Соитие

Соитие


В юности я приезжала на Ольхон с влюбленным в меня парнем, в которого и сама была влюблена (впоследствии из него вырос вполне состоявшийся писатель, имени тут не буду называть).

Мы брали  с собой палатку, гитару, котелок и были совершенно счастливы, но когда мы возвращались домой, в Иркутск, все разлаживалось.

Почему? А почему происходит все в жизни? Почему - сама жизнь? Зачем, отчего, за что? Воля ваша, в ней есть нечто окончательно, безнадежно непостижимое. Недостижимое. Никем еще не названное.

НескАзанное и несказАнное (это разное).

Я приезжала на Байкал и с двумя другими моими возлюбленными.

Об обоих вспоминаю с печалью и чувством вины. Оба они вскоре погибли.

Один от инфаркта - приехал с болью в груди к районной поликлинике и умер, поднимаясь по ступеням крыльца ее.

Другой - покончил с собой.

Не могу судить, почему.

Страшная само-казнь через повешение. "Всех ждет неминуемая петля".

Я не погибла, хотя легко могла бы погибнуть.

Поедем, красотка, кататься,
Давно я тебя поджидал!

Я, что называется, занималась любовью (хотя любви не было) на Байкальских волнах, в моторной лодке с выключенным мотором, ежеминутно грозившей перевернуться. Что очень опасно даже если нет шторма и большого волнения - очутившись в ледяной воде, вы почти неизбежно утоните, как утонул в Байкале молодой, не слабый здоровьем Александр Вампилов, да и еще многие, до и после него.

Байкал - идеальный способ самоубийства.

В тот день, в мои 19 лет я о таком не помышляла.

Любви и смерти не хотела.

Я не желала того парня и поддалась ему от страха.


Если девушка говорит нет, это значит - нет!


Да, это было больно.


Но, что трудно понять (шокирую кого-то), я не сочла себя изнасилованной.

Чувство, охватившее меня, когда мы выплыли, наконец, на берег, было другим.

Мне стало вдруг очень понятно, безусловно понятно, неопровержимо, что...


Некое жертвоприношение произошло.

Соитие судеб.

Иначе это трудно назвать.


Так!

Слиянье стихий, что гибельны.

Вскипанье их до кипени.

Мистический брак.


Что я таким образом вступила в связь не с приятелем имярек, а с неким...

Не знаю как и назвать его - дух, гений места, эгрегор.

Гений места, я твоя невеста.

Сам Байкал, его образ, почти человеческий, проступал в вышине, над нашей утлой лодочкой, сквозь тучи и кручи.

Неминучий.

Астральный его, метафизический, властный, опасный лик.

Эйдос Байкала.

Кабы знать еще, что все это на самом деле значит - иные миры, метафизика, эгрегор, астральность, сакральность, эйдос...

Не спрашивайте меня.

Я не посвященная.

Не адептка тайного знания, не активистка модной секты, не спиритка, не теософка, не медиум, не экстрасенс, вообще не поклонница эзотерики в каком бы то ни было ее изводе.

Я знаю нечто иное.

Чистый-пречистый, как нигде, оживляющий легкие и сердце воздух.

Абсолютная идея воздуха.
 

Плеск волны, холодной до смерти, но возраждающей.

Напиток бессмертия, нектар жизни, эликсир воскресения (см. "Ледяной кубик").

Прозрачный до глубин, до последнего камешка на дне, до сокровенности, сути.

Пригубив его, бытуешь иначе, чувствуешь иначе, думаешь иначе.

Абсолютная идея воды.


И еще два элемента.

Огонь на Солнце и в земном ядре.

И Земля - вся окрест.


Витальность. Сверкающая, жестокая, непобедимая.


Как провод, загар - Сибирь.


Это и есть Байкал в моем понимании (см. "Четыре звезды").

За что я люблю его, за что вообще люблю Россию - за трансцедентное в имманетном.

Звучит академически-претенциозно.

Но не знаю, как можно выразиться иначе.

Не могу найти других, не искажающих смысла слов.


Впрочем, нашла я его, это слово.

Оно совсем простым оказалось.

Чудо.


Люблю Россию за возможность чуда.

Не только возможность, но и неизбежность его. 

Такого во всей Европе, где я долго долго жила, живу и могу судить - нет.

Явление чудес, причем в любое время и по самому обычному поводу - это наше.

А когда я уезжала с Байкала, зная, что навсегда, но без всяких глубоких переживаний, не страдая, даже радуясь освобождению (дочь Ангара, убегающая от отца к жениху)- он плакал.

Дождь сочился из темных, тяжелых небес, и ни одного прорыва в тучах, ни одного луча.

Верю, что Байкал меня помнит.

Свою чу-до до-чу.


Я мимолетная его любовница.

Его сбежавшая невеста.

Дочь своего отца.

Жертва инцеста.