Волшебная музыка

                Волшебная музыка

Как то в давние года
В дом нагрянула беда
Деда в землю провожали 
Слезы горькие роняли.
        Юре было года три.
        Ты на кроху посмотри:
        На погост его ведут,
        Слёзы льют и там, и тут.
Наш малыш совсем не знал,
        Отчего народ рыдал?
        Что за тайна скрыта тут?
        Почему венки несут?
Но, заметив грусть людей,
        Стал наш Юра поскромней.
        Присмирел, умерил шаг,
        Приуныл в чужих слезах.
Не расспрашивал, скучал,
        Тихо рядышком стоял...
Деда тихо хоронили,
        В путь последний проводили.
        Вдруг вблизи, со стороны,
        Звуки громкие слышны.
Медь оркестра там звучала,
        Марш Шопена изливала.
        Юру словно током сбило, —
        Чудо душу захватило!
Бросил всех и наутёк
        Он помчался на восток,
       К той могиле поспешал,
        Где Шопена марш звучал.
А когда оркестр ушёл,
        Вслед за ним малыш побрёл.
        Всё бежал за ним в упор,
        Слушал медный разговор.
Позабыв про всё на свете,
        Шёл за музыкой, как ветер!

Время шло, наш Юра рос,
        Музыку любил до слёз.
        Если вдруг оркестр играет —
        Юра тут же замирает!
Вот ему уже пять лет,
        Купили в оперный билет.
        На балет мы с ним идём,
        Место в ярусе берём.
Вот и ярус, первый ряд,
        Огоньки впотьмах горят.
        Вдруг оркестр живой запел,
        Юра в кресле обомлел.
Слушал, как заворожён,
        Звуком дивным окружён.
        Не шевелится, сидит,
        Прямо на сцену глядит.
А как действие открылось —
        Чудо снова повторилось!
        Встал со стула, не шумит,
        Как привязанный стоит.
Весь спектакль так простоял,
        Глаз со сцены не спускал.
Не за сказочным сюжетом
        Следил Юра жарким летом, —
        Видел он, как под смычки
        Пляшут быстрые шажки.
А когда пошли домой,
        Стал артистом наш герой:
        Все движенья повторил,
Маму сильно удивил.
Как-то мама на кухне была,
        На обед пироги пекла.
        Юра в комнате тихо сидел,
        Телевизор включённый глядел.
Вдруг сыночек на кухню летит,
        От восторга весь так и горит!
        Глазки блещут, и радостный крик:
        «Мама, мама! Увертюра!» — звучит.

Вот и семь пролетело лет,
        Детский сад опустел, привет!
        С выпускного домой идём,
        Песни тихие мы поём.
Вдруг из окон, со стороны,
        Звуки скорбные вновь слышны.
        Марш Шопена опять звучит,
        Юра к саду вовсю бежит!
На забор он полез, как жук,
        Чтоб поймать этот дивный звук.
        Мама шепчет: «Сынок, постой,
        Как умру — зазвучит со мной».
Юра только вздохнул в ответ:
        «Ах, когда это будет, свет...»
Малышу этот марш из меди
        Показался парадом чудес.
       Он решил: раз оркестр едет,
        Значит, Смерть — это ангел небес.
     А под вечер соседка пришла,
        Разговоры свои завела.
        Лиде было за шестьдесят,
        Годы птицей вовсю летят.
Юра, музыку сильно любя,
        Ей сказал, ничуть не шутя
        А ведь Вам умирать наступила пора,
        Вот и оркестр заиграет с утра!»
Он не злился, не звал проклятье,
        Он желал ей святых торжеств!
        Чтобы к ней, в её скромном платье,
        Вышел лучший в стране оркестр.
Ему казалось: в час, когда над домом
        Зажжётся вечной вечности звезда,
        Смерть не придёт безликим незнакомцем,
        Она оркестр приведёт сюда.
Ворвутся трубы, загремят литавры,
        Расколют небо медью в вышине,
        И старая соседка Лида плавно
        Уйдёт, как марш, растаявший в окне.

Вот и десять исполнилось лет,
         Горы сказкой прислали привет.
         Лагерь, солнце, ущелий краса,
         Там на конкурс зовут голоса.
Юра замок на конкурс чертил,
         Стиль Чюрлёниса в сердце носил.
         Выиграл конкурс рисунок живой,
         Стал  Юра наш в лагере словно герой!
Карта красок из нот состояла,
         Душа Юры играть пожелала.
         Пишет маме: «Скорей помоги,
         Купи, инструмент для игры!»

         В дом вошло музыкальное диво —
         До чего ж оно было красиво
Немцы знали какой-то секрет
Создавая такой инструмент
         Барельефы из нежных цветов,
         Блеск подсвечников, к сказке готов.
         И запел инструмент так красиво...
         Для семьи это было как диво!
         Юра дома во всём помогал,
         Как мужчина, семью опекал.
         Но смущали его опасения:
         Время ль тратить на обучение?
         Ведь ему уже десять лет,
         На приём он пришёл в кабинет.
         И робел: примут ли в первый класс,
         Где шестилетки учились подчас?
               
          Школа открыла парадные двери
          Первый урок - и сухой был итог..
          Гаммы зубрили они, и в рутине
          Юра застыл и утратил восторг.
          Просит о музыке мальчик напрасно,
          Чувств и эмоций наставник не ждет
          Только девчонка за вечер ,как сказку
          Юре Огинского в руки дает.
          Клавиши старые тронет любя -
          Юра в игре превзошел сам себя!
          Песня лилась, инструмент оживал,
          Смысл и душу он в звуки вплетал,
          За два безумных года- целых пять.
          Часы за инсттрументом, до минора
          Но серостью программы вдохновлять
          Мечту нельзя. Она погасла скоро…
          Елена наставником стать не сумела
          Оставив подростку лишь скуку в душе
          До этого Юре совсем нет и дела,
          Он тихо ушел повзрослевший уже.
          Профессия  учителя от Бога.
          Направленная в дальние года
          Главнейшая из всех  земных дорога
          И не родится ремеслу  тут никогда.
          Дай бог чтоб дети в самом сокровенном
          Не повстречали равнодушных рук
          Чтоб искорку тепла в огне нетленном
          Вдруг не засыпал серый пепел мук.
          Везет лишь тем чье детство согревали
          Заботливые руки мудрых мастеров
          Кто душу детскую берег от всех печалей
          И не жалел для сердца теплых слов
          А тот, кто поучал бездушно наспех
          Кто лишь сухие правила твердил
          Под серым ворохом программных масок
          Прекрасную он сказку погубил