Акт 2. Испытание деньгами и встреча с совестью

Акт 2. Испытание деньгами и встреча с совестью
Сцена 3. Знакомство с Костанжогло.
Имение Костанжогло — полная противоположность запущенному поместью Тентетникова. Здесь всё устроено с точностью до мелочей: ровные ряды посадок, крепкие хозяйственные постройки, на скотном дворе — чистота, а в амбарах — идеальный порядок. Воздух пахнет свежеструганным деревом и хлебом. Костанжогло ходит по двору в простом сюртуке, но в каждом его движении — уверенность хозяина, который знает цену труду. Чичиков, привыкший оценивать имения с точки зрения возможной выгоды, впервые чувствует себя не ловким дельцом, а гостем, которому предстоит экзамен.

Костанжогло (показывая на амбар). Видите, Павел Иванович, тут главное — не красота, а порядок. Порядок — он и есть богатство. А красота… она потом сама приходит, когда дело стоит крепко.

Чичиков (старается держаться непринуждённо, но в голосе проскальзывает невольное уважение). Да, признаюсь, у вас тут… образцово. Даже завидно. Я и сам мечтаю о таком хозяйстве. Только вот… (делает паузу, подбирая слова) где взять средства, чтобы начать?

Костанжогло (останавливается, смотрит на Чичикова прямо, без враждебности, но и без снисхождения). Средства… Их не ищут, Павел Иванович. Их зарабатывают. И не в один день. Я начинал с малого: с одной лошади, с десяти десятин. И каждый год прибавлял по чуть-чуть. Не ради барыша, а ради того, чтобы дело росло.

Чичиков (пытается улыбнуться, но улыбка выходит натянутой). Это, конечно, похвально. Но ведь и время — деньги. А время, знаете ли, бежит. Пока будешь по чуть-чуть… жизнь и пройдёт.

Костанжогло. Жизнь не для того дана, чтобы её мимо дел пробежать. Она для того, чтобы в ней толк оставить. Вот вы говорите — «средства». А я вам скажу: самое верное средство — это труд. И совесть. Без совести любое богатство — как дом на песке: сегодня стоит, завтра рухнет.

Чичиков отводит взгляд. Слова Костанжогло бьют не по гордости, а по самому уязвимому месту — по его уверенности в собственной правоте. Он хочет возразить, привести примеры ловких людей, которые быстро разбогатели, но язык не поворачивается: перед ним не пустой болтун, а человек, который своим трудом доказал силу своих слов.

Чичиков. Вы говорите так, будто богатство — это не цель, а следствие.

Костанжогло (кивает). Именно. Следствие труда, порядка и честности. А если цель — деньги сами по себе, то и дело будет кривое. И душа — кривая.

Они подходят к конному двору. Костанжогло останавливается, смотрит на лошадей, словно проверяя, всё ли в порядке, и вдруг поворачивается к Чичикову.

Костанжогло. Вы, Павел Иванович, человек неглупый. Вижу, что умеете думать, считать. Но вы думаете не туда. Вы ищете, как бы ловко обойти трудности, а надо учиться их преодолевать. Вот в чём разница между дельцом и хозяином.

Чичиков (тихо, почти про себя). А если… если уже столько сделано не туда? Если путь выбран… не тот?

Костанжогло (мягче, но не теряя твёрдости). Путь можно сменить. Хоть на середине дороги. Главное — увидеть, что идёшь не туда. Это самое трудное. Но и самое важное.

В этот момент Чичиков впервые чувствует не раздражение от чужой нравоучительности, а странную, горькую надежду: а вдруг и правда можно всё изменить? Он смотрит на крепкие стены амбара, на ухоженных лошадей, на уверенную походку Костанжогло — и вдруг понимает, чего ему не хватало всю жизнь: не денег, не чинов, а вот этой простой, твёрдой почвы под ногами.

Сцена 4. Соблазн и падение.
Спустя несколько месяцев. В уездном городе — суета и шум. На торгах продаётся имение разорившегося помещика Хлобуева. В зале — пестрая толпа: чиновники, купцы, мелкие помещики. В центре внимания — Чичиков. Он уже не тот осторожный гость, каким был в доме Тентетникова: в его движениях появилась решительность, в глазах — азарт. Он твёрдо решил стать настоящим помещиком, и для этого ему нужно имение. Но денег не хватает. И тут появляется соблазн — предложение, от которого трудно отказаться.

Хлобуев (вполголоса, наклоняясь к Чичикову, глаза бегают). Павел Иванович, я знаю, вы человек деловой. У меня тут бумаги… не совсем чистые, скажем так. Но если вы поможете мне выпутаться из долгов, я уступлю вам имение почти даром. А разницу… ну, поделим по-свойски.

Чичиков (напряжённо думает, взвешивает). Почти даром… Но бумаги… Вы же сами говорите — не чистые.

Хлобуев (усмехается). А где сейчас чистые? Вся жизнь — компромисс. Вы же не святой, Павел Иванович. Вы хотите дело делать. А для дела иногда приходится… гм… ускорять ход вещей.

Чичиков отходит к окну, смотрит на улицу, где под моросящим дождём толпятся люди. Перед глазами — лицо Костанжогло, его слова: «Путь можно сменить». Но тут же всплывает другое: страх снова оказаться ни с чем, страх вернуться к той жизни, где он был лишь ловким приспособленцем. И азарт — тот самый, который всегда вёл его вперёд, обещая лёгкую победу.

Чичиков (возвращается к Хлобуеву, голос звучит твёрже, чем он чувствует себя на самом деле). Хорошо. Я помогу вам. Но условия будут мои. И бумаги… пусть будут оформлены так, чтобы комар носа не подточил.

Хлобуев (довольно потирает руки). Вот это разговор! Я знал, что вы человек понимающий.

*Сделка совершается. Чичиков вкладывает последние деньги, берёт в долг под высокие проценты, подтягивает все свои связи. Он чувствует себя победителем: вот оно, начало новой жизни! Он покупает имение, нанимает управляющих, строит планы. Но радость длится недолго.