Город пустот

День 1.

Утро этого дня началось для молодого следователя не с чашки кофе, а со звонка;
– Товарищ майор, у нас преступление!
Сонный майор, ещё не до конца проснувшись, зевая, ответил;
– Что случилось? Опять кого-то ограбили на улице? Или собака потерялась?
– Хуже… – дрожащими словами разбудил абонент майора.
Без лишних слов, он узнал, где они сейчас находятся. Наспех одевшись, он сел в машину, полетел на вызов…

Ночь. Город спит. Тишина ночи и пустошь темноты парка развеял плач ребёнка. Девочка, лет восьми. Одета она в красное платье, на голове два бантика. В руке у неё её плюшевый медвежонок, другой она вытирает слёзы. На её плач откликнулась женщина. Быстро подбежав к девочке, она спросила;
– Девочка, где твои родители? Что ты тут делаешь?
Она хотела ответить, но не смогла из-за усиленного плача. Женщина села на корточки, начала гладить девочке голову;
– Ну, не плачь, ну-ну-ну. Не бойся, найдутся твои родители!
– У… уходите!
Женщина хотела обнять девочка, но та оттолкнула её. Спотыкаясь и не видя дороги, она бежала прочь. Женщина рванула за ней;
– Нет, уходите, тётенька!
– Стой!
Девочка споткнулась. Женщина поймала её;
– Ну что же ты! Куда так побежала?
– Это… это не я! Это всё…
– Что не ты?
– Интегралы…

Морг при полицейском участке. Майор спускался в тёмно-синем пролёте лестницы. В руках у него папка с надписью «Дело № 006». Открыв дверь, он зашёл вовнутрь помещения:
– Павел Геннадьевич, ну что там? Что известно? – Спросил майор.
Престарелый мужчина, вытирая руки тряпкой, встал из-за стола. Приглаживая короткую бородку, он ответил:
– О, Сашка Юрич, здорово! Ну, что могу сказать…
– Паша, говори как есть.
– Очевидно, смерть настала от декапитации , но жертва настрадалась перед смертью… ей, сначала, выкололи глаза, потом только голову резанули. Орудие преступления опознать невозможно, но, скорее всего, это очень острый меч. Примерное время смерти три – четыре часа ночи. Хочу отметить, бил мужчина, так как разрез ровный и чёткий, не каждый хирург такой может сделать. Мужчина мощный, даже очень… сосуды и шейные позвонки не деформировались от удара. А у тебя что?
– Удалось установить личность жертвы. Гражданка N, возраст сорок два года, детей не имеет. Ранее была осуждена по сто пятой статье . Убила она своего мужа, который связался с некой ОПГ , застрял в долгах. Вот жена и вылила свой гнев на нём. Возможно, кто-то из близкого круга жертвы, мстил за смерть мужчины, но это не известно, пока устанавливается следствием.
Престарелый патологоанатом вытер пот со лба, сел на стул;
– Есть главные подозреваемые?
– Да, два человека.
– Но ты учитывай тот факт, что это не женщина. Удар был нанесён режущим орудием, да так, что разрез остался ровным. Следовательно, удар был резкий. Ищите тех, кто бы мог такое повторить…
– Хорошо, Паша, всё будет выполнено.
– Ой… – выдохнул последний доктор.
– Тебе скоро на пенсию, не вздыхай так.
– Я это уже слышу седьмой год. Устал я. Вот, это дело будет закрыто, тогда и уйду.
Майор ничего не ответил. Лишь добро улыбаясь, он вышел из помещения, оставив своего друга в одиночестве. Поднимаясь наверх, он размышлял про себя: «Хм, может мне тоже уйти на пенсию после этого дела? Я же ведь тоже не молод, хочется уже на природу сходить, порыбачить, просто отдохнуть… Эх…»

День 2
–Товарищ майор, товарищ майор! – спеша к кабинету начальника кричал молодой лейтенант.
Престарелый майор сидел на мягком стуле в своём кабинете. В помещении был запах старых бумаг, который вызывался толстыми стопками прошлых дел, лежащих на полках. Над майором висел портрет президента, обрамлённый триколором. Под ним висели наградные грамоты, за доблесть, за отвагу, за верную и долгую службу. Сам Александр Юрьевич изучал дело номер 006, пытаясь понять, что да как. Его раздумья перебил лейтенант;
– Товарищ майор, у меня две новости! – Впопыхах проговорил подчинённый майора.
–  Я так понимаю, это важно?
– Так точно!
– Выкладывай.
– Первая новость: в окружении жертвы дела номер 006 нет таких людей, который могли бы так ровно отрезать голову. Им нужно два-три удара. Всё было проверено на манекенах.
– А вторая?
– Скорее уж не новость, а зацепка.
Майор насторожился. Отложив бумагу, он начал внимательно слушать лейтенанта:
– В парке, где было совершено преступление, были камеры. По ним видно, что в парке никого не было кроме жертвы и…
– И? – Настаивал на продолжении майор.
– И маленькая девочка, лет восьми, рост примерю метр сорок.
– Девочка?! – Удивился майор, – Что-нибудь известно о ней?
– Никак нет. Мы узнавали про неё у всех, никто её не знает. Вот, кстати, примерный её фотопортрет.
Лейтенант протянул майору несколько фотографий. На одной было примерно лицо девочки, на других стоп-кадры с камер видеонаблюдения. На них было видно жертву, саму девочку. Внимание майора привлекла одна фотография:
– А это кто?
– В смысле?
– Да вот же! За девочкой какая-то тень! Очень худой мужик, рост примерно два метра. Разве ты не видишь?
Лейтенант присмотрелся. Действительно. Длинное худощавое тело, руки до колен, овальная лысая голова.
– Ого… – удивился лейтенант, – Да вы глаз-алмаз, товарищ майор!
– Работа такая, лейтенант.
– Что прикажете делать?
– Отдаю приказ всему отделу, искать этого человека, возможно, он виновен или причастен к смерти N!
– Вас понял!
Лейтенант бодрыми шагами поскакал доносить всем приказ начальника. Сам майор начал всматриваться еле видимый силуэт. Он всё ближе и ближе подносил фотографию к глазам сторону майора. Хоть и глаз не было видно, но майор ощутил весь ужас, холод пробивал, как вдруг он быстро откинул её, начал кричать от ужаса. Лицо силуэта направилось в его насквозь. Старый майор опомнился. Вновь взяв фото, он начал всматриваться. Всё как обычно. Силуэт сзади девочки, сверху вниз смотрит на N.  На крик начальника прибежали двое:
– Товарищ майор, что случилось?!
– Привидится же на старость лет всякое, нет, ничего, всё нормально.
Случайные свидетели его ужаса осторожно вышли, закрыв за собой дверь. Престарелый майор начал бормотать себе под нос:
– Возможно, мне просто показалось, хотя я ощутил весь ужас от этого… взгляда… – Он закрыл глаза руками, – Кто же ты такой, тень?...
Он достал из шкафчика бутылку горячительного напитка. Налив его в стакан, залпом выпил содержимое. Выдохнув горячий от крепости напитка воздух, он пришёл в себя. Взяв пакет документов, он вновь начал думать…

Поздний вечер. Бар «Гельсингфорс». За круглыми столами сидят мужчины в чёрных куртках. У них праздник – кореш откинулся из тюрьмы. Стаканы полные, столы накрыты дорогими вкусностями. Сам бывший зек рассказывает всем, как ему там жилось, как лямку тянул, как блатных под шконки загонял. Вечернее застолье потревожил скрип входной двери. Никто не обратил на это внимание, но один из них заметил непрошенного гостя. Молча встав, он пошёл к двери. Спустя несколько минут за ней послышались крики мужчины и звуки выстрелов.  Уже все насторожились, достали свои пистолеты;
– Хрыч, ты там как? – спросил один из братков.
Медленно подходя к затихнувшей двери, они взвели пистолеты. Дверь медленно открылась…
– Интегралы…

День 3.

Звонок поздней ночью разбудил Александра Юревича. Тяжело поднявшись с кровати, он снял трубку:
– Алло? – сонным хрипом сказал майор.
– Товарищ майор! У нас ЧП! – Громогласный ответ послышался с другого конца провода.
– Три часа ночи, что случилось?
– В баре «Гельсингфорс» обнаружили пятнадцать тел!
Сбросив трубку, он быстро оделся, сел в машину и поехал по наводке.
Бар оцеплён красно-белой лентой. Возле строения стоят машины скорой помощи, полиции. Машина майора подъехала к ним. Выйдя из авто, Александр показал служивым удостоверение, прошёл вовнутрь. Там его встретил лейтенант с которым они вошли в роковой зал. Там уже работают следователи с фотоаппаратами. Престарелый майор обомлел;
– И у всех нет голов…
Лейтенант не выдержал. Закрывая рот, он выбежал на улицу. Майор начал осматриваться. Подойдя к барной стойке, он увидел бармена, который с пустыми глазами сидел на полу, обняв колени;
– Кто-нибудь, тут свидетель! – Прокричал майор.
Полицейский участок. Стационар. На белоснежной кровати лежал бармен, всё теми пустыми глазами смотря в потолок. Майор, не спавший всю ночь, сидел рядом с ним. Позади него стоял доктор;
– С ним всё хорошо? – Спросил майор. – О способен говорить?
– Да. Могу. – Однотонно ответил бармен.
– Расскажите мне всё, что вы видели.
– Это было. Ужасно. Когда гражданин. D Вышел за дверь. Через несколько минус от-туда послышались выстрелы и крики о помощи. Потом всё стихло… потом я… помню только маленький силуэт и слово. Интегралы.
Бармен притих. Майор протёр сонные глаза, обратился к бармену:
– Вы запомнили этот силуэт? Во что он одет?
Бармен отрицательно покачал головой. Пожелав бармену скорейшего выздоровления, он удалился.
Вновь сидя в своём кабинете, он, сложив руки в замок и приложив их к подбородку, смотрел в одну точку на своём столе. Это была та самая фотография, которая напугала его. Раздумья майора перебил стук в дверь;
– Войдите.
Вошёл Павел Геннадьевич:
– Ну, что могу сказать, Сашка, все жертвы убиты тем же способом, что и N. А у тебя что?
– Это то самое ОПГ, в котором был жертва N. Вернее, вся её верхушка. Все они отсидели в девяностых сроки за одно и то же, все по сто пятой. – Проговорил Майор, не сводя глаз с фотографии.
– Слушай, Саш, ты когда в последний раз спал? – Задал вопрос друг майора.
– Не помню…
Павел Геннадьевич обратил внимание на фотографию. Взяв её со стола, он снял очки, чтобы лучше присмотреться. Спустя несколько секунд просматривания, он задался вопросом:
– Эта девочка, откуда она там?
– Пока не знаю, никто не знает. До сих пор не можем установить её личность.
Патологоанатом присмотрелся;
– Бантики! Эти бантики, я их узнаю!
Майор вмиг ожил. Резко вскочив со стула, он схватил Павла за воротник. Тот сильно испугался;
– Что ты делаешь?!
– Кто?! Кто она?! Ты её знаешь?! – Яростно кричал майор.
– Д…да, – заикаясь, ответил Павел Геннадьевич, – она каждый вечер качается на качелях. Когда я возвращаюсь домой, всё время её там вижу. На соседней улице.
Майор немного остыл. Отпустив друга, он упал на кресло. Павел, поправляя белый халат, сказал:
– Может тебе отдохнуть? А то покалечишь кого, или, ещё что хуже, мне работы добавишь.
Майор кивнул. Молча достав из ящика бутылку виски и два стакана, он начал разливать горячительный напиток. Павел Геннадьевич, жадно смотря на алкоголь, сказал:
– Я же завязал, не хочу сегодня пить.
Но майор настоял на своём. Подвинув стакан другу, он взглядом приказал ему пить. Тот молча взял стакан. Выпил. Вслед за ним осушил тару и майор. Павел встал, приглаживая бородку:
– Я, наверно, пойду, Саш. Саш?
Уставший майор уже спал. Друг майора улыбнулся. Заботливо убрав бутылку со стола, уложив его поудобней в кресле, он вышел из кабинета.
Вечер. Ветер разносил клочки газет и листья деревьев в даль. Сквозь тишину и покой ослышался скрип качелей…

День 4.

Утро. Майор, хорошо выспавшись, проснулся в своём кабинете. Протерев  глаза, он подозвал первого попавшего полицейского:
– Сержант, сделай-ка мне кофейку.
– Слушаюсь, товарищ майор!
Спустя десять минут майор уже пил горячий бодрящий кофе. Выдохнув и поставив стакан с кофе, он начал капаться в документах. Достав дело номер 006, он начал читать его вновь. Постепенно восстановив картину вчерашнего дня, он пошёл к Павлу Геннадьевичу, неся в руке дело. Дойдя до морга, он постучался;
– Войдите!
Майор зашёл. Павел Геннадьевич, сидя на всё том же месте, заполнял журналы. Но, заметив друга, он отвлёкся на него:
– О, Сашка, выспался?
– Да.
– Что тебя привело ко мне?
– Я вот что подумал, нужно нам эту девочку брать. Она фигурировала в каждом преступлении. Возможно, она работает как приманка.
– А я тут причём? – Задался вопросом Павел Геннадьевич.
– Ты будешь вести нас.
– Я? – Изумлённо спросил Павел, – Я же не полицейский, а простой патологоанатом. 
– Но только ты знаешь, в какое время она качается на этих качелях.
– Логично…
– Вот и хорошо, тогда, в пять вечера, собираемся у входа.
Павел Геннадьевич мола кивнул. Майор, развернувшись, пошёл к выходу. Только он коснулся дверной ручки, как его окликнул Павел:
– Саш, стой! Я вспомнил!
– М?
– В народе ходят слухи, что в городе завёлся маньяк. Люди боятся выходить на улицу, пускать своих детей. Понимаешь?
– Не совсем.
– Тоже мне, следователь ещё. А если она не причастна? Тогда она не выйдет на улицу.
– А-а-а… – Ответил майор, – Тогда… как пойдёшь домой, видишь её, позвони мне. Я задержу её.
– Один?
– Нет, конечно. Со мной лейтенант будет.
– Понял. Это всё, что я хотел сказать. Давай, удачи, мне тут работы ещё на весь день.
– Не отвлекаю.
Майор вышел из помещения. Идя по коридору, он про себя думал: «Ладно. Задержим мы её, а как же тот неизвестный за её спиной? Вдруг, он будет рядом?». Помотав головой, он выбросил все мысли из головы…

Вечер. Ожидаемо, что девочка будет на своих любимых качелях. Проходящий мимо Павел Геннадьевич, проходя мимо, обратил на неё внимание. Достав телефон, он набрал номер майора. Сказав адрес и то,  что она на месте, он поспешил домой. Девочка никак не отреагировала. Через пятнадцать минут, майор прибыл на место. С ним был лейтенант. Встав напротив девочки, которая никак не реагировала на них, и всё так же смотрела в землю, полицейские начали обговаривать план действий;
– Лейтенант, твоя задача: захват цели. Но, учитывай, что это ребёнок, будь осторожен.
– Может, вместе пойдём?
– Ладно, идём вдвоём.
Майор с лейтенантом начали медленно подходить к ней. Девочка будто не замечала их. Только они приблизились на пять метров, как вдруг, они остановились;
– Стойте, дяди полицейские. – Послышалось со стороны девочки, – Вы дальше не пройдёте. Интегралы вас не пустят.
– Что? – Спросил лейтенант.
Девочка не ответила. Тогда офицер сделал шаг, как вдруг его лицо накрыл шквал ветра. Почувствовав резкую боль в ступне, он посмотрел на неё. Порез, из которого пошла кровь. Даже, можно сказать, полилась. Ступня была отрезана. Лейтенант в тот же миг отпрыгнул назад. Держа ногу и валяясь на земле, он кричал от дикой боли. Майор обомлел. Сделав два шага назад, он достал пистолет, навёл на девочку:
– Что ты сделала с ним?!
– Это не я, – невинно ответила девочка, – говорю же, это интегралы. Подождите…
Она замолкла. Майор с широко открытыми глазами смотрел на то, как она отвела голову в сторону. Через несколько секунд, она сказал:
– Александр Юрьевич, ты добрый дядя, ты не выстрелите. Секунду… – Она вновь повернула голову, – Уходите!
Майор шокирован. Откуда она узнала его имя? С кем она общалась?
– Это я не выстрелю, деточка?!
Девочка, улыбаясь, кивнула. Руки майора задрожали, после того, как он приставил палец к спусковому крючку. Девочка, всё так же улыбаясь, любопытно повернула голову в бок. Майор опустил пистолет;
– Ты права, я не смогу.
– Что, дядя, тебе надо от меня?
– Понимаешь, у меня работа такая… прости… Сова!
– М? Ах!
Девочка упала без сознания на песок. В спине у неё был дротик. Из кустов вышел полицейский с винтовкой наперевес. Выплюнув сигарету, он сказал:
– М-да, такое у меня впервые.
– Забери её.
– Ладно.
Боец подошёл к девочке. Ничего не последовало. Взяв её за руки, он пошёл в участок. Майор за ним. За лейтенантом приехала скорая помощь, которая помогла ему.

Поздний вечер. Белая комната с тонированным стеклом во всю стену. В ней стояли кровать, стул и стол. На ложах лежит девочка. По ту сторону стекла сидели майор и несколько человек, тоже полицейские. Девочка очнулась. Открыв глаза, она увидела белый потолок. Встав, она осмотрелась. Увидев чёрное стекло, она спросила:
– Что это такое? Где это я?
– Ты в камере особого надзора. – Донёсся голос из колонок на потолке.
Девочка испугалась. Она начала кричать от страха, заревела. Голос продолжил:
– Успокойся!
Девочка не хотела успокаиваться. Вдруг резкий удар по стеклу. На нём образовалась царапина. Все присутствующие испугались, отскочили от стола управления. Майор в ту же секунду сказал в микрофон:
– Девочка, успокойся! Ответишь нам на несколько вопросов, и пойдёшь домой!
Девочка успокоилась;
– Теперь, сядь на стульчик.
Она послушно села;
Все присутствующие смотрели на майора, как на героя;
– Как тебя зовут?
– Кассия! А ты… тот самый дядя!
– Да-да, это я. Скажи, что ещё за интегралы? Кто они такие?
– Не знаю, – весело ответила девочка, – они давно со мной, ходят за спиной, иногда разговаривают со мной.
Майор посмотрел на других:
– Они могут говорить, они разумны.
Майор собрался с мыслью:
– Могу я поговорить с ними?
– Угу! – кивнула девочка.
Неловкое молчание;
– И где они?
– А ты их не слышишь? Они уже говорят с тобой.
Майор испугался. Неужели, только она их слышит?
– Можешь сказать, что они тебе говорят?
– Не-а.
– Почему нет?
– Они хотят лично говорить с тобой, дядя Саша!
Майор смело пошёл к входу в камеру. Остальные не задерживали его. По его приказу, металлическая дверь открылась. Майор зашёл. Девочка радостно приветствовала его. Майор придерживался дистанции;
– Дядь Саш, не бойтесь, они вас не тронут!
Майор сделал шаг, поверив Кассии. Зажмурившись, он понял, что ничего не произошло. Люди по ту сторону стекла были шокированы. Майор спросил:
– И где интегралы? Я их не…
Он замолк. Перед ним было что-то белое. По бокам были длинные руки с ножами вместо пальцев. Подняв голову, майор увидел безликое лицо, смотрящее на него сверху вниз. Александр замер. Интеграл начал говорить:
– Что ты там спрашивал, человек?
Майор взял себя в руки;
– Кто ты такой?
– Интеграл. – Сухо ответило нечто.
Со стороны этот диалог выглядел так, будто майор общался с потолком;
– Что тебе нужно от нас? Зачем ты это делаешь?
Вмиг интеграл испарился. Он уже стоял за спиной девочки;
– Они пугливые, дядя Саша, не любят много вопросов. – Сказала девочка. – Ну же, смелее, интеграл.
Нечто вновь появилось перед майором. Тот уже никак не реагировал;
– Что мы делаем – очищаем этот мир от мусора!
– Какого мусора?
– От тех, кто познал жар крови на руках. От тех, кто видел смерть, вызванную своими руками.
– Зачем ты это делаешь? – Спросил майор.
– Не люблю много вопросов.
Девочка встала со стула. Подойдя к интегралу, она взяла его за руку. Её глаза было кристально белые, голос не настоящий:
– Наша задача – очистить мир от мусора.
– Я так понимаю, ты, интеграл, захватил её разум?
– Да.
– Зачем вам она? Что она вам сделала?
– Она – невинный ребёнок, который не способен убивать. А вы, люди, готовы резать друг другу глотки ради своих желаний просто так. Это не правильно.
– Но ведь, все те, кого ты убил, были осуждены и отбыли своё наказание!
– Такова плата за кровь.   
– Кровь людей, которые отбыли своё наказание?!
– Нас это не волнует. Наша цель – очистить мир от мусора.
– Нет! Нельзя же так! – Уже кричал майор, – Даже если человек сделал плохое, убил кого-то, это не повод убивать его! каждый человек имеет право жить!
– Классическая логика блеющей овцы, на которую позарился волк, – ответил интеграл в теле девочки, – вы, люди, жалкие.
– Мы жалкие?! – Ещё громче начал орать майор, не сдерживая слёз ярости, –  а может, это вы такие, раз можете решать всё силой?!
– А толку нам разговаривать с людьми? – всё так же сухо отвечал интеграл, – вы, люди, так созданы. Ради своих целей вы готовы идти на многое, ради своих целей, вы готовы отбросить человечность.
– Я не понимаю тебя! – Прокричал майор в ответ.
– Что и следовало ожидать. Люди не понимают слов. Какова вероятность того, что убийца оставит нож и будет жить праведной жизнью? Она мала. Он уже познал тепло крови, ему холодно, он будет согреваться.
Майор начал смотреть в пол. Наблюдатели за стеклом замерли в ожидании. Придя в сухое сознание, он спросил:
– Как же мы, люди, можем отбрасывать человечность?
– Ведёте себя так же, как и ты, – в ту же секунду ответил интеграл, – вы начинаете оправдывать то, что даже так называемый Бог не в силах оправдать. Вы оправдываете тепло, за которое заплатили кровью чужого человека.
– Но ведь не все люди такие, понимаешь? В мире есть люди, которые приносят тепло от доброты. А еще есть те люди, которые раньше убивали, а сейчас встали на праведный путь.
– Это ничего не значит. Если убил – клеймо на всю жизнь получил.
Майор заскрипел зубами:
– Тогда, я готов отдать свою жизнь! Можешь делать со мной всё, что тебе захочется!
Интеграл в теле девочки замолчал. Другой интеграл, всё это время стоящий рядом, неподвижно пронзал Александра безликим взглядом. После минутного молчания под абонементы моргающих от шока глаз наблюдателей, интеграл ответил:
– Одна твоя душа не удовлетворит наше желание. Да, признаю, ты не такой как все, ты другой.
– Растяните мою душу, как вам угодно! Давай уже!
– Товарищ майор, что вы делаете?! – Судорожным криком заговорила колонка, – ты с ума сошёл?!
Майор раскинул руки по швам, закрыл глаза;
– Ну же, давай! Режь меня!
Интеграл не ответил;
– Чего ты ждёшь?!  – Прокричал майор, пуская горькие слёзы.
– Именно такие, как вы, товарищ майор, и держат этот мир. Такие, как вы, не позволяют миру опуститься до уровней червей. Этим всё сказано.
Майор открыл глаза. Перед ним не было интегралов. Они куда-то исчезли. Но на полу лежала та самая девочка. Майор, от переизбытка чувств, рухнул на пол. В ту же секунду в комнату ворвался отряд вооружённых спецов…




День 5.

Утро. Прошла та роковая ночь, на которой решалось будущее многих людей. Майор не пришёл на работу. Его друг, Павел Геннадьевич, ничего не знал, поэтому узнавал всё то, что происходило ночью. Девочка лежала в больнице. Уже вечером она пришла в сознание, абсолютно ничего не помня. Нашлись её родители, которые искали её. Больше интегралы не посещали этот мир, этот пустой мир, этот пустой город. Им нечего было ловить, они, всё что могли, всё получили.