КЖС Посетители. Введение

Кремлёвский журнал Сталина как исторические источники

Предыстория появления этой работы

Причина всего этого совершенно банальная.
Хотелось понять причины страшного разгрома Красной Армии в сорок первом году.
Хотелось ещё со школы с 9 класса. Я пришёл тогда в новую школу, которая стояла на месте плаца воинской части, где формировалась мотострелковая бригада Уральского добровольческого танкового корпуса. Корпус формировался весной 43 года. А почему раньше не сформировали? Чего ждали? Как любитель чтения прочитал массу мемуаров, энциклопедии, книги по истории. А там всё больше как-то про 43-45 годы, а про 41 так, вскользь, невнятно. Всё больше про подвиги. Кстати, мемуары Маршала Жукова прочитал ещё в 71 году — был разочарован напрочь. В конце восьмидесятых годов появилось некоторое количество литературы, раскрывающее эту тему, но тут вдруг оказалось, что тема начала войны не историческая, а политическая. Споры между участниками дискуссии были эмоциональными, но малосодержательными.
Однажды мне в руки попал журнал Известия ЦК КПСС, где были опубликованы отрывки из журнала учёта посетителей кабинета Сталина в том числе 22 июня 1941 года. Ни сканера, ни ксерокса тогда не было и поэтому информация «ушла».
В 1993 году в стране произошло событие, последствия которого не утихают до сих пор — «приплыл» «Ледокол» Суворова. Когда я прочитал аннотацию к этой книге, я сразу сказал: враньё! Когда я прочитал эту книгу, моя позиция поменялась на противоположную.
И последние четверть века я читаю почти всё, что пишут резунисты и антирезунисты.

Первый подход к работе

И вот однажды мне попалась на глазa книга «На приеме у Сталина».
Хотя нет, книга на глаза мне попасть не могла — тираж 350 экземпляров не давал никаких шансов. Спасибо Милитере — в 2009 я её скачал оттуда!
Вторая встреча с этим историческим документом произошла через 20 лет после первой — не стало страны, зато стало много оргтехники. Компьютер стал домашней оргтехникой, а Excel обычным рабочим инструментом. Нет ничего удивительного, что я немедленно предпринял попытку перевести журнал в таблицу. Попытка позорно провалилась — удалось только практически вручную сформатировать несколько дней июня 41 года.
Принято решение — дождаться пенсии и тогда свободного времени будет больше. Но выход на пенсию всё откладывался и дотянулся до самой пандемии. Covid загнал домой под карантин — оттягивать работу дальше было невозможно.

Второй подход

Прежде чем засесть за обработку журнала, на всякий случай загуглил поиск — может что-нибудь новенькое появилось на эту тему? Появилось, и очень много. Но, прежде чем обсуждать эту литературу, хочу выразить свою искреннюю признательность сайту Истмат. Безымянные герои перевели книгу в электронный вид, устранив разделение книжного листа на две таблицы.
3/4 времени, которое я планировал затратить, я планировал затратить именно на эту операцию.
А дальше началась мистика — таблица начала жить самостоятельной жизнью!

Метод формирования таблицы

При переводе из текстового формата в табличный — журнал легко устраивался в два столбца. Спасибо Истмату!!!
Выглядело это примерно так:
15-го января 1939 г.
1. т. Ворошилов 20.20 — 1 ч. 10
2. т. Штерн 20.30— 23.30
3. т. Молотов 21.45—1ч.10
4. т. Каганович Л.М. 23.00 — 1 ч. 10
5. т. Берия 23.50 — 1 ч.10
  Последние вышли 1 ч.10 м.
Табличка совершенно не информативная, но у меня уже был опыт получения из таких таблиц информации, которая пряталась внутри. Число столбцов пришлось увеличить до шести:
15.1.39 1 пришел 20 20 Ворошилов
15.1.39 2 пришел 20 30 Штерн
15.1.39 3 пришел 21 45 Молотов
15.1.39 4 пришел 23 0 Каганович
15.1.39 вышел 23 30 Штерн
15.1.39 5 пришел 23 50 Берия
15.1.39 вышел 1 10 Берия
15.1.39 вышел 1 10 Ворошилов
15.1.39 вышел 1 10 Каганович
15.1.39 вышел 1 10 Молотов
15.1.39 ПВ 1 10
Сразу стало видно, что, хотя Штерн и Берия в этот день на приёме были, но в кабинете Сталина не встречались.

Исторические рамки работы

Напомню, что меня интересовали страницы посещений в первой половине 41 года — с января по июнь. До войны! Вот только в июле в стране сменились нарком обороны и начальник генерального штаба! Что там творилось? Пришлось переводить в таблицу весь год.
Но первый же приёмный день 1941 года ошарашил меня — Молотов и Маленков ввели в кабинет Сталина 16 военных! А там уже и нарком обороны Тимошенко сидел. Что за свадьба?
Ларчик открывался совершенно просто — в декабре 1940 года в Москве состоялось совещание высшего командного состава РККА. Но Молотову что не сидится?
2.1.41 пришел 15:35 1:15 Молотов
2.1.41 вышел 16:50 Молотов
2.1.41 пришел 17:50 0:15 Молотов
2.1.41 вышел 18:05 Молотов
2.1.41 пришел 19:30 2:20 Молотов
2.1.41 вышел 21:50 Молотов
Пришлось переводить в таблицу и 1940 год. Вопрос — вторую половину года или весь? Но 2 июля 1940 года в кабинете Сталина собрались три новых маршала и нарком вооружений!
2.7.40 пришел 18:15 0:50 Ванников
2.7.40 пришел 18:15 2:30 Кулик
2.7.40 пришел 18:15 2:30 Тимошенко
2.7.40 пришел 18:15 0:50 Шпитальный
2.7.40 пришел 19:20 1:25 Шапошников
Что там опять случилось?
А 1 января 40 года была финская война в самом разгаре. Как там в Кремле Новый год встречали?
31.12.39 пришел 22:30 2:15 Василевский
31.12.39 пришел 22:30 2:15 Шапошников
31.12.39 вышел 0:45 Василевский
31.12.39 вышел 0:45 Шапошников

В 1939 году вошли — в 1940 году вышли! Круто! Так потихоньку мне пришлось перевести в таблицу списки посетителей 1939, 1940 и 1941 года полностью. На сайте это составило шесть списков.
И сама таблица понемножку менялась:
22.1.39 1 Молотов пришел 23:45 3:40 3:55
22.1.39 2 Вознесенский пришел 0:15 3:20 3:05
22.1.39 Вознесенский вышел 3:20
22.1.39 Молотов вышел 3:40
22.1.39 0 ПВ 3:40 0:00

Пришлось преодолеть некоторое количество неувязок, но — это дело житейское.

Неожиданный эффект таблицы

А потом таблица неожиданно из справочника превратилась в пьесу! Каждый день на сцену выходят новые актёры и говорят, говорят, говорят. О чём? Естественно, о своём!

Очевидное — невероятное

В своем введении авторы-составители совершенно здраво указали:
Поэтому в кремлевский кабинет вождя потянулись многочислен¬ные посетители. В отдельные дни их набиралось до четырех десятков человек. Среди них — ближайшие сподвижники Сталина и беспартийные активисты, известные писатели и скромные советские служащие, видные военачальники и руководители партизанских отрядов. Сюда приглашались ученые, конструкторы, архитекторы, летчики, разведчики, дипломаты, журналисты и др. Среди посетителей было немало зарубежных гостей: партий¬ные, государственные и общественные деятели, военные, литераторы, послы, бизнесме-ны, священнослужители и т. д.
Указали и пошли дальше, где им было интереснее. А вы только представьте себе, что Сталин в данном случае — не генеральный секретарь, а директор завода. Тогда ближайшее окружение — это совет директоров. Наркомы — начальники цехов. И так далее.


Поворот в работе

О чём это я? О том, что разделение посетителей кабинета Сталина на категории является очевидным и сразу бросается в глаза! И первая категория вполне однозначная — члены политбюро! Что там ещё? И пошло-поехало!
Военных оказалось так много, что их пришлось делить на три категории — армия (наркомат обороны), авиация (ВВС) и военно-морской флот (ВМФ).
Дальше пошли невоенные наркоматы — наркомат авиапрома, наркоматы иностранных и внутренних дел. Наркоматы военно-промышленного комплекса и работники Совнаркома прочих отраслей. Обнаружилась большая группа партработников разного уровня. Иностранцев вынесем за скобки.
Остальные 15 групп вместе не превышают любую из вышеназванных.
Обращаю ваше внимание, что здесь идёт речь не о числе представителей данной категории, а о числе посещений кабинета Сталина представителями данной категории! Восемь членов и пять кандидатов в члены Политбюро заняли 40% посещений кабинета Сталина. Категория из 13 посетителей осталась неопределённой по разным причинам. Но всё это — потом!

Сталинский метод руководства

А сначала был шок — участники совещаний начали громко говорить, не слушая друг друга!
И снова потребовалось сравнение с директором предприятия. На совещания по разным вопросам директор вызывает разных сотрудников. Но на самом совещании, как правило, собираются сотрудники, имеющие отношение к одному вопросу. В данном случае на военное совещание не приглашают гражданских, а на гражданских совещаниях зачастую нечего делать военным. Сталин не всегда руководствовался этим правилом, но жизнь заставляла это учитывать. В итоге в кабинете на совещании зачастую собирались люди одного профиля и одной квалификации.
 И тогда
Вавилов СИ. (1891 —1951) — ученый-физик, с 1932 г. директор Физического институ¬та Академии наук СССР, академик (1932), с 1945 г. президент АН СССР, одновременно с 1949 г. главный редактор Большой советской энциклопедии (БСЭ):
Превращался
Вавилов, Афанасий Петрович (1902—1964) — главный военный прокурор СССР.
И еще
Иоффе А.Ф. (1880—1960) — с 1918 г. по 1950 г. директор Ленинградского физико-тех¬нического института АН СССР, академик (1920):
Превращался
Иоффе Зелик Аронович (1903 — 1980) — с ноября 1939 по 1941 годы — главный инженер ВВС Красной Армии генерал-лейтенант инженерно-авиационной службы (1946).
И еще
Тихонов Н.С. (1896—1979) — писатель, поэт и общественный деятель, в 1944—1946 гг. возглавлял Союз советских писателей:
Превращался
Тихонов Михаил Фёдорович (1900 — 1971) —Гвардии генерал-лейтенант. В августе 1944 года назначен на должность командира 39-го гвардейского воздушно-десантного корпуса.
А совершенно никому неизвестный
Захаров М.Д.:
Превратился
Захаров Матвей Васильевич (1898 — 1972) — Маршал Советского Союза (1959), С мая 1938 года — помощник начальника Генерального штаба РККА.
Моё участие в этих рокировках — чисто техническое. Вот — последний пример с Захаровым:
13.7.39 12 Шапошников пришел 16:05 17:50 1:45
13.7.39 13 Смородинов пришел 16:05 17:50 1:45
13.7.39 14 Захаров пришел 16:05 17:50 1:45
Шапошников — начальник генерального штаба, Смородинов — его заместитель, а Захаров —помощник. Что тут непонятно? Кстати, Захаров в своих мемуарах эти события подробно описал. Возникает смутное подозрение о том, что авторы составители мемуары Захарова читали по диагонали. Зато я твёрдо уверен, что мемуары генерала Штеменко они не читали вообще! Бывший начальник генерального штаба посвятил целую главу рассказу о своих сослуживцах. Некоторые из упомянутых им работников генштаба встретились мне на страницах кремлёвского журнала Сталина.
Но не будем о грустном.
Неожиданно пришлось заниматься тем, о чём даже не знал! Сама работа заставила меня перевести в таблицу 1942, 1943, 1944 и 1945 годы. Технология была уже отработана, поэтому процесс пошёл. А дальше таблица начала говорить сама

Давайте послушаем, что сказала таблица.

Байкер