Инкубационный период желтой лихорадки. 1-4-2

2.
...
Направляясь к следственному изолятору, он думал, а стоит ли вообще навещать Эрметова, Каратаеву и звонить Солдатову. Его излишняя заинтересованность этим делом может лишь вызвать ненужное подозрение непонятно в чем. «Вот именно, – отметил он для себя, – непонятно в чем. Никаким краем к убийству Ясного не причастен, а избыточная суета может эту причастность породить в умах некоторых. И потом оправдывайся ни за что. А оправдания, как ты знаешь, лишь усиливают подозрительность». Антон подумал, что, может, не следует создавать себе же проблем и не ездить к Эрметову, раз следователь и сам так активно начал прорабатывать версию с ним, но на следующем перекрестке поехал прямо к изолятору, а не развернулся. Незаконченность, а точнее даже неначатость беседы с Эрметовым, не давали ему покоя.
«В конце концов, я же не причастен к убийству Ясного, а Эрметова посещаю по делам службы, – заключил он для себя и решил, что, как бы там ни было, но заключенного он посетит. – Речь идет и о моей жизни тоже». Паркуя машину, он посмотрел на дисплей мобильного телефона. Звонила жена. Мысленно попросив прощения у Полины, он решил, что пока не будет отвечать, а перезвонит ей после того, как выйдет из изолятора. Он положил телефон в карман и терпеливо дождался, когда Полина сама отменит вызов. Подходя к дверям изолятора, Антон принял решение, что вне зависимости от результатов беседы с Эрметовым, он позвонит Солдатову относительно версии по жене Эрметова. Пока Эрметова доставляли в кабинет, Антон подумал, что с ним надо действовать по-другому, нежели чем в прошлый раз.

- Эрметов, вы меня сейчас понимаете? – спросил Антон «в лоб», как только разрешил сесть заключенному.
- Да, – опешивши ответил тот после затянувшейся паузы, которую Антон спокойно выдержал.
- Эрметов, нам все известно. Не надо больше этих удивленных криков. Вашего адвоката убила она, и вы к этому имеете отношение! – Антон еще раз положил перед ним фотографию, избегая прямых обвинений и категоричных фраз. – Кроме вашего дела, вы можете стать и соучастником убийства, но ответьте только: что лично ВАМ дала его смерть?
- Это не я… это все она. Это она, я ничего не делать, – испуганно затараторил Эрметов. – Я не убивал.
- Эрметов, вы не вернетесь к себе на родину в любом случае. По нашим законам срок вы будете отбывать у нас в стране. Если вы ее боитесь, то наши тюрьмы могут оградить вас от нее. Но если вы не хотите сесть и за убийство… Вы же не хотите, Эрметов?! – Антон повысил голос и решил пойти ва-банк, после того как заключенный замотал головой. – Какая ей выгода от смерти вашего адвоката? Если сначала хотите спросить ее об этом, то можем организовать вам свидание… один на один.
- Нет, не надо, – Эрметов даже вскочил со стула, но Антон жестом указал ему сесть обратно.
- Тогда ответьте на вопрос: «Что ей давала смерть вашего адвоката?» – Антон усиленно думал, как осторожно выяснить у того, его ли это жена на фотографии.
- Я не знаю, – понурив голову, Эрметов тихо выдохнул.
- Значит, не знаете? – Антон наигранно удивленно поднял брови и, взяв фотографию изображением к заключенному, начал постукивать ее ребром о поверхность стола. – А вот скажите мне… Вопрос немного с другой стороны. Вы с женой приехали вместе в Россию или она приехала за вами?
- Она за мной, – печально ответил тот, опуская голову.
- Чтобы содержать такую… – Антон многозначительно поднял брови и выдержал паузу, – денег надо много, да?
Эрметов не поднимал головы. Он ухватился руками за стул и стал покачивать головой.
...
Полный текст на Литрес www.litres.ru/73282133/