Глубокая мысль изящно

Человечество, как известно, делится на две неравные категории: на тех, кто имеет диплом с большой круглой печатью, и тех, кто имеет наглость думать самостоятельно.

Первые регулярно заседают в президиумах, носят крахмальные воротнички и двигают прогресс с таким грохотом, что у обывателей закладывает уши.
Вторые обычно сидят на заднем дворе, строгают какую-нибудь корягу и вызывают у профессионалов с дипломом искреннюю, до слёз благородную… жалость.

В те далёкие времена, когда мир ещё не знал ни ЖЭКов, ни автобусного сообщения, в Месопотамии проживал гражданин Ной. По всем понятиям это был чистейший любитель, кустарь-одиночка. У него не было ни диплома инженера-кораблестроителя, ни сметы, ни даже ордера на получение строительных материалов.

Когда Ной объявил на местном базаре, что собирается строить судно водоизмещением в несколько тысяч тонн, местное купечество чуть не подавилось от смеха.
— Гражданин Ной! — кричал ему председатель строительного кооператива.
— Где ваш генеральный план? Где виза пожарной инспекции? Из какого, извините, материала вы собираетесь ваять этого монстра?

Ной, старик упрямый и глуховатый к голосу официальной науки, только молча сворачивал козью ножку и продолжал тесать брёвна. Измерительными приборами он пользовался самыми альтернативными. Вместо счётной линейки у него был собственный локоть. Профессионалы ходили вокруг стройки экскурсиями, держа руки за спиной и язвительно комментируя:
«Киля нет — это же явное нарушение гидродинамики!»
«Где пассажирские каюты первого класса? Где, я вас спрашиваю, прогулочная палуба?»
«Полное отсутствие вентиляции!»

Ной не спорил. Он просто мазал ковчег смолой изнутри и снаружи, руководствуясь не формулами, а смутным предчувствием, что скоро будет очень, очень мокро.

Спустя несколько тысяч лет, когда человечество наконец-то научилось подписывать бумаги в трёх экземплярах и изобрело галстук-бабочку, на свет появился «Титаник». Вот здесь уже любителями и не пахло. Это был бенефис Дипломированных специалистов с большой, жирной буквы.

Контора судостроительной компании сияла паркетом, зеркалами и лысинами генеральных конструкторов. Здесь заседали титаны мысли, отцы судоходства. Переборки высчитывались на гигантских логарифмических линейках, сталь проверялась на разрыв семью комиссиями, а чертежи занимали три товарных вагона.
— Джентльмены! — провозглашал главный инженер, поправляя золотое пенсне. — Мы укротили океан. Наш корабль непотопляем физически, юридически и министерски. Вода, взглянув на наши водонепроницаемые переборки, просто устыдится своего жидкого состояния и отступит.

Пассажиров принимали по высшему разряду. Для первого класса были предусмотрены пальмовый сад с настоящими орхидеями и электрические бани для ценителей роскошного отдыха. Всё было рассчитано, взвешено и застраховано на астрономическую сумму. Профессионалы создали шедевр. Единственное, что не влезло в утверждённый бизнес-план, — банальные спасательные шлюпки.
И вот наступил момент, когда канцелярия природы решила проверить оба плавсредства. Причём без предварительного уведомления.

У Ноя ревизия началась в виде затяжного дождя. Шёл первый день, второй, беспрерывно... Солидные люди, смеявшиеся над старым кустарём, сначала перебрались на крыши своих дворцов, а потом начали вежливо грести к просмоленному борту ковчега и стучать в него вёслами, предлагая за вход любые деньги и дефицитные товары.

Но мест в ковчеге не было. Всё было строго распределено: каждой твари — по паре, без разделения на первый и прочие классы.
Бегемот сидел рядом с курочкой, лев делил жилплощадь с козлом, подчиняясь суровой дисциплине общего спасения.
Ковчег Ноя, похожий на огромный сундук, не имел ни руля, ни компаса, ни даже капитана в парадном кителе. Он просто плыл, как пробка.
Любитель Ной не пытался спорить со стихией. И ковчег выжил.
Он причалил к горе Арарат — с нулевыми потерями в личном и зоологическом составе.

А на другом конце истории, в Атлантике, «Титаник» шёл на полной скорости, разрезая волны с уверенностью сытого директора гастронома.
На мостике стояли профессионалы. В машинном отделении гудели турбины.
В салоне фраки и бриллианты танцевали под профессиональный оркестр.
Встреча с айсбергом произошла строго по расписанию госпожи Судьбы.

И тут выяснилась удивительная вещь. Сталь лопнула по швам, как дешёвый ситец. Великолепный, застрахованный колосс пошёл на дно под звуки вальса, унося с собой миллионеров и непоколебимую веру в силу диплома.

Какой же вывод может сделать из этой грустной истории мыслящий обыватель?
Профессионалы — прекрасные люди. Они незаменимы, когда нужно составить смету, организовать раут или написать отчёт о проделанной работе.

Но когда дело доходит до всемирного потопа — лучше держаться поближе к любителям.
Ведь океан в комиссиях не состоит и подписи на актах не ставит.
Любители строят корабль, чтобы плыть.
Профессионалы — чтобы его сдать.