Почему сложно защититься от новых дронов

Почему сложно защититься критические объекты России от дроновых атак противника?

У многих возникает тревожный вопрос, почему неприятельские дроны проникают вглубь российской территории и разрушают критическую инфраструктуру страны?
Это что работа диверсионных групп? Дроны запускаются с нашей территории?

Почему уничтожены НПЗ? Даже московский НПЗ в Капотне не был надежно защищен?  Почему может не сработать ПВО?

Давайте попробуем разобраться в этом.

Тот факт, что дальние беспилотники, например, БПЛА «Лютый» иногда прорываются сквозь эшелонированную оборону и поражают крупные заводы, включая Московский НПЗ, объясняется комплексом  географических, технических и организационных причин.

Эффективность средств обнаружения и подавления в радиодиапазоне, резко снижается из-за нового характера современных воздушных угроз.

1. Масштаб территории, «слепые зоны», малоразмерные цели на фоне мешающих отражений.
Россия огромная страна и создать сплошной, непрерывный купол ПВО/РЭБ от западной государственной границы до Урала, Сибири и Дальнего востока практически не реально.
Имеющиеся ПВО защищаются конкретные города, военные базы и важнейшие административные центры.
 Между ними остаются огромные «серые коридоры», не перекрытые радиолокационным полем, так называемые, слепые зоны.

Кроме того, малоразмерные дроны летят по заранее разведанным маршрутам в обход зон ПВО, прижимаясь к земле на высоте до 50–100 метров, огибая рельеф местности и русла рек.
 Физика работы  радаров такова, что из-за кривизны Земли и лесных массивов трудно  обнаружить  малоразмерные объекты, летящие столь низко, до тех пор, пока БПЛА не окажется практически в прямой видимости, то есть в считанных километрах от цели.

2. Техническая эффективность РЭБ против новых БПЛА

Главное заблуждение непосвященных в современные военные реалии заключается в том, что люди думают, что любой дрон можно было бы обнаружить радаром, перехватить управление и уничтожить.
 Против современных ударных аппаратов гражданские стационарные комплексы РЭБ могут оказаться  бесполезными. А почему раньше РЭБ хорошо срабатывала, а для новых ударных дронах нет?

Потому что в новых дронах используется машинное зрение и ИИ.

Если ранние дроны зависели от GPS/ГЛОНАСС, то современные модификации используют автономную инерциальную навигацию и системы оптического сопоставления местности и машинное зрение.

Дело в том, что при входе в зону радиотехнического глушения сигнала новый дрон отключает радиосвязь, не реагирует на подмену координат.
Он наводится на цель, допустим, ректификационную колонну НПЗ по визуальному силуэту.

Радар его просто не видит, так как дрон не излучает и не принимает радиосигналы.

В отличие от FPV-дронов, дальний самолет-камикадзе идет к цели в режиме полного радиомолчания. Он не обменивается данными с пультом, поэтому пассивные радиочастотные сканеры его не замечают.

3. Специфика классической ПВО

Военные зенитные комплексы создавались для других целей и других задач.
Сейчас радары не видят цель, они как бы «ослеплены» углепластиком.

Системы вроде «Панцирь-С1» или «Тор» разрабатывались для поражения металлических крылатых ракет и самолетов с высокой отражающей способностью.
Современный дрон из углепластика, композитов или фанеры имеет минимальный радиолокационный след, минимальную эффективную площадь рассеяния(ЭПР).

На экранах ПВО он часто неотличим от крупной птицы.

Тактика роя или перегрузка системы ПВО

 Дроны сравнительно дешевые средства нападения, их научились выпускать массово и это повлияло на тактику их применения.

Используется тактика  перегрузки ПВО, которая заключается в том, что

атака на объект, осуществляются роями дронов.

Впереди пускают дешевые ложные дроны-пустышки.

 Батарея ПВО расходует на них свой боекомплект, после чего у нее банально заканчиваются ракеты, и в образовавшееся окно пролетают боевые аппараты.

4. Организационно-правовые ограничения на частную ПФО внутри РФ

Запрет на тяжелое вооружение для частных структур и предприятий.

Многие задаются вопросом, а почему владельцы предприятий, допустим, владельцы НПЗ, сами не защищают свою собственность?

Дело в том, что законы РФ запрещают коммерческим структурам, включая ПАО «Газпром нефть», владеющее НПЗ, иметь на балансе собственные зенитные ракетные или пушечные комплексы.
И это логично.
 Защита неба монополия Министерства обороны, но сейчас приняты законы позволяющие коммерческим структурам иметь противодроновые средства и как-то защищать свою собственность.

Минобороны не может выставить дефицитные комплексы, такие как «Панцирь»,
у каждого гражданского завода.

 Приоритет отдается прикрытию войск на фронте, военных аэродромов и стратегических объектов ядерной триады.

Для круглосуточного дежурства даже одной зенитной установки на НПЗ требуется около 100 обученных специалистов с учетом сменности и логистики.
Таких ресурсов у частных предприятий нет, что является еще одним аргументов в пользу  национализации всех стратегических предприятий с моей точки зрения.

5. В чем заключается текущая ситуация

Крупный бизнес пытается защищаться самостоятельно в рамках дозволенного. Компании ТЭК тратят миллиарды рублей на возведение физических барьеров вокруг уязвимых технологических узлов (газофракционирующих и ректификационных колонн) строят массивные металлические сетки и натягивают тросы на мачтах.

Похоже, что в текущий момент, это единственный способ физически поймать или подорвать невидимый для РЭБ тяжелый дрон из углепластиковых материалов на подлете, минимизировав ущерб для инфраструктуры...
 
Идет соревнование технологий и на каждое решение, есть решение, которое будет ограничивать или уничтожать полученное преимущество.

 6. Против лома нет приема, если нет второго лома!

Так что же страна не сможет защититься против этих новых невидимых для РЭБ тяжелых дронов из пластика? Есть другой лом?
Да, есть! Это старые забытые аэростаты.
В дело пойдет все и сетки из новых прочных материалов, которые не видимы для дронов, и радары, поднятые над землей и лучше видящие радиослед от низколетящих дронов с высоты…
Подробнее, как можно использовать аэростаты для защиты от дронов в следующей статье.