Халтура

Анна сидела перед тёмным экраном монитора. Системный блок издавал ровный, беспомощный гул — без единого шанса загрузиться. Вчера ещё всё работало. А сегодня — чёрный прямоугольник и тишина.

На рабочем столе лежала папка. Не просто папка с файлами — неделя её жизни. Сроки горели, работа была почти готова, оставалось только оформить и отправить.

Она вызвала техника. Дима пришёл через полчаса, покопался. Сказал, что надо попробовать его восстановить.

На экране появилась надпись о восстановлении, но шло время, а ничего не происходило.

— Мне нужна папка с рабочего стола. Возможно ли её как-то изъять из компьютера перед его форматированием? — растерянно, глядя на техника, спросила Анна.

Дима вставил флэшку, пошерудил по клавиатуре — и вот, на экране появилась её заветная папка.

— Да. Это она! Давай её скопируем.
— Подожди. Я хочу попробовать восстановить его. Потом скопируем.
— Я заберу его на диагностику, а утром верну.

Она поверила, немного успокоившись.

Утром, придя на работу, Анна сразу набрала Диму.

— Дима, привет. Ну что? Вы скопировали папку? Что с компом, удалось восстановить?
— Папку восстановить невозможно, — сказал он сухо. — Диск мёртв.

Анна онемела.

— Вчера ты мне показывал эту папку! Её можно было скопировать! — голос сорвался.

— Такой возможности нет.

— У меня сроки! Там работа на неделю!

— Вы должны были хранить документы в сетевой папке, — голос Димы стал металлическим. — Это ваша ответственность.

— Вчера ты сказал, что папка доступна!

Дима промолчал.

Анна больше не могла сдерживаться. Она кричала. Она сказала, что пожалуется главному врачу. Дима ответил: «Я скажу главному, что вы сами виноваты».

Она села на стул, в глазах появились слёзы. Она с отчаянием представляла, какой объём работы ей придётся сделать за выходные, чтобы успеть всё сдать в срок.

Её попытку успокоиться и взять себя в руки прервал звонок. На экране высветился Дима — техник. Анна взяла трубку и тихо сказала:

— Да, слушаю.

— Я её сохранил.

— И что? Получилось? — не веря ушам, переспросила Анна.

Она закрыла глаза. «Сохранил» — значит, он мог с самого начала. Просто не захотел. Но почему? Она не понимала, почему он так поступил с ней.

Дима показал скопированную папку. Анне хотелось высказаться ему о поступке, что ей пришлось пережить. Она сказала:

— Знаешь, я недавно читала историю. Женщина-инвалид обратилась к врачу с больной ногой. До этого её лечил другой доктор, который сказал, что единственный выход — отрезать ногу. Она случайно попала к другому врачу, который вылечил её ногу. И сказал: «Если бы вы пришли ко мне раньше, ваша вторая нога была бы на месте».

— Я надеюсь, тебе никогда не попадётся такой врач, как тот первый, — сказала Анна. — Который отрезает ноги, потому что так проще.

Она замолчала. В кабинете повисла тишина.

Через час ей принесли системный блок с новым жёстким диском. Глядя на заставку экрана, она думала о том, как пережила сегодняшнее утро. Дима устанавливал драйвера на принтер, и не было ни смущения, ни сожаления.

А ещё она подумала: «Сколько людей каждый день слышат это «невозможно» и сдаются? Сколько папок остаются навсегда недоступными? Сколько ног отрезают, потому что никто не сказал вовремя: «Я попробую»?»