Зелёная тетрадь N19. 1

Часть девятнадцатая
Ордер

«Завтра второе заседание суда по поводу расторжения брака и раздела имущества», — вздохнула Регина. На первое заседание Михаил не пришёл. «Тянет время. — решила она. На что он надеется? Думает, что я заберу заявление?». Действительность оказалась намного прозаичнее. Он не явился, так как думал, что 12 ноября нерабочий день из-за смерти Леонида Ильича Брежнева. Четыре дня был траур, оградили центр Москвы металлическими перегородками, дружинниками и солдатами. Перекрыты улицы Чехова, Каретная, Горького. «Чего они боятся? Давки? Покушения?» 15 ноября — день похорон выдался мрачным хмурым и холодным с низкими свинцовыми тучами на небе. У Регины такое чувство, что люди плакали не столько из жалости по умершему, сколько из осознания того, что они тоже смертны, и что их ждёт такой же конец.

Постоянные ссоры, психованные выходки Михаила совершенно убили в ней те крохи доброго чувства, которое она к нему испытывала в начале их совместной жизни. Любила ли она его? Нет... Без любви жить трудно. И невозможно при отсутствии взаимоуважения и взаимопонимания. Огромное, сжигающее чувство к Сергею у неё внутри не дало ей спокойно жить, хотя и оно прошло. «Нужно мне было бороться за любовь, а я её предала, думала и без любви проживу. Нет, не прожила. Да и незачем, Вот только Серёжу жаль, но я из-за этой жалости терпела 7 лет и, в общем, это и на ребёнке отражается. А у Лены в этом году родился сын. Женька её тоже псих, но, по-моему, они любят друг друга да и он намного порядочнее Михаила, для которого материальный вопрос очень больной. Зарабатывая по 300 — 400 рублей в месяц он мне ежемесячно давал 60 рублей при совместной жизни, а сейчас 30 рублей на  Серёжу. И почему к нам всякое дерьмо цепляется? — как говорит моя старшая сестра. Скорее бы мне раскрутиться с Михаилом».

 Регина с тоской подумала о своём любимом мебельном гарнитуре. Теперь за него придётся судиться. Идти в суд не хотелось: муж на заседании вёл себя отвратительно, кричал и брызгал слюной, возмущался несправедливостью раздела, пытался подаренное ей мамой колечко с бриллиантиком присвоить себе.

— Нина Ивановна, не знаю как быть. Муж вчера прибежал и объявил, что ему останется стенка от гарнитура, а мне мягкая мебель. А сегодня поменял своё решение: мне стенка, а ему мягкая мебель...
— Региночка, возьмите листок бумаги, в левой стороне напишите в столбик всё то, что вы хотите оставить себе, а справа — что Вам не жалко отдать мужу. Только не пишите кастрюли, тарелки, вилки. Что-нибудь посущественнее.
— Но я хочу, чтобы мне с сыном достался весь гарнитур: и стенка и мягкая мебель.
— Так и напишите, — посоветовала Нина Ивановна. – Прислушавшись ко мне, таким образом сделала одна знакомая при разводе и получила всё, что хотела. Суд всегда на стороне женщин.
— Книги, альбомы по искусству, шкура оленя...— старательно писала Регина в столбик в правой графе. Вздохнула и приписала — холодильник «Минск».
###
Спасибо большое, кто поддерживал меня с самого начала моей писательской карьеры на номер телефона +7(906)784-77-85 Сбербанк.