2025 Бабье лето, лето бабье...

Понедельник
Игорь отправляется на встречу с Алексеем К. Я нахожусь в «свободном поиске»: приготовив обед, решаюсь отдаться воле случая, то есть: сесть на первый пришедший троллейбус. И это «пятнашка» (троллейбус № 15), то есть, магазины «побоку» – еду на Волгу. На спуске к пляжу снуёт человеческий муравейник. Небо (небо сегодня просто абсолютно голубое) ни тучки, ни облачка, Волга – само спокойствие (никаких волн) и даже куда-то делась «зелень» – водоросли, из-за которых не хотелось заходить в воду. Тепло и даже по-летнему жарко, снимаю безрукавку. Основная масса народа одета, да-нет, скорее раздета… шорты и футболки, а на песке… представляете – на песке нет ни единого свободного «лежака». Парни с разбега ныряют в Волгу, женщины не отстают от них, заплывают за буйки… стоп, а буйков то в воде и нет. Вон они стройными рядами лежат-сохнут у будки спасателей на моле. Плыви, заплывай народ в волжские дали-горизонты. Небольшая яхта под парусом рискованно проплывает рядом с головами пловцов! Окриков спасателей не слышно (для них купальный сезон закончен). На календаре – 22 сентября. Прикидываю в уме: «бабье лето» у нас, начинается в конце августа…
– Фу ты, чёрт, – длинная нитка паутины прилипла прямо к носу! Пока снимала-отлепляла её, прилетели ещё и ещё. Так-так: летящая паутина – это по народным приметам первые признаки осени... Правда (где не помню), прочитала прозаичное определение биологов: паутина всего лишь обычный продукт пауков «бокоходов». А впрочем, какая нам людям разница чей продукт, главное – примета начала бабьего лета. И если правильно помню, делится оно на «юное, и зрелое»... И сам собой сочинился вот такой стишок
Снова вернулось к нам лето,
С доброй по-бабьи душой.
Дождик пусть будет – короткий,
Либо сквозь сито – косой.
Медленно лист опадает,
Осень с тропинки сойдёт,
Лето вернёт… ненадолго,
Бабий черёд настаёт.
И ведь, кажется, «совпала-попала» – правда, дождя давно не было, но если лето возвратиться ненадолго… то завтра нужно обязательно на пляж (купаться, плавать, плавать загорать!)

Вторник
Температура воздуха от +25 до + 30 – жарко. Будний день – и… толпы (простите, товарищи - толпы) гуляющих! А на эстакаде, это пониже – велосипедисты и самокатчики. Песок сегодня напоминает «лежбище» из-за загорающих на лежаках и просто на подстилках. Совсем рядом волейболисты, нещадно «лупят» мяч через сетку. Пары (пока ещё редких эстетов) играют в пляжный теннис, их всего четверо, а любопытных зевак больше. Мелкая детвора усердно роет ямы в песке для захода воды; смуглая девчушка с африканскими косичками, подцепив ворох длинных зелёных водорослей, сосредоточено тянет их за собой…по кромке воды; останавливается передохнуть. Любопытствую: – Зачем тебе они?
В ответ удивлённо, но с назидательной ноткой, в голосе: – Зачем, зачем… гнездо буду для змейки строить!
Не успеваю удивиться, молодой мужчина – в руке маленький ужик с характерными жёлтыми крапинами на голове.
– Сейчас мы его спасём, брысь отсюда! Это он пацанам, что только что гоняли ужика вдоль берега.
Быстро раздеваемся, ИИ первый бежит в воду:
– Ух, хорошо-то как! Посмотри-посмотри сама, вода чистая без зелени!
Захожу в воду, приятная, бодрящая свежесть; вода прозрачная желтоватого цвета. Плыву в своё удовольствие, мысленно считая количество гребков – на счёте триста (300) говорю себе: «стоп!». Температура воды – «на ощупь» явно ниже +18 градусов (потом узнаю +14–+15 град.). И тут на меня «надвигается» почти по пояс в воде мужчина с металлоискателем в одной руке, и сачком в другой.
Одет он соответственно моменту – прорезиненный комбинезон (штаны доходят до подмышек). Вот он останавливается (услышав писк металлоискателя), зачерпывает сачком песок и… его тут же окружает любопытствующая публика:
– Так, будем посмотреть, какой сегодня у вас улов – полная дама с накинутым на плечи полотенцем, нацепив на нос очки, заглядывает в сачок. И тут же недоумённо-разочарованно:
– Ерунда какая-то: болтики, да гаечки, да осколки синего и зелёного обычного бутылочного стекла.
С ближайшего к воде лежака загорелая (цвета копчёной колбасы) девушка, поворачиваясь с бока на бок, лениво позёвывая:
– А вы что, надеялись что там будут злато, серебро и брильянты?..
так это совсем в других морях-океанах…
Мужчина, владелец улова примирительно:
– Милые дамы, это я всё делаю для вас – спасаю ваши ножки от порезов. Раньше-то (в «докарточное» время) бывало часто попадались монеты всякие, а то и браслетик али цепочка серебряная. Таперича, вот сами глядите – только стёкла да камушки.
– Так, получается, вы добровольно-бескорыстный санитар пляжа – «формулирует», растираясь полотенцем, дама в шляпе с широкими полями (она обсыхает – только что выплыла из волжских глубин).
А ведь я, когда мы только пришли на пляж, обратила внимание на плывущую по волнам красивую шляпу… Но была она довольно далеко и я подумала: «вот кому-то не повезло – прощайте, Шляпа»!
Оказывается «Шляпа» была не одна.
– Не понимаю, что за удовольствие бродить по пояс в холодной воде, даже пусть и за кусочек золотой цепочки или перстенька – безаппеляционно заключает «накаченный» парень, отбрасывая мяч на волейбольную площадку.
– Так вы вот этой штукой можете в песке отыскать золотую «цепку»? – заинтересовался «бронзовый» загорелый мужчин, лет пятидесяти, в плавках с рисунком звёздно-полосатого флага.
– Да всяко бывает, кое-что и находим…. – скромно отвечает «водолаз».
– Понимаете, я не просто так интересуюсь…, понимаете – плавал я как-то – долго плавал. Даже нырял и не заметил, как браслет с руки соскользнул! Запомнил только место, где это случилось. Может быть, вы поможете мне с вашей «штуковиной» отыскать его. Я заплачу.
Мужчина «водолаз» – выше среднего роста, худощавый и смуглый от волжского загара, натруженной рукой снял ремень металлоискателя и внимательно глянул, из-под косматых бровей, на просителя.
– Понимаете, для меня это не просто браслет… – скороговоркой бормочет владелец «американских» плавок.
– Когда и где? – Скупо поинтересовался пожилой (на вид ему было лет семьдесят) владелец металлоискателя.
– Это случилось на острове напротив Энгельского пляжа – в самом начале лета. Суетился проситель.
– Два месяца назад? – уточнил «водолаз».
– Забудь, сколько воды утекло, сколько песка нанесло…. Быть может, когда-нибудь, где-нибудь и выплывет твой «утопленник».
– Танюша, дорогая! Давай ещё по разу искупаемся и поедем домой – кушать же хочется! – отвлекает меня супруг. Мы уходим с пляжа, время почти 18 часов (думаете «народ» убывает… как-бы не так… навстречу идут всё новые желающие искупаться и погреться под закатными лучами солнца). Вот такое оно – саратовское «бабье лето»!
Получается мы «украли» у осени парочку чудесных деньков!
На следующий день мы опять были на пляжи, а в четверг у нас был «банный день»:
– Знаешь, я был самый загорелый в бане сегодня! – радостно констатировал Игорь после возвращения, – два дня закрепили мой летний загар.
   Конец сентября, через два дня в последнее воскресенье месяца на Трудовской поляне традиционный день памяти «Помним». Но про это в следующей главе.