тому, что с ним происходило. Всё это никак не укладывалось у него в голове. Его любимая женщина, всегда такая кроткая и мягкая, сделалась дикой кошкой. "В каждой ли женщине спрятана эта едкая стервочка, способная на любую грязную вещь в случае чего, если захочется?" – думал Юрий и отчаивался от приходившего к нему ответа. Он не хотел, чтобы это было правдой, по крайней мере он не желал, чтобы это касалось его любимой женщины.
Он откинулся на диван и стал смотреть на женщину, танцевавшую на шесте. Она была одета в короткие джинсовые шорты, на аппетитных ногах красовались чёрные туфли на толстых каблуках. Её движения были прекрасны. Они настойчиво соблазняли.
На мгновение Волнский почувствовал, что сдаётся, ему начало нравится то, что он видел. Женщина была очень красива и на личико. Накрашена она была вызывающе. Грудь была небольшая, но ей она шла. А задница такая же...
В этот миг Волнский чуть не подавился спиртным. Он отлип от дивана и внимательнее уставился на танцевавшую перед ними женщину. Он не сразу понял, в чём дело, но когда сознание мысли оформилось, сердце его забилось быстро и гулко.
"Да она как две капли воды моя любимая, – думал Волнский. – Тот же носик, те же глаза, те же уши, движения и манеры, грудь, даже задница. Как же они похожи. Невероятно! Бывает же такое!"
– Что с тобой, дорогой? – с интересом спросила любимая.
– Да просто...
– Будете ещё пить? – спросила знакомая уже официанточка, которая вновь к ним подошла.
Она подлила им и ушла.
– Просто ты и эта танцовщица... вы очень похожи. Поверить не могу. Это же надо... Хм. Поразительно.
Любимая присмотрелась и засмеялась.
– Ты преувеличиваешь.
– Да нет же, правда! Ну взгляни! – стоял на своём Волнский.
– Ты просто уже много выпил, твой мозг поплыл, – весело ответила она ему. – Но мне нравится, что ты расслабился. Наконец-то ты получаешь удовольствие. Вот бы ещё поменьше ворчал.
– Да ну тебя! – психанул Волнский, глотнул мартини и откинулся обратно на спинку дивана.
К ним подошёл мужчина в костюме с опрятной щетиной на лице. Его брови были так густы, а глаза так выразительны, что казалось, будто он их красит.
– Вам всё нравится? – спросил он у пары.
– Да, чудесно, – ответила любимая.
Мужчина в костюме долго смотрел на девушку, и Волнского это смутило. Он грубо спросил незваного гостя:
– Тебе чего? А? Иди отсюда.
– Прошу меня извинить, я администратор сего заведения...
– И что с того? Можно пялиться на мою женщину?
– Конечно же нет, я прошу и за это меня извинить. Но она так похожа на Киру...
– На кого? – совсем опьянев, спросил Волнский.
– Танцовщица. Она перед вами.
Волнский уставился на любимую и вытянул руку с грозно торчащим указательным пальцем:
– Я же тебе говорил. Я говорил! А ты не верила.
Администратор спросил:
– Вы тут по какому-то особому случаю?
– Решила устроить для любимого сюрприз.
– О, вот как. – Администратор немного подумал, потом склонился, чтобы приблизиться к уху девушки, и что-то ей произнёс.
– Что такое? – волновался Юрий.
Администратор выпрямился и ждал ответа.
– Дорогой, я знаю, как улучшить тебе праздник. Позволь мне отлучиться.
– Эй, я ничего не понимаю. Что происходит?
– Всё хорошо, поверь мне! – Любимая аккуратно приблизилась к нему, обняла, поцеловала и прошептала на ухо: – Тебе очень понравится.
Юрий буркнул.
– Ай, будь по-твоему. Опять сюрпризы. Валяй. Всё равно меня не слушают в этот день.
Любимая поднялась и скрылась вместе с администратором.
Прошло около пятнадцати минут. Всё это время Юрий много пил. Официанточка то и дело подходила и подливала ему.
Вдруг он поднял голову и увидел, как перед ним танцуют две женщины, не отличимые друг от друга. Он подумал, что у него от опьянения двоится в глазах, но любимая произнесла:
– Тебе не кажется, это я. Тебе нравится? – Любимая переоделась в ту же одежду, что и танцовщица, и сексуально танцевала вместе с новообретённой подружкой. Кажется, та была совсем не против такого дуэта. – Любимый, нравится?
Всё кружилось и вертелось в голове Волнского. Возбуждение, недоумение и растерянность мешались в нём, и он не знал, как ему вести себя, как реагировать.
– Расслабься, милый, – произнёс голос, но не любимой, очень похожий, но не её. – Посмотри на нас. Ну же. Смотри. Мы делаем всё для тебя. – Девушки стали целоваться и жаться друг к другу. – Тебе нравится, дорогой?
Юрий Волнский старался собраться с мыслями. Ему плохо виделась реальность. Что-то в нём говорило, что ему очень нравится эта сцена, он сильно возбудился, но в то же время он частью разумной личности понимал, что ничего хорошего в этом во всём нет, что всё зашло куда-то не туда.
Юрий маялся некоторое время, потом вдруг вскочил, взбежал на сценку, схватил любимую за руку и убежал.
Они поймали машину, сели и уехали.

Когда они вошли в квартиру, Юрий закричал:
– Что ты там устроила, а? Что это было? Мне это всё не нужно, понимаешь? Я тебя люблю как раз за твою мягкость, ласковость, меня это возбуждает по-настоящему. Мне эта грязь не нужна. – Юрий упал на пол, ноги его не удержали. Любимая хотела помочь ему встать, но он оттолкнул её от себя. – Не смей мне помогать. Я сам! Что ты делаешь, а? Ну что ты делаешь? Зачем это всё? Сюрприз! Вот он сюрприз! Да не нужен мне такой сюрприз! Даже ничего не говори, слышишь? Ничего не надо мне говорить! Не оправдывайся. – Любимая даже не пыталась сказать слово. Она удивлёнными глазами смотрела на Юрия. Слушая его, ей стало его жаль. Она хотела его утешить, но не знала, как это сделать. – Ты такая хорошенькая была, такая чудесная, а сегодня что? Как мне это развидеть?
Его осознанная часть словно отыгралась, высказалась, но другая, та, что была по-животному возбуждена, жаждала кровопролития. Юрий замолчал и тупо уставился на любимую.
– А ну быстро в постель! Быстро пошла, грязная сучка!
Он схватил её за руку, толкнул вперёд, смачно шлёпнул по заднице. Та приятно вскрикнула.
– Да, сучка, сейчас ты у меня загудишь.
Пьяного вожделения хватило на полчаса, после чего Юрий Волнский отрубился и исчез в глубоком сне.

Наутро кто-то ломился в дверь. В неё стучали кулаком и жали на кнопку звонка. Голова раскалывалась. Юрий Волнский проснулся, лениво поднялся с кровати и пошёл открывать. Запнувшись о чёрную туфлю, он пробубнил:
– Ну кто там, а? Что вам нужно в такую рань?
Открыв дверь, он увидел любимую.
– Ты совсем рехнулся? Что ты вчера вытворил, а? – Она вошла в квартиру. – Я тебя спрашиваю.
– Ты что, куда-то сходила с утра? Когда ты успела?..
– Что ты несёшь? – грозно возмущалась любимая. – Куда ты дел ту танцовщицу? Из-за того, что вы убежали, меня не выпустили из бара. Мне сказали, что раз она ушла, то должна за неё танцевать я. Сцена не должна была пустовать. Меня ноги не держат уже. И мне не в удовольствие было танцевать перед чужими мужиками. – Юрий пытался вспомнить, что было вчера, чем закончилась ночь. Когда вспомнил, он ужаснулся. – Что с тобой? Куда вы убежали вчера? Почему ты молчишь? Юра? Юра-а-а-а? Я к кому обращаюсь?!
Он зачарованно смотрел на её красные туфли.