Страсти по Матфею. Генри Мюллер. Восьмая проповедь

Данный текст является частью работы, посвященной оратории И.С. Баха *Страсти по Матфею*.

---

Переложение на современный русский язык — по переводу из «Evangelischer Hertzens-Spiegel» (1679). Смысл, ход мысли и структура проповеди сохранены полностью; убраны архаичные обороты, инверсии и постоянное обращение «сердце моё». Библейские цитаты даны в узнаваемом, но упрощённом виде, без ритуального мусора.

---

## Вступление

Апостол Павел так ярко описал галатам распятого Христа, будто Тот был распят прямо у них на глазах. Он говорил о распятии настолько ясно и подробно, словно сам стоял под крестом и всё видел своими глазами.

Слово проповедника должно быть резцом, который врезает распятого Христа в сердце. А сердце слушателя — доской, на которой этот образ остаётся. Один человек оставляет сердце дома и приносит в церковь только уши: такому Христос «записывается» лишь в уши, не глубже. У другого сердце как вода — что на ней ни напиши, всё тут же расплывётся и исчезнет; такое сердце не удержит распятого Христа.

Я хочу сегодня вписать Его вам в самое сердце, будто Он распят здесь, перед вами. Поэтому приготовьте сердце, как доску — нет, как камень, на котором прочно остался бы Его образ. Пусть Бог поможет нам в этом Своим Духом. Призовём Его словами «Отче наш».

---

## Евангельское чтение

Воины взяли Иисуса, сняли с Него багряницу, надели Его собственную одежду и повели на распятие; и Он нёс Свой крест. По дороге им встретился человек, шедший с поля, — Симон из Кирены, отец Александра и Руфа, — и его заставили нести крест за Иисусом.

За Иисусом шла большая толпа, и женщины плакали и причитали о Нём. Он обернулся к ним и сказал: «Дочери Иерусалима, не плачьте обо Мне — плачьте о себе и о своих детях. Настают дни, когда скажут: счастливы бесплодные, не рожавшие и не кормившие. Тогда станут говорить горам: „Упадите на нас!“ — и холмам: „Скройте нас!“ Если с зелёным деревом так поступают, что же будет с сухим?»

Вместе с Ним вели на казнь двух преступников. Пришли на место, которое называется Голгофа — «Лобное место». Там Ему дали вино со смирной и желчью; Он попробовал, но пить не стал.

Его распяли, а с Ним — двух преступников: одного справа, другого слева, Иисуса посередине. Так исполнилось Писание: «и к злодеям причтён». Был третий час.

Иисус говорил: «Отче, прости им — они не знают, что делают».

Пилат сделал надпись и поставил над головой Иисуса: «Иисус Назорей, Царь Иудейский». Её прочитали многие, потому что место казни было рядом с городом; написано было на трёх языках — еврейском, греческом и латинском. Первосвященники просили Пилата: «Не пиши „Царь Иудейский“, а напиши, что Он Сам называл Себя Царём Иудейским». Пилат ответил: «Что написал, то написал».

Воины, распяв Иисуса, разделили Его одежду на четыре части — каждому по части; а хитон был несшитый, цельнотканый. Они сказали друг другу: «Не будем его рвать, бросим жребий, кому достанется». Так исполнилось: «разделили одежду Мою между собой и об одежде Моей бросали жребий». И сидели, сторожа Его; а народ стоял и смотрел.

У креста стояли мать Иисуса, сестра Его матери — Мария Клеопова — и Мария Магдалина. Иисус, увидев мать и любимого ученика рядом с ней, сказал матери: «Женщина, вот твой сын», а ученику: «Вот твоя мать». И с этого часа ученик взял её к себе.

Проходящие оскорбляли Его, качая головами: «Ты ведь разрушаешь храм и за три дня его отстраиваешь — спаси Себя! Если Ты Сын Божий, сойди с креста». Первосвященники, книжники и старейшины тоже насмехались: «Других спасал, а Себя спасти не может. Если Он Царь Израиля, пусть сойдёт с креста — тогда поверим. Он надеялся на Бога — пусть Бог Его и спасёт, если Он Ему нужен; ведь Он называл Себя Сыном Божьим». И разбойники, распятые рядом, тоже Его поносили.

Один из них издевался: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас». Но другой остановил его: «Бога ты не боишься? Мы-то осуждены справедливо, по нашим делам, а Он не сделал ничего плохого». И сказал: «Господи, вспомни меня, когда придёшь в Своё Царство». Иисус ответил: «Говорю тебе: сегодня будешь со Мной в раю».

С шестого часа по всей земле наступила тьма до девятого часа, и солнце померкло. Около девятого часа Иисус громко воскликнул: «Или, Или, лама савахфани?» — «Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?» Некоторые решили, что Он зовёт Илию. Потом Иисус, зная, что всё уже совершилось, сказал: «Жажду». Кто-то намочил губку уксусом, надел на трость и поднёс к Его губам, а другие говорили: «Подожди, посмотрим, придёт ли Илия снять Его».

Иисус, приняв уксус, сказал: «Совершилось». И, громко вскрикнув: «Отче, в Твои руки отдаю Мой дух», — склонил голову и умер.

Тогда завеса в храме разорвалась надвое, сверху донизу; земля содрогнулась, камни раскололись, гробницы открылись, и многие умершие святые воскресли.

Сотник и те, кто сторожил Иисуса вместе с ним, увидев землетрясение и всё, что случилось, сильно испугались и сказали: «Этот Человек действительно был праведником и Сыном Божьим». И народ, расходясь, бил себя в грудь.

Издали смотрели женщины, пришедшие за Ним из Галилеи: Мария Магдалина, Мария — мать Иакова и Иосии — и Саломия, мать сыновей Зеведея, и многие другие.

Так как была пятница, а предстоящая суббота была особо великим днём, иудеи попросили Пилата, чтобы у распятых перебили голени и сняли тела. Воины перебили голени двум преступникам, а подойдя к Иисусу и увидев, что Он уже мёртв, не стали этого делать; но один из них пронзил копьём Его рёбра, и сразу вытекли кровь и вода. Видевший это засвидетельствовал, и свидетельство его истинно. Так исполнилось Писание: «кость Его не сокрушится» и «будут смотреть на Того, Кого пронзили».

-----

----
## Проповедь

Кто по-настоящему вглядится в это, у того сердце сожмётся от скорби. Кто это поймёт, тот оплачет и возненавидит свой грех. И всё же в смерти Иисуса скрыты огромное утешение и польза: ею мы примирены с Богом, и Его смерть — наша жизнь. Поэтому я и решаюсь говорить сегодня о смерти Иисуса — чтобы вера укреплялась и ободрялась, а вместе с тем чтобы мы умертвляли в себе всё дурное. Рассмотрим три вещи: что предшествовало смерти Христа, саму смерть и то, что за ней последовало.

> Своей добротой умертви в нас всё ветхое,
> Своей благодатью подними нас,
> сокруши прежнего человека,
> чтобы ожил новый —
> и здесь, на земле,
> обрати к Себе наш ум, наши желания и мысли. Аминь.

Смерти Христа предшествовали четыре события: Его вывели на казнь, распяли, Он страдал на кресте и произнёс семь слов. А после смерти случились семь чудес.

### Иисуса выводят на казнь

«Воины взяли Иисуса, сняли с Него одежды, надели Его собственную одежду и повели на распятие». У иудеев был обычай казнить преступников за пределами стана, а позже, когда появились города, — за городом. Так же поступали и римляне. В Ветхом Завете Бог велел приносить жертву за грех вне стана. И здесь — жертва за грех: Иисус, принёсший Самого Себя Богу, и палачи с позором тащат Его за городские ворота.

Это страшно: Господа славы выводят за город, будто земля не должна больше Его носить. Но смысл вот в чём: Иисус выходит из земного Иерусалима, чтобы ввести тебя в небесный. Когда мир указывает тебе на дверь, выходи спокойно вслед за Христом — найдётся ещё место, где Он тебя укроет.

Иисус нёс Свой крест. Крест был римской казнью и состоял из трёх частей: вертикального столба, поперечной перекладины, к которой прибивали руки, и острого выступа посередине, на который казнимого с силой насаживали. Этот столб Господь нёс на плечах. У римлян был обычай, что осуждённый сам нёс орудие своей казни; по бокам и сзади шли палачи и били Его. Измученный, Он почти полз под тяжестью, пока не дошёл до Лобного места.

Так исполнился прообраз: Исаак сам нёс дрова на гору, где должен был стать жертвой. Вот идёт Агнец Божий и несёт на Себе грех всего мира — нетрудно представить, какой ценой. Он был совершенно изнурён, душа полна горечи, тело в ранах — и при этом Он нёс крест. Здесь Он и сказал то, что определяет всякого, кто пойдёт за Ним: «Кто хочет идти за Мной, пусть отречётся от себя, возьмёт свой крест и следует за Мной».

### Симон Киринеянин

«По дороге им встретился Симон из Кирены, шедший с поля, и его заставили нести крест за Иисусом». Воины боялись, что под тяжестью Иисус умрёт раньше времени, и принудили Симона помочь.

Как наш Глава шёл под крестом через весь мир к могиле, так и мы должны идти за Ним под крестом. Только нам, в отличие от Симона, не нравится, когда нас к этому принуждают. Как мы ленивы и нетерпеливы, когда доходит до собственного креста! А ведь это крест Иисуса: Он его на тебя возлагает, Он же помогает нести и снимает, когда ты уже не можешь.

Хочешь увидеть, что такое настоящее христианство, как на картине? Вот она: Иисус идёт впереди, христианин — за Ним, и оба под крестом, через многие беды — в Царство Божие. А когда видишь, что ближний падает под своей ношей, — подойди и стань для него Симоном, помоги нести.

### Прощальное слово к плачущим женщинам

«За Иисусом шла большая толпа, и женщины плакали и причитали о Нём». Это образец христианской любви, которая плачет с плачущими. Смеяться над чужой бедой — дело дьявольское; нести её вместе и оплакивать — христианское. Если ты не можешь помочь ближнему ничем другим, посочувствуй ему. Кто отдаёт другому своё сердце, отдаёт самое большее.

Иисус был так изнурён, что едва говорил, — и всё же обернулся к плачущим, чтобы их утешить. «Иисус обернулся к ним». Он почти при смерти, и всё равно обращает взгляд на этих женщин: Он не может пройти мимо чужих слёз. Так и ты, когда придёшь в беду, держись Иисуса: Он слышит твой вздох, видит каждую твою слезу и отирает её — добрым взглядом, словом утешения, поддержкой ослабевшей веры.

Но Он не только взглянул на них, Он сказал: «Дочери Иерусалима, не плачьте обо Мне — плачьте о себе и о своих детях». Иными словами: Моя скорбь скоро обернётся радостью, и не Меня надо оплакивать. Когда ты видишь человека под крестом, тебе кажется, что он несчастен и его жаль. Но нет: тот, кто несёт крест, на самом деле счастлив, потому что счастлив человек, которого посещает Бог. По-настоящему несчастным делает тебя только грех. Хочешь плакать — плачь не о том, кто под крестом (его любит Бог), а о грешнике: вот кто в беде.

### Зелёное дерево и сухое

Поэтому Иисус и говорит: «Плачьте о себе и о своих детях; настают дни, когда скажут: счастливы бесплодные… Тогда станут говорить горам: упадите на нас!» Смысл такой: приближается время настолько страшное, что мать пожалеет, что вообще родила. Ведь сами они сказали: «Кровь Его на нас и на наших детях» — и эта кровавая расплата накроет их с детьми. Так и случилось при разрушении Иерусалима, где погибли сотни тысяч. И так будет в последний день с теми, кто не раскаялся.

Нераскаянного человека надо оплакивать. Ты плачешь, когда кто-то умирает; насколько же больше нужно плакать, когда человек умирает вечной смертью. Если бы все люди на свете собрались оплакивать одного-единственного погибшего навеки, они и тогда не оплакали бы его горя как следует: оно бесконечно.

И Он добавляет: «Если с зелёным деревом так поступают, что же будет с сухим?» То есть: если Я, безгрешный, терплю такую муку и позор, то чего ждать вам, у кого грех на грехе? Христос — зелёное дерево, дерево жизни. В крещении мы как бы прививаемся к Нему, и вера тянет из Него сок: благодаря этому мы зеленеем, цветём и приносим плод для вечной жизни. Но как только сердце через неверие отворачивается от Христа, оно засыхает, как срубленное дерево, а такому дереву одна дорога — в огонь.

Всегда держи перед глазами страдающего Христа как зеркало Божьего гнева и думай так: если Бог с такой строгостью не пощадил даже Своего любимого, всесвятого Сына, то чего ждать мне — грешнику? Если это случилось с зелёным деревом, что будет с сухим?

### Голгофа

Так они дошли до Лобного места. «Привели Его на место, называемое Голгофа, что значит Лобное место». Скорее всего, оно так называлось из-за своей формы — округлой, как череп. Это было место казни: здесь убивали разбойников, убийц и прочих преступников, настоящая бойня. Именно здесь Христос захотел умереть — показывая, что отныне Он платит за грехи всех людей.

И пусть ни один грешник не думает, что ему нет надежды, что у него нет части во Христе. Нет, неправда. Все грешники — кем бы они ни были, — если приносят покаяние, находят спасение в ранах Иисуса.

### Горькое питьё

Перед самым распятием Иисусу дали питьё. «Дали Ему вино со смирной и желчью; Он попробовал, но пить не стал». У иудеев был обычай давать осуждённым вино, чтобы притупить боль, — как сказано: «Дайте вина тому, кто гибнет, и крепкого напитка — тому, у кого горько на душе, пусть выпьет и забудет о своей беде». И вот Праведник должен выпить чашу, предназначенную преступникам. Возможно, какие-то женщины и приготовили Ему доброе питьё, чтобы поддержать силы, — но воины дали Ему желчь и уксус. Они бы и саму смерть Ему поднесли с готовностью.

Так же безжалостно мир и сегодня обходится со Христом — в Его людях. Когда ты грешишь, ты поишь Иисуса желчью и уксусом. Когда ты смотришь на бедного ближнего с кислым лицом и говоришь ему злые, ядовитые слова — это и есть та самая желчь. Если Иисус в Своих людях голоден — накорми Его; если хочет пить — напои.

### Распятие

«Его распяли на Голгофе, а с Ним двух преступников: одного справа, другого слева, Иисуса посередине. Был третий час». Сначала вкапывали столб и крепили на нём перекладину. Потом грубо поднимали осуждённого на острый выступ и растягивали тело, чтобы прибить руки к перекладине, а ноги — одну рядом с другой. Так исполнилось то, на что Господь жаловался заранее: «пронзили руки и ноги Мои; я мог бы пересчитать все Мои кости, а они смотрят и злорадствуют».

Распятие было казнью позорной и мучительной. У римлян ей подвергали только рабов — вот каким ничтожным сочли Христа.

Он захотел умереть именно на дереве креста: чтобы на дереве искупить грех, совершённый Адамом у дерева; чтобы исполнить прообраз медного змея, поднятого Моисеем; чтобы Самому стать проклятием за наш грех, ведь сказано: «проклят всякий, висящий на дереве».

Посмотри на Иисуса, висящего на кресте. Он раскинул руки, как первосвященник, чтобы благословить тебя обеими руками. Он раскинул их, чтобы тебя обнять — как друг протягивает обе руки навстречу тому, кто в беде, чтобы спасти его. Доверься этим раскрытым объятиям и скажи вслед за Августином: «Между рук моего Спасителя я хочу и жить, и умереть». Из рук Иисуса меня никто не вырвет.

Он дал прибить Свои руки к кресту, чтобы острым пером гвоздей и красными чернилами Своей крови написать твоё имя у Себя на ладонях. Вот твоё утешение, сказанное ещё у Исаии: «Сион говорит: оставил меня Господь, забыл меня. Но разве забудет мать своего грудного ребёнка? Даже если она забудет — Я тебя не забуду. Я начертал тебя у Себя на ладонях».

Его руки прибиты к кресту, чтобы ты был уверен: руки Спасителя — с тобой. Рука Его благодати — чтобы тебя утешать, рука Его силы — чтобы тебя хранить. И ноги Его прибиты к кресту — это значит, что Он не отойдёт от тебя, останется рядом. Дети мира редко остаются рядом в беде: пока тебе хорошо, они с тобой, как добрые сотрапезники; но никто из них не прибьёт свою ногу рядом с твоей. Придёт крест — и все разбегаются. А Спаситель не убежит: Его нога прибита к твоему кресту.

### Четыре раны

Ты видишь на Христе четыре раны: две на руках и две на ногах.

Эти четыре раны — четыре целебных источника: Его ранами мы исцелились.

Это четыре ключа, из которых текут только благодать и жизнь.

Это четыре расселины в скале, где ты можешь укрыться, когда поднимется буря; ведь Он Сам зовёт тебя словами Песни песней: «Приди, голубка моя, в расселины скалы, и спрячься».

Это четыре знака, которыми ты заверен, что весь твой долг оплачен: ранами рук Он искупил твои дурные дела, ранами ног — твои дурные шаги.

Это четыре города-убежища, где ты в безопасности: пронзённая правая рука даёт тебе то, что во спасение; пронзённая левая отнимает то, что во вред; пронзённая правая нога попирает твоих врагов; пронзённая левая прокладывает тебе дорогу на небо.

Это четыре окна, через которые ты заглядываешь в сердце Бога и читаешь там золотые слова: «Так Бог полюбил мир, что отдал Своего единственного Сына, чтобы каждый, кто верит в Него, не погиб, а имел вечную жизнь».

Это четыре свидетеля, которые в один голос кричат: любовь, любовь, любовь — любовь Бога к нам, людям!

Это четыре тихих комнаты, где ты можешь найти отраду, утешение и покой.

Эти раны открыты для тебя — войди же в них и скажи:

> Иисус Христос, Агнец Божий,
> Ты всё сделал за меня,
> укрой меня в Своих ранах!
> Ты один —
> моё единственное утешение и помощь.

### Распни и себя

Как распят твой Спаситель, так распни и ты сам себя, чтобы исполнились слова Павла: «прежний наш человек распят со Христом», и «те, кто принадлежит Христу, распяли свою плоть с её страстями».

Когда дурные желания, которые ты чувствуешь в себе, станут тебе крестом — то есть начнут тяготить и мучить тебя, вызывать у тебя отвращение, — вот тогда ты и распинаешь свою плоть. Пусть мир станет тебе в тягость, а ты — в тягость миру; тогда всё идёт правильно.

Прибей ко кресту правую руку гвоздём щедрости — чтобы охотно подавать, и так, чтобы левая рука не знала, что делает правая. Прибей левую руку гвоздём честности — чтобы не запускать её слишком далеко и не обманывать ближнего в делах и торговле. Прибей правую ногу гвоздём верности — чтобы остаться со Христом в беде и в смерти и сказать вслед за Павлом: «Что отлучит меня от любви Христовой? Беда, гонение, голод, опасность, меч? Я уверен: ни смерть, ни жизнь, ни настоящее, ни будущее — ничто не сможет отлучить меня от Божьей любви во Христе Иисусе». Прибей левую ногу гвоздём осмотрительности — чтобы не ступать на путь, которым идёт большинство, потому что этот широкий путь ведёт к гибели.

### Надпись на кресте

На кресте Христос терпит и позорную надпись. У иудеев палач шёл впереди осуждённого и во всеуслышание объявлял его вину; у римлян вину писали на дощечке и прибивали над головой. Так делает и Пилат: «Иисус Назорей, Царь Иудейский», — на трёх языках. Первосвященники просили исправить: не «Царь Иудейский», а «Он называл Себя Царём». Но Пилат ответил: «Что написал, то написал».

Смотри: Иисус прибит к кресту по рукам и ногам — и всё же управляет рукой и пером Пилата так, что тот, сам того не желая, пишет правду. Бог умеет проклятие обратить в благословение; кого Он хочет почтить, того никакой враг не опозорит. Всё в этой надписи было правдой. Каждое слово — как драгоценный камень в венце чести. То, чем Пилат хотел Его унизить, послужило к Его прославлению. «Иисус» значит «Спаситель» — ведь ни в ком другом нет спасения. «Назорей» указывает на Него как на побег от корня Иессея, на ту самую Ветвь, дерево жизни. Он Царь — рождённый от вечности и по человечеству поставленный над Церковью; Царь и для язычников, и для иудеев. Так христианин и в позоре находит честь — а мир, наоборот, в чести находит позор.

Надпись была на трёх языках: на еврейском — ради иудеев, на греческом — ради образованных язычников, на латинском — ради римлян; чтобы о смерти Иисуса узнал весь мир. Ведь из всех народов должна была собраться единая Церковь. Вот как Бог о нас заботится.

### Делят одежду

«Воины, распяв Иисуса, разделили Его одежду на четыре части — каждому по части, а также хитон». У римлян была привычка забирать одежду казнённого себе. Верхнюю одежду разделили на четыре части — по числу воинов. Это образ того, что Церковь, в которую Христос одевает нас при крещении, распространится во все четыре стороны света. «А хитон был несшитый, цельнотканый. Они сказали: не будем его рвать, бросим жребий». Это образ того, что Церковь, рассеянная по всему миру, должна оставаться единой по духу, бережно храня своё единство. Так исполнилось: «разделили одежду Мою и об одежде Моей бросали жребий».

На это было больно смотреть: Господь славы висит обнажённым под открытым небом. Нам жалко даже бедняка, которому нечем прикрыться, — а тут нагим висит Сам Бог, искупая то, что мы в Адаме совлекли с себя одежду Божьего образа — мудрости, правды и святости — и оделись в личину дьявола. Здесь Христос снова добыл нам одежду чести: чтобы мы могли облечься в Его невинность и в последний день стоять в белых одеждах, как сказано в Откровении.

Заметь: как воины тогда делили одежду Христа, так мир и сегодня обирает Его в Его людях. Сколько раз доброе сердце жертвует что-то на церкви и школы — а нечестный распорядитель присваивает это себе и не оставляет Христу в Его людях ничего, раздевает донага. Таких церковных воров много. Когда подобное случится и с тобой, вспомни об Иисусе: ты не лучше Его. Пусть забирают — им это не на пользу, а Царство Божие всё равно останется твоим. Особенно так бывает на войне: приходят солдаты и делят чужое добро, а бедные люди остаются раздетыми.

### Насмешки

От зрителей, от книжников и фарисеев, от воинов и даже от разбойника Спаситель терпит насмешки. «Проходящие оскорбляли Его, качая головами: Ты ведь разрушаешь храм и за три дня его отстраиваешь — спаси Себя! Если Ты Сын Божий, сойди с креста». Качание головой было знаком крайнего презрения. Так Господа славы выставляют дураком. Вдобавок они переврали Его слова: Он говорил о храме Своего тела, а они поняли про Иерусалимский храм. Так дети мира всегда озлоблены на добро и выворачивают наизнанку то, что правильно.

Издевались они и над Его чудесами: «Других спасал, а Себя спасти не может. Если Он Царь Израиля, пусть сойдёт с креста — тогда поверим». Смысл такой: всё, что Он делал — очищал прокажённых, возвращал зрение слепым, поднимал мёртвых, — Он будто бы делал силой дьявола; иначе почему теперь Себе не поможет? Глумились и над Его упованием: «Он надеялся на Бога — пусть Бог Его и спасёт, если Он Ему нужен».

Такие же раскалённые стрелы страха дьявол и сегодня мечет в сердца тех, кого искушает. Когда человек как бы висит со Христом на кресте, всеми оставленный, дьявол хочет вырвать у него из сердца надежду на Бога и нашёптывает: «Смотри, ты вообразил, будто ты Божье дитя. Был бы ты Божьим дитя, не сидел бы здесь без помощи и утешения. Почему одна беда сменяет другую? Почему ты молишься, плачешь — а всё впустую? Ты ошибаешься. Ты не Божье дитя». Вот удары, которые ранят больнее всего.

Когда тебе приходят такие мысли — знай, что они от дьявола. Иисус ведь тоже слышал это на кресте, а был Сыном Божьим. Что бы ни говорило тебе твоё сердце — ты всё равно Божье дитя. Бог надёжнее твоего сердца и стоит выше него, даже когда сердце тебя осуждает.

## Семь слов с креста

### Первое слово: «Отче, прости им»

«Отче, прости им — они не знают, что делают». Этими словами Христос показывает Себя Первосвященником: Он молится за Свой народ и исполняет сказанное у Исаии — «Он молился за преступников».

Заметь, к кому Он обращается. Бог отдал Его в руки палачей, отвернул от Него Своё милосердие — и всё же Он стучится в сердце Бога самым нежным словом: «Отче». Так и ты: когда Бог даже на кресте словно прячет от тебя Своё отцовское лицо, не сомневайся в Его доброте. Он остаётся Отцом и тогда, когда наказывает; меняется твоё положение, но не Его сердце. Именно словом «Отче» нужно пробиваться к Богу: «Боже, Ты же Сам сказал у Иеремии — приму вас и буду вам Отцом, а вы будете Мне сыновьями и дочерьми».

> Раз Ты мой Бог и Отец,
> Ты не оставишь Своё дитя.
> Я лишь горстка земли
> и без Тебя не знаю утешения.

И за кого Он молится? За Своих врагов — исполняя то, чему учил Сам: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, молитесь за тех, кто вас гонит». Видишь, чего нужно желать врагам — не гнева и суда Божьего, как обычно хочется, а прощения. Какая тебе польза, если Бог покарает твоего обидчика? Пожелай ему лучше прощения, благодати и того, чтобы он переменился.

И причину Он называет: «они не знают, что делают». Хотя на самом деле они хорошо знали, что Он невиновен, — Пилат говорил это не раз. Но они нарочно не хотели признать, что распинают Сына Божьего. Так и ты не обвиняй своего обидчика перед Богом, а оправдывай: кто знает, понимал ли он, что делает? Может, он и сам жалеет. Любовь всё истолковывает к лучшему.

### Второе слово: к Матери

«У креста стояли мать Иисуса, сестра её — Мария Клеопова — и Мария Магдалина». Самые близкие, те, кто любит Христа сильнее всех, стоят к кресту ближе всех. Чем ближе ко Христу, тем ближе к кресту.

Посмотри на Марию. Можно ли усомниться, что сердце в ней истекало кровью, что меч прошёл сквозь её душу? Она видит, как её любимый Сын, Которого она носила под сердцем, висит на кресте, — и не может даже заговорить с Ним. Он в крови, а она не смеет её отереть. Он плачет, а она не смеет поднести Ему платок. Он мучается жаждой, а она не может дать Ему и глотка воды. И всё же она не ропщет, а несёт это терпеливо — потому что держится за слово, которое слышала от Него: что Своей смертью Он разрушит власть дьявола и на третий день воскреснет.

Как же мы устроены иначе! Чуть повеет на нас холодом креста, чуть кольнёт сердце страх — и мы уже готовы отчаяться и проклясть свой крест. А всё потому, что не запаслись утешением Божьего слова. У Марии оно было.

Рядом с ней стоял и ученик Иоанн — он не постыдился креста Христова. Пока тебе хорошо, друг хвалится тобой; станет худо — он тебя стыдится. Но Бог нередко даёт человеку верное сердце, которое остаётся рядом и в беде. «Иисус, увидев мать и любимого ученика рядом с ней, сказал матери: Женщина, вот твой сын». Он называет её не «матерью», а «женщиной», чтобы не бередить ей рану и не выдать её врагам, — и чтобы дать ей теперь другого сына. Как бы говоря: «Ты остаёшься как вдова; вот сын, который будет тебя беречь, держись за него». Церковь тоже похожа на одинокую вдову, над которой проносятся все бури, — но Бог о ней заботится и даёт ей своего Иоанна. «Потом сказал ученику: Вот твоя мать. И с этого часа ученик взял её к себе».

Видишь, как Бог заботится о брошенных, о вдовах и сиротах, до которых никому нет дела? Он — заступник вдов и Отец сирот. Давид говорит: «Я беден и нищ, но Господь заботится обо мне; отец и мать оставили меня, но Господь принял». Сколько ещё безутешных Спасителю предстоит накормить и утешить! И когда ты сам останешься как сирота под крестом и помощи будто бы нет — попроси, и Он даст тебе твоего Иоанна, который останется с тобой.

### Третье слово: к разбойнику

Спаситель висел посередине, между двумя преступниками, будто худший из них, — исполняя сказанное: «и к злодеям причтён». Он и вправду взял на Себя злодеяние — грех всех людей. Один разбойник Его проклинает, другой просит у Него милости. Это образ всего Царства Христова: спасение предлагается всем, но один его принимает, а другой отвергает. И образ последнего дня, когда одни окажутся справа, а другие слева.

У второго разбойника есть всё, что нужно для настоящего покаяния. Во-первых, сокрушение: «Мы осуждены справедливо, по нашим делам, а Он не сделал ничего плохого». Во-вторых, удивительная вера. Он говорит «Господи» — а видит лишь Человека на кресте, и его не смущает, что вокруг все Его поносят. Он говорит «вспомни меня» — хотя знает, что Тот и Сам сейчас умирает, и слышит, что Тот взывает к оставившему Его Богу. Он говорит «когда придёшь в Своё Царство» — а не видит ни венца, ни трона, только муку, и всё равно признаёт в Нём Царя. Вот какая зоркая вера: она пробивается сквозь все облака к самому сердцу Иисуса. Этот свет зажёг в нём Дух Божий.

При вере были и её плоды: молитва (он молится Христу), любовь (он останавливает другого разбойника и сочувствует Христу) и терпение (он не ропщет, а признаёт свой приговор справедливым). Молитва, любовь и терпение — три прекрасных плода настоящей веры.

Так что пусть ни один грешник не отчаивается: даже самые большие грешники находят у Бога милость. Кто придёт поздно — и того впустят. Спаситель услышал молитву разбойника и обещал больше, чем тот просил: разбойник просил только вспомнить о нём, а Христос обещал ему рай: «Сегодня будешь со Мной в раю».

Но не злоупотребляй этим легкомысленно. В Писании дан только один такой пример позднего покаяния — чтобы никто не отчаивался, но и чтобы слишком многие на это не понадеялись. Если кто-то принял яд и остался жив, ты ведь не станешь повторять за ним. Да, кто придёт и в последний час, того Иисус примет, — но кто тебе обещал, что в последний час Бог вообще даст тебе мысли о покаянии? Бог по справедливости нередко отнимает Свою благодать у того, кто раньше ею пренебрегал.

### Четвёртое слово: «Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?»

Это очень тяжёлое слово. Вися на кресте, Иисус в крайней нужде громко кричит: «Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?» Здесь борются страх и надежда. Страх слышен в том, что Он дважды повторяет: «Боже Мой, Боже Мой» — как тонущий зовёт: «Помогите, помогите!». Но в том же слове «Мой» слышна и надежда: Боже Мой — Ты, Кто создал Меня, Кто послал Меня в мир спасти людей; и раз Ты Мой Бог, как же Ты можешь Меня оставить?

Он облекает это в вопрос — «зачем?» — не потому, что сомневается, а чтобы выразить боль: как могло Твоё отцовское сердце допустить такое? «Оставленность» здесь означает сразу несколько вещей. Во-первых, на Него возложен грех: Бог вменил Сыну грех всех людей, хотя у Самого Христа греха не было. Во-вторых, Божество как бы затихло в Нём, не давая о себе знать, — не потому, что отделилось (оно неотделимо), а потому, что не пожелало вмешаться и облегчить муку. В-третьих, Он в полной мере ощутил адский ужас.

Бывает, что Бог на время как бы оставляет человека — чтобы вразумить, — оставаясь при этом его добрым Отцом и втайне поддерживая. Но даже тогда человеку кажется, что он уже в аду, — как жаловались Давид, Иов, Иеремия. Здесь же Бог оставил Своего Сына в наказание за нас и не дал Ему ни капли утешения.

И с тобой случается, что ты думаешь, будто Бог тебя оставил. Но Бога не может оставить того, кто Ему верен. Он Сам говорит: «Вы у Меня как дитя во чреве». Как мать не может бросить ребёнка, которого носит под сердцем, куда бы она ни шла, — так и Бог не может по-настоящему оставить верующее сердце. Иногда нам только кажется, что Он далеко, потому что мы не чувствуем Его утешения. В такие минуты не давай надежде упасть: пусть всегда звучит — «Боже мой, что бы со мной ни случилось, Ты остаёшься моим Богом». Где надежда держится, там Бог в конце концов приходит и после бури снова даёт солнцу взойти.

### Пятое слово: «Жажду»

«Жажду». Удивительные слова: Источник жизни мучается жаждой. Это жажда настоящая — от потери крови; Он истёк кровью, и тело Его пересохло, как сказано: «иссохла сила Моя, как черепок». Но это и жажда духовная: Он жаждет нас и нашего спасения, всем сердцем желает, чтобы мы приняли верой Его жертву.

Твоя жажда греха и вызвала эту Его жажду. Как часто ты пьёшь неправду, будто воду! Чем больше грешишь, тем больше тянет; падаешь из греха в грех. И жадность твоя к миру тоже мучила здесь Христа жаждой: чем больше у тебя есть, тем больше хочется. Своей жаждой Спаситель избавил тебя от жажды адской — чтобы тебе не пришлось, как богачу в аду, напрасно молить о капле воды. И Своей жаждой Он хотел разбудить в тебе жажду правды: «Счастливы те, кто жаждет правды, — они насытятся».

Раз Спаситель хочет пить — позаботься напоить Его. Чем? Лучше всего — слезами покаяния: вот вино, которого Он жаждет. Он жаждет, чтобы открыть тебе источник жизни, и зовёт через пророка: «Жаждущие, идите все к воде; и у кого нет денег — идите, покупайте без денег вино и молоко». Он так искренне жаждет тебя — пусть и тебя снова потянет к Нему, и вздохни вслед за Давидом: «Как олень тянется к ручью, так душа моя тянется к Тебе, Боже. Когда я приду и увижу лицо Божие?»

### Шестое слово: «Совершилось»

«Совершилось». Как будто Он говорит: слава Богу, испытание подходит к концу, самое тяжёлое уже позади. Смерть — это завершение, конец всякого зла. Спросишь, что лучше — жизнь или смерть? Отвечу: жизнь — начало бед, а смерть — их конец.

Когда ты будешь лежать при смерти и вокруг будут плакать твои близкие — соберись с силами и скажи им: «Друзья, дайте мне дойти до конца моих бед; мой час пробил, моя доля под крестом окончена. Слава Богу, путь пройден — иду к Отцу». И вздыхай к Спасителю:

> Помоги мне не отступить
> от Тебя, Господь Иисус Христос;
> укрепляй во мне слабую веру
> в каждый час,
> помоги мужественно держаться,
> крепко держи меня за руку,
> чтобы я мог радостно сказать:
> «Совершилось».

### Седьмое слово: «Отче, в Твои руки отдаю Мой дух»

Словом «Отче» Христос начал Свою речь на кресте — и словом «Отче» её заканчивает. Отцовское сердце Бога — лучшее утешение в любой беде. «Отче, в Твои руки отдаю Мой дух». Руки Бога — это Его верность, любовь, защита и сила; туда Христос отдаёт Свою душу, словно на хранение. Этим Он показывает, что никто не отнимает у Него жизнь — Он Сам отдаёт её добровольно и вскоре снова примет в воскресении.

Когда дойдёт до смерти и у тебя — не тревожься о теле: Бог сохранит его и не даст пропасть. Не тревожься и о детях — доверь их Богу; Тот, Кто кормит даже воронят, позаботится и о них. Если уж тревожиться, то о душе: она — лучшее твоё сокровище, дорого выкупленное Самим Иисусом. Отдай душу в руки Бога и скажи: «Отче, Ты дал мне её — Тебе и возвращаю; из Твоих рук её никто не вырвет».

Что же ты так дрожишь перед смертью? Ты ведь знаешь, кому вверяешь душу: не врагу, не предателю, а Отцу. «Души праведных — в руке Бога, и мучение их не коснётся». Эти слова Иисус произнёс громко, хотя у умирающих обычно отнимается голос, — и сотник по этому понял, что Он Сын Божий. Проси и ты Бога, чтобы голос не оставил тебя до конца; а если нет — чтобы хотя бы Дух Его вздыхал в твоём сердце. «Боже, когда я уже не смогу говорить, прими мой последний вздох; пусть последним моим желанием будет: Отче, в Твои руки отдаю мой дух».

## Сама смерть

«И, сказав это, Он склонил голову и умер». Он склоняет голову — показывая, что умирает добровольно, по согласию, как мы наклоняем голову в знак согласия; и ещё — что хочет склониться к нам со всей Своей любовью.

Здесь умирает Невиновный, гаснет Сама Жизнь: ясные глаза темнеют и закрываются, лицо покрывается смертельной бледностью, увядает прекрасный цветок. О грех, грех — это ты убил Иисуса! У тебя есть причина плакать: ведь это твои грехи лишили Иисуса жизни.

Но пусть Его смерть будет тебе утешением, ведь она — доказательство настоящей любви: нет любви больше, чем отдать жизнь даже за врагов. Он умертвил саму смерть — во Христе она потеряла своё жало. Теперь ты можешь спросить: «Смерть, где твоё жало? Можешь ли ты ещё убивать?» Смерть Христа избавила тебя от вечной смерти.

А ты каждый день умирай силой Его смерти — для греха. Говори: «Не хочу больше жить во грехе, ведь грех убил моего Иисуса. Грех распял Христа — и я хочу распять этот грех; грех сделал Его проклятым — и я хочу навсегда проклясть грех». А если придётся ради Христа отдать и саму жизнь — мужайся: «Дорога в глазах Господа смерть тех, кто Ему верен». Если Иисус отдал Свою жизнь за тебя — склони и ты голову и скажи: «Когда захочет мой Бог, я тоже уйду с миром; смерть мне не во вред, а в приобретение».

## Семь чудес

После смерти Спасителя случились семь чудес — словно умерев, Он заговорил семью чудесами.

### Первое чудо — над солнцем

«С шестого часа по всей земле наступила тьма до девятого часа, и солнце померкло». Эта тьма была необычной: она пришлась на полнолуние (когда затмения не бывает), охватила весь мир и длилась целых три часа. Она означала, что отныне Солнце правды зайдёт для тех, кто отверг Христа, и они будут поражены слепотой. Когда и у тебя на кресте «заходит солнце», вспомни об этом: дай беде немного пройти, и Бог снова даст взойти над тобой радостному солнцу.

Говорят, было так темно, что среди бела дня стали видны звёзды. Это значило, что грехи были так чудовищны, что даже солнце не могло на них смотреть и закрыло глаза. Послушай и совет Павла: «Пусть солнце не зайдёт в вашем гневе» — то есть не держи гнева до конца дня.

### Второе чудо — над завесой храма

«Завеса в храме разорвалась надвое, сверху донизу». Это было чудо: завеса была сделана так прочно, что и силой её было нелегко разорвать, — а тут она разрывается сама. Это означало, что прежний, ветхозаветный порядок упразднён, что Первосвященник Нового Завета вошёл в святилище Своей собственной кровью и добыл вечное искупление, и что небо теперь открыто для нас. Так и вы — разрывайте о своём грехе не одежду, а сердце; кайтесь со слезами.

### Третье чудо — над землёй

Земля содрогнулась. Землетрясение было слышно далеко вокруг. Оно означало, что на кресте висел Сам Сын Божий, перед Которым трепещет и земля. Когда думаешь о своём грехе — трепещи и ты; со страхом и вниманием совершай своё спасение.

### Четвёртое чудо — над камнями

Камни раскололись — от того же землетрясения. Это означало, что теперь сами камни должны взывать, раз люди молчат и не говорят за Христа; что каменное сердце язычников размягчится проповедью Евангелия; и что в камнях оказалось больше сострадания, чем в тех, кто Его распял.

### Пятое чудо — над гробницами

«Гробницы открылись, и многие умершие святые воскресли, и, выйдя из гробниц после Его воскресения, вошли в святой город и явились многим». Гробницы открылись оттого, что раскололись камни. А когда Спаситель воскрес, поднялись и некоторые недавно умершие святые — именно недавно, чтобы их могли узнать в городе. Их тела были преображены, но без видимого сияния, иначе человеческий глаз не вынес бы его. Это означало, что Христос Своей смертью принёс нам жизнь: раз Он, наша Глава, воскрес, то и мы, Его части, не останемся в могиле.

### Шестое чудо — над людьми

«Сотник и те, кто сторожил Иисуса, увидев землетрясение и всё, что случилось, сильно испугались и сказали: Этот Человек действительно был праведником и Сыном Божьим». Лучшего нельзя сказать о человеке: он был праведник и Божье дитя. Какой смысл хвалить умершего за знатных предков, если о нём нельзя сказать главного — что он был праведным человеком? Кто заслужил, чтобы после смерти о нём по правде сказали «он был праведник и Божье дитя», тот хорошо прожил и хорошо умер.

«И народ, расходясь, бил себя в грудь». Люди свидетельствовали этим, что сердце их сокрушено; они прославили Бога и всенародно признали, что Христос — Сын Божий. И повернули назад — в знак того, что хотят и сами повернуть, идти Божьими путями. Видишь, как Бог заботится о Своих даже в самой смерти: пока Иисус жил, Его считали смутьяном, а когда умер — пришлось сказать: «Он действительно был праведником и Сыном Божьим». В конце концов Бог выводит правых на свет и посрамляет клеветников.

### Седьмое чудо — над Самим Христом

«Так как была пятница, иудеи попросили Пилата перебить у распятых голени и снять тела. Воины перебили голени двум преступникам, а подойдя к Иисусу и увидев, что Он уже мёртв, не стали этого делать; но один из них пронзил копьём Его рёбра, и сразу вытекли кровь и вода». Это было чудо: естественным образом из тела умершего не может вытечь чистая вода, отделённая от крови. Это указывало на два таинства Нового Завета — крещение (вода) и причастие (кровь).

Так Иисус даёт открыть Своё сердце — чтобы ты мог заглянуть внутрь и увидеть Его милосердие. Что ты там увидишь, кроме слов: «Сердце Моё переворачивается во Мне… Как Я могу отдать тебя? Милосердие Моё слишком сильно». Он будто показывает тебе из пронзённого бока Своё рассечённое, кровоточащее сердце и говорит: «Видишь, человек, вот что Я терплю ради тебя — так Я тебя люблю; Моё сердце открыто тебе, войди».

Отдай и ты Иисусу своё сердце обратно: закрой его для мира и открой для Него. Мир — прочь, Иисус — внутрь. Доверься верой ранам Иисуса, укройся в них и вздохни:

> Иисус Христос, Сын Божий,
> Ты всё сделал за меня,
> укрой меня в Своих ранах!
> Ты один —
> моё единственное утешение и помощь.

*Аминь.*

— — — КОНЕЦ ВОСЬМОЙ ПРОПОВЕДИ — — —